Читать книгу - "Дым, зеркала и проступки - Энола М. Дуглас"

свежую хвою горячей водой. Арк налил чашку. Первый глоток был чистым и бодрящим, с лёгкой остротой. Тепло просочилось внутрь; землистая энергия сосны наполнила конечности, обостряя чувства и возвращая устойчивость.

С чашкой он прошёл в кабинет. Утренний свет проникал сквозь арочное окно, ложась длинными полосами на тёмное дерево. За перилами террасы под бледным небом простирался Анджелин, пробуждаясь к жизни.

Арк сел за стол, взял перо, обмакнул в чернильницу и написал:

Доброе утро, Кассия.

Раз уж мы недавно помолвились, будет правильно начать узнавать твои привычки — предпочтения, прихоти, мелочи, которые делают тебя… тобой. К несчастью, сперва мне придётся сделать важное признание о себе: к великому сожалению, я жаворонок.

Арк на мгновение замер; перо зависло над пергаментом, губы дрогнули.

А значит, иногда вам придётся терпеть ранние послания — вроде этого.

Примите мои глубочайшие соболезнования.

— Арк

Перед отправкой он заколебался. Арк никогда не обращался первым, особенно по утрам, если только не требовалось сообщить Роудсу или Кайусу что-то важное по делу. Его дни всегда имели чёткую структуру, а время принадлежало ему. Он редко допускал отвлечения — и уж точно не до завтрака.

И всё же теперь первым отправлял письмо.

Он взмахнул пальцами. Чернила задрожали и поднялись с бумаги. Строки распустились тёмными щупальцами, скрутились и слились в гладкий полупрозрачный силуэт ворона — маленькое украшение, которое друзья с нежностью прозвали «Теневым пером». Ворон склонил голову; его тело состояло лишь из текучей тени. Затем распахнул крылья и исчез, устремившись на поиски Кассии.

Для магического послания требовался магический отпечаток получателя — столь же уникальный, как отпечаток пальца. Арк получил отпечаток Кассии в миг скрепления сделки, когда нить её магии защёлкнулась между ними. Необходимость для будущей координации, сказал он себе. Стратегия, не более.

Арк откинулся в кресле. Теперь оставалось ждать. Она почувствует приближение послания, прикосновение его магического отпечатка и решит, впустить его или позволить растаять в небытии.

Он направлялся в душ, когда на границе чувств возник слабый импульс. Пришёл её ответ. Арк остановился и впустил его. Городской дом затопил тёплый сладкий аромат тыквенных булочек и сахарной пудры. Он вернулся за запахом в кабинет.

На столе лежала калла с длинным стеблем. У него на глазах по белоснежному лепестку сами собой побежали изящные плавные строки.

Не тут-то было, сэр. Твоя Избранная — пекарь и встаёт до рассвета. Я была по локоть в хлебном тесте ещё до того, как вы успели хлопнуть ресницами.

Он повертел цветок между пальцами, наблюдая, как на нежном лепестке проступают новые чернила — второе послание.

Можете писать сколь угодно рано. Во время работы я буду рада компании.

— Кассия

Его губы изогнулись. Дерзко. Он снова обмакнул перо.

Часто ли ты приглашаешь безнадёжно влюблённого Избранного вторгаться в твои утра?

Чернила замерцали на пергаменте и исчезли в вихре чёрных перьев, когда послание взлетело. Он ждал, вертя каллу между пальцами, и вскоре вдоль края лепестка сама собой вывелась новая строка.

Только тех, кого я окончательно околдовала.

Арк усмехнулся. Откинулся в кресле, барабаня пальцами по столу. Затем, немного подумав, снова коснулся пером бумаги.

Считай, что меня и правда околдовала.

Но вернёмся к делу. Я размышлял… Чтобы наша великая история любви звучала убедительно, следует держаться как можно ближе к истине. А значит, естественно, я влюбился в тебя с первого взгляда, когда увидел в вестибюле клуба «Слоновая кость».

Через несколько минут вдоль края лепестка протянулась очередная строка.

Как романтично. Но я отчётливо помню, что ушла. Ты бросился следом. Даже спас меня, как настоящий рыцарь в сияющих доспехах. Именно тогда я в тебя и влюбилась.

Его усмешка стала шире, пока он писал следующее послание.

Предпочитаю считать, что просто не дал вам угодить под арест. Впрочем, поступок всё равно благородный.

Теневой ворон умчался. Затем на лепестке каллы завилась новая строка.

Надеюсь, ты не из тех, кто приукрашивает истории. Такая черта в Избранном внушала бы страшное недоверие.

Арк не удержался от смеха, а перо снова заплясало по пергаменту.

Я никогда не приукрашиваю. Лишь придаю повествованию больше блеска. Необходимый навык, не находишь?

Место на лепестке заканчивалось. Ответ появился на стебле более мелким, но упрямо аккуратным почерком.

Удобное оправдание. Но так и быть, разрешаю.

Арк откинулся назад; напряжение постепенно уходило из плеч. Он не ожидал, что это окажется настолько приятно.

Могу я сегодня после полудня посетить приют? Хочу увидеть его своими глазами.

Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал.

Ты спрашиваешь так, будто я могла бы тебя остановить.

По его губам скользнула улыбка. Он нацарапал новое послание.

Могла бы.

Но стала бы?

Пауза на этот раз затянулась. Затем под последним посланием на стебле появилось одно слово:

Нет.

Арк поправил перчатки, защищаясь от холода; ботинки хрустели по покрытой инеем брусчатке садов Элдрин. Морок держался — ни рогов, ни отметин, — и прохожие не оглядывались. Дорожка тянулась к Человеческому кварталу, где ждал приют «Звёздный свет». Низкое послеполуденное солнце отбрасывало через парк длинные тени.

Он достал телефон — одно из множества человеческих изобретений, которые считал действительно полезными. Магические послания были личнее, но их создание требовало энергии, которую лучше потратить на другие задачи. Арк набрал номер и поднёс аппарат к уху. Не прозвучало и двух полных гудков.

— Я знал, что ты сегодня позвонишь, — ответил Оромон; его голос сопровождали низкое гудение пилы и отдалённый стук молотка. — Как прошло очищение?

— Новый сигил на месте и держится устойчиво. — Арк смотрел, как дыхание туманится в воздухе. — Дадим ему несколько недель освоиться, но я хотел узнать твоё расписание. Планируем реставрацию в начале следующего года.

Задумчивая пауза. На заднем плане звякнули инструменты.

— Хочешь поручить работу мне?

— Ты лучший. Разумеется, я хочу поручить её тебе.

Любой подрядчик мог выпотрошить здание и придать ему новый вид, но Оромон чувствовал пульс владения и читал слои Магии Земли и Памяти, вплетённые в кости здания. Более того, он умел их сохранять, знал, какие части конструкции можно заменить, а какие служат якорями энергии. Большинство подрядчиков даже не догадались бы их искать. Оромон поймёт дом прежде, чем поднимет молоток.

— Чертовски верно, я лучший. — Послышался глухой стук, словно он бросил что-то на верстак. — Ладно. Пришлю человека осмотреть здание. Полная реставрация?

— Сверху донизу.