Читать книгу - "Я приду, когда будет хорошая погода - Ли Доу"

Даже не знаю, вдруг перестала. Я слышала, что было довольно много плохих отзывов о второй книге.

Директор Пак махнул рукой, как будто это не имело значения.

– Плохие отзывы идут, как тень, за хорошими. В чем смысл не писать из-за этого? Она тоже могла кого-то оскорбить. Ее любили и ненавидели. Я думаю, что это своего рода преимущество.

Хэвон была благодарна за такую искреннюю привязанность к автору. Она подумала, что было бы неплохо, если бы тетя могла услышать это. Но лишь горько улыбнулась и пожала плечами.

– Мне кажется, что, когда я разговариваю с тетей, сама не замечаю, как мое человеколюбие покидает меня.

Простодушный смех распространился по заведению. Даже Пак Хиндоль впервые вспомнил о прошедших днях.

– Мне лично больше понравился второй роман. Насколько помню, она говорила, что написала его во время путешествия по Шотландии, а в то время было необычно найти работу, наполненную атмосферой другой страны. Это было что-то вроде удовлетворения своего внутреннего путешественника. Не то что я, лежачий камень… Никогда дальше нашего пригорода не бывал.

Когда он назвал себя так, Чану затрясся от смеха и ухмыльнулся.

– Я слышал эту шутку о камне уже около семнадцати раз, директор. Может, смените репертуар?

– Правда? Я старею и не могу обновлять шутки.

Директор Пак легонько почесал затылок, снова вызвав смех. В этот момент кто-то случайно задел стол, и деревянные палочки Хэвон упали, оставив небольшое пятно на ее штанах.

– Ой.

– Оставь, я почищу.

Ынсоп склонил голову, небрежно и как-то естественно вытер пятна с ее одежды. Чану посмотрел на него с широко открытым ртом. Директор Пак сказал, щелкнув языком:

– У тебя так челюсть отвалится.

– В самом деле… вредное для здоровья зрелище.

Чану взял стакан соджу и вылил его себе в рот, затем с громким стуком поставил его на стол.

– Кстати, почему тебе нравится Хэвон? В самом деле, почему?

Она возмутилась:

– К чему ты это спрашиваешь? Тебя это волнует?

– А тебе самой не интересно?

– Мне? Это…

Конечно, она была тем человеком, которого это больше всего интересовало. Хэвон повернулась к Ынсопу. Директор Пак и владелец ресторана тоже ждали ответа.

– Вокзал…

Все внимательно слушали, чтобы не пропустить ни слова. Ынсоп спокойно вспомнил тот день.

– Я увидел Хэвон на вокзале. Наступила осень, на платформе рос клен. Рядом с ним стояла Хэвон. И поезд шел по железнодорожным путям.

Чану повторил со слегка озадаченным лицом:

– Поезд шел по железнодорожным путям…

– Да. Это был поезд Мугунхва[41].

– И?

– В смысле «и»? Потому что Хэвон стояла там, где остановился утренний поезд. Ну как не влюбиться?

Ынсоп отвернулся, как будто он все сказал, в манере, что все теперь понятно. После некоторого молчания Чану наклонился к директору Паку и начал говорить:

– Значит, дело в поезде Мугунхва?

– Мне кажется, клены больше виноваты.

Уши Хэвон не слышали их болтовни. Как будто в этом пространстве были только она и Ынсоп, она не могла оторвать от него глаз и прошептала вопрос:

– Когда это было?

Улыбка скользнула по губам Ынсопа, и он наклонил голову так, чтобы его могла слышать только Хэвон, и прошептал ей на ухо. Его мягкое дыхание щекотало ее волосы.

– Возможно… должно быть, это был день, когда вы сбежали, мисс.

Глаза Хэвон расширились. Ей казалось, что сердце еще сильнее заколотилось. Что это за странное чувство? Она смотрела на его улыбку, словно сквозь дымку. Может быть, он появлялся на каких-то страницах ее жизни чаще, чем она думала… «Это похоже на загадку, которую нужно разгадать посреди ночи», – подумала она.

Глава 20. Давайте устроим мероприятие

Ароматический конус с запахом лаванды горел тонким дымком, и на фарфоровую тарелку падал пепел. В свете лампы Хэвон, подперев рукой подбородок, безучастно смотрела на поднимающийся дым. В чайнике на плите заваривался репейный чай.

– Нравится запах? Знакомый купил его для меня, когда был в Юго-Восточной Азии, – сказала Суджон, занимаясь шитьем на другой стороне стола.

Эта прилежная женщина, которая никогда не отдыхала, читала книгу или что-то мастерила, ожидая, пока соберутся участники клуба. Хэвон кивнула.

– Да, мне нравится.

– О чем ты думаешь? С некоторых пор ты тиха.

– Просто… Есть одни мысли. Я подумала, не будет ли хорошо, если наш книжный магазин тоже проведет мероприятие.

Суджон перестала шить, посмотрела на Хэвон и улыбнулась.

– Когда ты так говоришь, выглядишь настоящим менеджером книжного магазина. Есть хорошие идеи?

– Еще нет. Я постараюсь уделить этому больше времени.

В этот момент на мобильный телефон Хэвон пришло текстовое сообщение.

У меня грипп! У меня болит горло!

Я не смогу присутствовать на встрече сегодня, потому что плохо себя чувствую.

Пожалуйста, передайте всем привет,

Увидимся в следующий раз!

С уважением, Пэ Гынсан

– У Пэ Гынсана болит горло. Он сказал, что не сможет прийти сегодня, – сказала Хэвон, набирая короткий ответ.

– Эх, в последние дни разразилась эпидемия гриппа. Боль в горле должна быть довольно сильной.

Посочувствовав, Суджон открыла лежащую рядом сумку и достала пачку таблеток.

– Наш менеджер также должен принимать витамины. Тебе нужно укрепить свой иммунитет.

– Ничего страшного, тетя Суджон, лучше оставьте их себе.

– Нет, возьми. Питательные вещества и витамины подобны работе по дому. Если будешь принимать, то не увидишь разницы, если не будешь принимать, то увидишь, – сказала серьезно Суджон, и Хэвон засмеялась.

– Кстати… Как тетя? – спросила девушка, беря таблетки и наблюдая, как шьются пестрые мешочки.

– Мёнё? В порядке.

– Теперь она может вернуться домой. Это должно быть неудобно для вашей семьи, она даже взяла Каштана.

Глаза Суджон расширились, и казалось, что она много чего могла сказать.

– Даже не знаю. В последнее время, благодаря Мёнё, наш дом превратился в пункт сбора. Прошлым вечером позвонили друзьям и устроили пижамную вечеринку. Скачали и вместе посмотрели фильм, выпили вина. Я не знаю, как давно мы этого не делали. Кроме того, мой муж – директор, и он сейчас отсутствует в деревне.

Суджон была искренне счастлива и широко улыбалась. Вот как… Было радостно слышать, что у тети Мёнё все хорошо, но Хэвон немного грустила. Женщина погладила ее, как будто заметила это.

– Кажется, что