Читать книгу - "Ценнее времени - Алисия Райт"

я вслух выборочные слова из короткого текста и подняла глаза, пребывая в легком оцепенении. — С. Не твоя С? — я замотала головой. — Я не писала этого. Не писала.

— Уже догадался, — мужчина успокаивающе сжал мою ладонь на столике. — Жаль, что на это ушло так много времени.

— Илонка! Вот же сука! — не сдержалась я. — Зачем она это сделала? — я повернулась к Андрею, ища его поддержки. Той самой, которой мне так не хватало все эти годы.

— Не знаю, Свет, — на удивление он не злился, но глаза его выражали глубокую печаль. — Прости. Если бы я сказал тогда тебе лично… Все было бы иначе.

Между деревьями, на тонких цепочках, чуть покачиваясь от ветра, висели небольшие фонарики. Их свет был мягким, чуть желтоватым, и тени на столе двигались вместе с ними. Где-то внизу шумело море. Ветер доносил запах соли и водорослей.

— Сперва я злился на Толика, с которым вы гуляли. Потом…

— Я не гуляла с Толиком. Вернее, только после того, как от тебя больше двух лет не было вестей.

— Но Илона говорила… — он поморщился. — Я видел вас.

— На счет Илоны, полагаю, мы оба все поняли. А на счет Толика. Он приходил в основном к отцу. Если не к нему, то разговор быстро заканчивался.

Мы замолчали.

Как же это глупо. И досадно.

Теперь осознавать ошибки прошлого было невыносимо.

Тишину нарушило уведомление моего телефона. Сообщение от дочери:

«Ты где?»

Я задумалась над ответом. А потом написала:

«Встретилась с Илоной, ужин в холодильнике!»

Илона. Сейчас ее имя звучало уже не так легко и непринужденно, как еще всего час назад. Когда мы оба и не догадывались о ее махинации. Впрочем, сперва лучше поговорить с ней.

— Семья? — поинтересовался Андрей.

— Да, дочь. — Помолчав немного я спросила: — А у тебя… есть дети? Семья?

Андрей улыбнулся краешком губ.

— Сын. Максим сейчас проходит стажировку в Лондоне. Хочу, чтобы стал моим преемником, — с гордостью во взгляде ответил он.

Я улыбнулась.

— Сколько ему? — постаралась, чтобы мой голос звучал непринужденно.

— Двадцать два уже.

Значит, он родился через три года, как Андрей уехал…

— А… жена?

Вопрос сам слетел с губ. Возможно, это меня не касается, но… я его задала.

— Умерла, — ответил мужчина, отпивая из бокала и не глядя на меня. — Когда Максиму было десять. Тяжелые времена. За год до этого погиб мой отец, и мы с сыном остались одни. Не скажу, что в чужой стране, тогда я уже более-менее встал на ноги. Перенял задатки бизнеса отца, который он только успел обосновать. Мне надо было заниматься воспитанием сына, поэтому я не особо мог уделять внимание рабочим делам. Потом наступил кризис, бизнес и вовсе обрушился. А мы с Максимом переезжали с места на место, пока не встали на ноги и не остановились во Фрайбурге. Спокойный город, без лишнего шума и суеты.

После слов «остались одни» я его плохо слушала, думая что же случилось тогда с его матерью.

— А Галина Львовна..? — как можно осторожнее поинтересовалась я.

Андрей нервно улыбнулся.

— Ее не стало через полгода, как она попала в клинику. Сперва все шло хорошо, затем… В один день она попросту впала в кому. И больше из нее не вышла.

— Мне жаль, — прошептала я.

Пока я злилась на него за то, что исчез, у него в жизни действительно было все плохо. Как он только перенес эти трудности? Еще и я… Сама того не подозревая, я отвернулась от него, вернее, руками Илонки. Все эти годы он думал, что я выбрала другого…

— Жаль, что тебе пришлось все это пережить. Жаль, что не смогла хотя бы поддержать, — я посмотрела в его глаза и на моих навернулись слезы. Я быстро проморгалась, не давая им сбежать по щекам.

Андрей уставился на гладь моря, вероятно, не желая смущать меня еще сильнее. Покрутил в пальцах бокал, а потом заговорил ровным голосом, будто говорил не о себе вовсе.

— Первые месяцы были самые тяжелые. Маму тогда только положили в клинику, отец находился с ней чуть ли не круглосуточно, а я находился один в квартире, которую нам предоставили. Все казалось чужим, другим. Люди, правила, язык. Все чужое. Я не понимал ни слова. В магазине тыкал пальцем, как немой, — усмехнулся он, не отрывая глаз от темного моря. — Деньги с продажи квартиры были не вечными и стремительно заканчивались. Лечение оказалось в разы дороже, нежели предполагал отец. Я стал искать работу. Но никто не брал никуда без образования и языка. Пробовал поступить, но и туда не брали. И проблема не только в незнании немецкого. У меня не было тринадцати лет школьного обучения, как принято там, поэтому я не мог поступить в университет. Даже не знал, что так бывает. Но увы, бумажки решают. Без них ты никто.

Я сидела вполоборота к Андрею, глядя на его профиль и молчала.

— Пошел на дуальное обучение. Это когда ты и учишься, и работаешь сразу. Два дня в неделю учился, остальное работал автомехаником в мастерской. Мне повезло, меня сразу взяли. Хозяин — немец, вошел в положение. Первое время я мыл машины, менял масло, потом стал помогать с двигателями. Руки у меня с детства к железу привыкли, — он сделал паузу, посмотрел на меня.

Я не отвела взгляд.

Вспомнился тот день, когда я пришла в гараж, а Андрей ковырялся в будущем мотоцикле. Вспомнила, как потом мы на нем ездили к иве…

— Немецкий учил по ночам, — продолжил он все так же спокойно, но остановился, будто обдумывая, стоит ли продолжать.

— Почему вы с отцом не вернулись?

Андрей взглянул на меня, в его глазах отразилась усталость, в точности, как в глазах его отца, когда я видела его в последний раз.

— Было некуда. Денег не осталось. У отца был контракт.

Он снова замолчал. Я видела, как в свете фонарей его лицо стало мягче — может, от воспоминаний, может, от того, что он поделился со мной.

Я не знала, что сказать. Просто протянула руку и накрыла его пальцы ладонью.

— Прости… — прошептала я.

— За что?

— За то, что не было рядом, — я убрала руку, заворачиваясь в плед сильнее и уводя глаза. — Спасибо, что рассказал.

— И тебе, — улыбнулся он. — Вернемся внутрь?

Я кивнула, принимая его руку и мы вернулись за наш столик.

— Так что же на самом деле привело тебя в наш город? — поинтересовалась я, когда официант оставил блюдо с фруктами и отошел.

— Разве я не ответил?

— Не думаю.

Андрей изменился в