Читать книгу - "Изаура и Алваро - Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш"

она поспешила за Изаурой. Быть в курсе всех событий в доме было не увлечением, а статьей дохода завистливой мулатки...

— Изаура, девочка моя, я хорошо помню о сложностях в твоей жизни, возникших в последнее время. Поверь, я по-прежнему ни в чем тебя не виню и надеюсь, что больше ничто подобное не омрачит твое личико.

— О, донна Мария, я уже почти забыла о случае в беседке, — чтобы не огорчать хозяйку, покривила душой девушка. — Я думаю, что во всем была виновата жара.

— Пусть так, Изаура, но прошу тебя, будь осторожней, избегай двусмысленных положений, ведь жара может повториться, — грустно усмехнулась донна Мария

— Я надеюсь, — понимающе улыбнулась Изаура, что вы, как и тогда, придете мне на помощь.

— К сожалению, нет, моя дорогая. Я на время должна уехать, поэтому и вызвала тебя, ведь никто лучше тебя не соберет меня в дорогу.

— Госпожа, позвольте мне сопровождать вас, вдруг вам понадобится моя помощь?

— Нет, ты нужнее в доме. Ведь скоро приезжает Леонсио, нужно навести порядок и красоту в комнатах. В библиотеке твоими стараниями все хорошо, а вот кабинет потребует трудов. Дон Алмейда предпочитает ему апартаменты управляющего...

— Я постараюсь, донна Мария, чтобы молодому хозяину было приятно войти в дом.

— Не сомневаюсь. А чтобы тебе было легче, я отдам распоряжение всем слугам в доме слушаться тебя, как меня.

При этих словах подслушивающая Роза даже зубами заскрипела от злости.

— А теперь пошли, пожалуйста, Розу за Жануарией, мне понадобится в дороге кое-что из ее снадобий.

— Да, донна Мария, — ответила Изаура и поспешила к двери, едва не расшибив лоб подслушивающей Розе. — По-моему, ты слышала, кого нужно позвать, — с упреком произнесла девушка, от чего мулатка еще больше возненавидела ее, но подчинилась.

Пришедшая на вызов Жануария уже знала от болтливой Розы об отъезде хозяйки и поэтому сообразила, что от нее потребуется. Не долго мешкая, она подобрала среди своих снадобий все, что могло понадобиться слабому сердцу донны Марии во время путешествия, уложила в плетеную коробочку, предварительно пометив их разными по цвету лоскутками: синий — до еды, желтый — после и красный, не дай Бог, — она перекрестилась — во время приступа.

И сейчас, слегка вспотевшая от спешки, но довольная своей догадливостью, стояла перед хозяйкой и объясняла свою систему.

— Спасибо тебе, добрая Жану, — так с давних пор донна Мария называла Жануарию, — ты всегда мне помогаешь.

— Рада служить, госпожа, рада служить, совершенно искренне заулыбалась толстуха. — Я еще напеку вам в дорогу таких пирожков, что ни в один ресторан не захочется. Но сколько? Надолго ли вы едете?

— Не более чем на неделю, но напеки на две, я ведь не смогу удержаться и буду угощать попутчиков, пусть позавидуют.

— Ох, госпожа, — покраснела бы, если б смогла, чернокожая кулинарка, — вы меня захвалите.

— Еще больше я тебя похвалю, если ты в мое отсутствие присмотришь за Изаурой. Чтобы никто ее без меня не обидел.

— Да уж присмотрю за нашим ангелочком, не сомневайтесь. Я уж постараюсь, чтобы никто не заставлял ее так пугаться и плакать, как тогда...

— Все-то вы знаете, ворожеи африканские, — незлобиво упрекнула хозяйка.

— Да, скажу я вам, — ответила Жануария, — кто-то из нас не слушает, не смотрит, да все знает, а кто-то подслушивает, подсматривает и языком треплет, так и не зная о чем.

Донне Марии не нужно было объяснять, кого имеет в виду ее верная Жану, немолодые, давнишние почти подруги, насколько позволяло различие в их положении, отлично понимали друг друга с полуслова.

— Вот и за этим тоже проследи и управься по-своему, — поручила донна Мария и стала собираться в дорогу.

Ранним утром следующего дня донна Мария собралась в путь. Мужу она сказала, что едет навестить подругу юности Алисию, впрочем, она могла назвать любое другое имя — ему было безразлично. Кучер уже сидел на облучке кабриолета.

Путь до Кампуса был привычным, а далее ей предстояло воспользоваться прямым поездом Кампус — Рио-де-Жанейро.

Из окна вагона она с интересом осматривала пейзаж и думала о цели своего путешествия. На вокзале Итавораи, когда она пила лимонад в буфете, неясный вначале план созрел.

Уже поздно ночью разбитной извозчик остановил коляску возле ограды виллы, освещенной газовыми фонарями, в старой части Рио-де-Жанейро. Дом отличался от соседских не богатством, здесь все дома говорили о достатке своих хозяев, а вкусом, с которым он был построен, и ухоженностью прилегающего сада. От ворот широкая аллея вела к ступеням лестницы, полого поднимающейся к входным застекленным дверям, справа и слева перед которыми сходились под сводчатый навес два пандуса для экипажей. У основания лестницы два мраморных льва прижимали лапами ядра-бомбы с зажженными мраморными же фитилями. Эта символика, как и герб над фронтоном дома говорили о принадлежности хозяина к военной аристократии — все еще ведущего класса Бразилии.

И действительно, это был дом полковника Фонтеса, героя войны, любимца императора, обласканного его милостью, сослуживца покойного отца Марии.

— О, кого я вижу после долгой разлуки! Мария, девочка моя, наконец ты вырвалась из своей дыры и посетила старика! — радостно закричал старый воин, всегда немного громко разговаривавший из-за давней контузии, поразившей его слух.

— Ах, дон Фонтес, вы такой же старик, как я девочка.

— Ладно, договоримся: мы оба с тобой молоды. Какими судьбами? Ты по делам в Рио?

Мария не хотела сразу называть горькую причину своего посещения, поэтому сказала:

— Да нет, я действительно засиделась в провинции и решила к скорому приезду Леонсио немного привести себя в порядок. А что касается дел, то вы прекрасно знаете — ими в Бразилии занимаются мужчины.

Старик не уловил в словах женщины скрытой горечи.

— Что ж, событие радостное, а там, глядишь, и свадебные хлопоты не за горами. Есть у вас уже невеста на примете?

— Мне хотелось бы, чтоб невесту Леонсио выбрал сам. Известно, что браки, устроенные родителями, редко приносят счастье.

— Ах, и ты подверглась этим современным веяниям. Просто как мой внук Алваро!

— Как он, кстати? Наверно, уже настоящий молодой мужчина?

— Да, вполне мужчина, только беспокоит меня в современной молодежи желание все поменять на свой лад. Рабовладение их, видите ли, не устраивает! Да чем бы была наша страна без него? Так, лесом с полянами. А теперь смотри сколько