Читать книгу - "Двор расколотой гармонии - Сара Джанет Маас"

ещё раз перед праздником. Владычица Незримых и королева Валлахана явно хотели испортить мне радость, добавить страх в то, что должно было стать драгоценным, мирным мгновением. У них получилось.

Но учитывая мою ссору с Амрен раньше, я попрошу Риса осмотреть подарки. У меня было мало желания разговаривать с этой женщиной, и я была уверена, что у неё тоже мало желания разговаривать со мной, не говоря уже о том, чтобы помогать хоть с чем-то, даже ради Никса. То, как она со мной говорила, то, как решила, что есть единственный правильный путь — её путь, — меня раздражало. Это не имело никакого отношения к тому, что я Верховная Правительница. Я не думала ни о титуле, ни о короне рядом, когда шла с ней лоб в лоб.

И да, возможно, я нанесла низкий удар тем самым вопросом о том, какой совет Амрен дала, когда Амаранта появилась на этих берегах десятилетия назад, но Амрен действительно совершала ошибки. Не часто, но совершала. Я доверяла и уважала её мудрость, но то, что она злилась, когда ей не следовали слепо… это вывело мое состояние из равновесия. И оно оставалось таким раздраженным, хотя я пыталась выпустить это из тела несколькими глубокими вдохами, разглядывая подарки.

По крайней мере, здесь были подарки, которые не нужно было проверять ни Амрен, ни Рису — возможно, уже мои самые любимые из всей кучи: стопка раскрашенных открыток. Все от детей из классов рисования, на которые я до сих пор выкраивала по шесть часов в неделю. Все в той или иной форме говорили: Поздравляем! Добро пожаловать, Никс!

Дети обожали дни, когда Никс приходил со мной на занятия. Обожали показывать ему свои картины, разговаривая с ним так, словно он понимал каждый нюанс и мазок.

Вид этих гордых лиц — уже не робких, испуганных детей, какими они были после войны, — делал эту дополнительную задачу, от которой, возможно, следовало отказаться, совершенно стоящей.

А созерцание этих открыток сейчас, созданных под руководством моей деловой партнёрши и подруги Рессины, зажигало в груди яркую, неугасимую искорку радости. Я уже знала, что буду беречь эти открытки больше любого дорогого, магического подарка, который мы получим.

— Вы Верховный Правитель и Правительница Двора Ночи, — сказала Элейн, отвернувшись от подарков, которые пыталась хоть как-то упорядочить. — Вполне естественно, что другие дворы и влиятельные люди хотят прислать это, чтобы оставаться в вашей милости.

Я качнула игрушечного коня одним пальцем.

— Мне не нравится, что День Наречения моего сына используют больше для политической выгоды, чем для настоящей радости от его существования.

Элейн кивнула в знак согласия, но взглянула мне за спину.

— А где он, кстати?

— Спит, — сказала я, улыбнувшись. — На встрече он так наглотался молока, что может проспать следующий год.

Элейн слабо улыбнулась.

— Встреча?

Встреча — и уродливая ссора с Амрен. Но я махнула рукой.

— Просто разговор про сегодняшнее на Сторре.

— Понятно.

Я поморщилась, осознав свою ошибку.

— Мне следовало пригласить и тебя. Извини. Я решила, что ты занята организацией праздника… — Она казалась такой счастливой планировать День Наречения Никса. Мне даже в голову не пришло спросить, хочет ли она присоединиться к совещанию, особенно по такому мрачному поводу. Но я была рада, что Элейн не видела моей ссоры с Амрен.

Элейн быстро покачала головой, хотя черты лица напряглись.

— У тебя и так достаточно дел, чтобы ещё помнить, какую сестру приглашать на встречи.

На самом деле я не приглашала и Несту — она просто стала частью команды, и я регулярно передавала ей ту же информацию, что Мор или Кассиану. Даже если недавние события немного напрягли эту лёгкость общения и приветливость между нами всеми.

А вот Элейн… Я зарыла вину глубже.

— Могу рассказать, если хочешь, — предложила я. — Хотя это мрачно. Мы думаем, что Раск, Монтесере и Валлахан ищут собственный Сотворенный предмет — скорее всего, по поручению или благодаря манипуляциям Кощея. Нам нужно найти его первыми. Мор после праздника возвращается в Валлахан, чтобы выяснить, что сможет, но… — Я вздохнула. — Кто знает?

Элейн склонила голову.

— Хочешь, чтобы я попробовала… Увидеть его?

— Нет, — сказала я, снова вздохнув. — Спасибо, но нет. Неста пыталась гадать перед встречей, но ничего не обнаружила. Я думала, раз она Сотворенная, то какие бы заклинания ни скрывали этот объект, они на неё не подействуют — ведь, кажется, никакие заклинания вообще не могут удержать Несту, — но толку не было. — Я не добавила очевидного: если Неста не смогла найти эту вещь, Элейн, Провидица или нет, скорее всего, тоже не сможет. Сила Несты всегда была больше.

— Хорошо, — тихо сказала Элейн и снова повернулась к горе подарков. — Кстати, тебе понадобится месяц, чтобы их все открыть.

Я позволила ей сменить тему и последовала за ней.

— А написать все благодарственные письма займёт ещё дольше.

— Может, есть какое-нибудь магическое заклинание, которое напишет их за тебя.

— Если кто-то такое изобрёл, я его прямо в губы поцелую.

Элейн рассмеялась. Я осознала какой это редкий звук в эти дни. Когда я в последний раз слышала её смех — или видела, как карие глаза по-настоящему загораются вот так? Не могла даже вспомнить. Ещё один укол вины пронзил меня.

Как только День Наречения пройдёт, может, я улучу момент и поговорю с Элейн по душам. В прошлом году она упоминала травму, которую пережила от рук Котла, — и как сильно её ранит, что всё внимание было сосредоточено на том, что эта травма сделала с нами, а не на том, что она сделала с ней в первую очередь. Я так и не продолжила этот разговор.

Я была ужасной сестрой.

Но сейчас было не время для этого. Поэтому я спросила:

— Всё готово к празднику?

— Да, — сказала Элейн, заправив прядь волос за заострённое ухо. — Верховная Жрица Велариса со своими послушницами готовит городской храм по тем рекомендациям, которые я им дала. Я знаю, что они захотят провести собственную церемонию Равноденствия раньше, так что самое сложное было совместить их ритуальные требования с украшениями, которые мы привезём.

Но всё должно быть улажено, и здесь тоже всё будет в порядке для обеда после.

— Спасибо, — сказала я. — Не только за организацию, но и за то, что сняла это с меня и с Риса. Он любит устраивать хорошие вечеринки, но, думаю, это было бы для него слишком большой нагрузкой.

Элейн положила руку на сердце.

— Для меня это честь. И удовольствие делать это для Никса.

— Он любит свою тётю Элейн. — Хотя