Читать книгу - "Я приду, когда будет хорошая погода - Ли Доу"

снег, и еще один слой белого одеяла, похожего на хлопок, прикрыл накопившийся в деревне снег. Смахивая замерзший лед на полу террасы, он постелил пурпурный сельскохозяйственный изолятор. Вдоль перил установили обычные деревянные столбы, чтобы весь дом обтянуть винилом, а вход можно было просто откинуть, как занавеску. Они решили это пространство оформить как простое книжное кафе, где гости могут читать книги, попивая чай и кофе, у обогревателя.

К обеду, когда все пришли посмотреть, терраса превратилась в уютное кафе с обогревателем, столами и стульями.

– Смотрите, что я принесла.

Суджон достала несколько кусков ткани из большого мешка и радостно разложила их. Это были скатерти в клетку.

– Красиво!

– Подушки тоже привезла, они в машине.

Хэвон и Хёнджи вместе постелили скатерти и положили на стулья мягкие подушки. На каждый стол поставили небольшую стеклянную бутылку с сухоцветами, что сделало пространство светлее.

– Теперь мне нужно просто принести небольшую книжную полку.

Хэвон оглядела террасу, чтобы прикинуть подходящее место, в это время Ынсоп постучал по деревянному столбу, чтобы убедиться, что он надежно закреплен. Вибрация заставила сосульку упасть с перил на втором этаже, и трое одновременно закричали.

– Стой!

– Ты должен быть аккуратнее.

Ынсоп был поражен и пробормотал с озадаченным лицом:

– Ох… Мне очень жаль.

Суджон обратила внимание на него.

– Теперь каждая сосулька драгоценна. Будь осторожнее, чтобы не сломать их.

– Опять разбрызни воду и заморозь! – сказала Хёнджи, подбирая осколки сосулек с земли и бросая их в снег.

По дорожке, ведущей к дому «Грецкий орех», шли, ступая по снегу, два ребенка.

– На доске было написано прийти сюда.

Сынхо кивнул, и его глаза загорелись, когда он увидел украшенную террасу. Он прислонился к подушке и потрогал скатерть своей маленькой ручкой.

– Привет. Кажется, нынче стало модно приводить гостей. Как тебя зовут? – спросила Хэвон девочку того же возраста, которая была с ним:

– Здравствуйте. Я Ким Хёджин из того же класса, что и Сынхо.

Волосы симпатичной девочки были собраны в тугой хвост, а с розовой паркой она носила меховые наушники.

– О, Сынхо – твой друг!

– Да, близкий.

Удивившись, Сынхо сказал:

– Мы не друзья! Она просто шла за мной.

Хёнджи щелкнула его по голове, словно ругая за бестактность:

– Как ты можешь так говорить?

– Действительно… – пробормотал Сынхо, но Хёджин притворялась, что все в порядке. Она улыбалась и делала вид, что делает шаг ближе к Хэвон и хочет сказать ей что-то на ухо. Когда Хэвон откинулась назад и приблизила к ней голову, девочка тихо прошептала:

– На самом деле, я «Тайный друг» Сынхо на зимних каникулах. Так что я должна быть милой с ним.

– Вы все еще играете в «Тайного друга»? – Хэвон тоже прошептала ей.

– Учитель попросил меня делать секретные записки в день, когда у нас была церемония начала каникул. Когда начнется школа, они объявят, кто был чьим «Тайным другом». А пока мы должны быть просто друзьями.

Суджон, раскладывающая по всему книжному кафе стеганые куклы, которые она принесла из дома, с любопытством спросила:

– О чем вы там шепчетесь?

– Я скажу вам позже, – ответила Хэвон с улыбкой.

Ынсоп нашел темное пятно на потолочной лампе и открыл крышку отверткой. Он увидел следы возгорания из-за протечек.

– Эту лампу нельзя использовать, но она нам нужна, чтобы гости могли пить чай и читать ночью.

– Главный электрощит отключен. Я думаю, мы можем вытащить электрический провод из пристройки и включить настольную лампу.

Хэвон тоже посмотрела на лампочку и сказала:

– Как насчет того, чтобы поставить на стол свечи? Или слишком темно?

Суджон сказала рядом с ним, но Ынсоп покачал головой.

– Темно, и я беспокоюсь о возможности пожара, поэтому не думаю, что можно так сделать. Если притащить провод, он может запутаться. Тогда стоит найти лампу на батарейках. У меня есть одна, но…

Внезапно Хёнджи закричала и выскочила на заснеженный двор.

– Хёджин лепит снеговика! Сынхо, давай вместе сделаем.

Когда все обернулись, Хёджин в перчатках уже лепила снеговика из снега, сваленного во дворе. Улыбка скользнула по лицам и взрослых, а через некоторое время они все вместе собрались и катали по дорожке три шара, чтобы слепить во дворе дома «Грецкий орех» огромного снеговика. Когда Хёнджи встала рядом с ним, они оказались одного роста.

Суджон была счастлива, как девочка, когда холодный ветер обдувал ее холодную руку с раскрасневшимися щеками.

– Неплохо. Я хочу хорошенько нарядить его. Придется завтра кое-что купить и вернуться.

– А я принесу морковку, – сказал Сынхо, тоже обрадовавшись.

К вечеру следующего дня в Пукхён-ри родились три больших снеговика: во дворе дома «Грецкий орех», под навесом книжного магазина и у входа на каток. Снеговики с лицами, нарисованными углем, стали проводниками в шапках, платках и блестящих пуговицах, более естественными, чем полевые чучела. Забавно написанная деревянная табличка, стоявшая рядом, гласила: «Добро пожаловать в зимнее путешествие книжного магазина “Гуднайт”!».

Вечером того же дня

Трое собрались в пристройке и допоздна возились с продукцией на продажу. Шерстяная юбка Суджон была покрыта отвалившимися при шитье нитками, а шерстяные игрушки размером с ладонь были свалены в корзину рядом с Хёнджи. Она была на удивление дотошна в вязании кукол от маленького кролика до пары белок, на которых требовалось больше времени. На чайном столике, разложенном Хэвон, на каждом листе бумаги, вырезанном для закладок, были нарисованы нежные иллюстрации, ожидающие высыхания краски.

– Думаю, что черные закладки круче.

Хэвон улыбнулась словам Хёнджи, вытирая кисть сухой тряпкой. Она нарисовала одинаковое количество закладок на белой и черной бумаге, но ощущения от них были разные.

– Правда? Твоя куколка тоже милая.

– И не говори. Еще меня удивило то, что Хёнджи набила их салфетками. Я хочу купить эту пару белок.

Хоть Суджон высоко оценила ее труды, Хёнджи воспротивилась.

– Нельзя. Мы должны продавать это клиентам, а если мы купим это друг для друга, то не сможем заработать деньги. Моя мама тоже не желает продавать лекарства родственникам. Даже если сделать скидку, если будет что-то не так, ничего хорошего не скажут.

Суджон перестала шить и нелепо улыбнулась.

– Ох, разве это не грустно?

Кто-то вошел во двор, и послышался грохот. Хёнджи, услышав это, сказала:

– Похож на голос дяди Светодиода.

Когда они прекратили работу и вышли в темный двор, то увидели двух мужчин, освещавших потолок