Читать книгу - "Я не злая мачеха! Воспитать наследника Тьмы - Ianluv"

Я повернулась и начала подниматься по лестнице. Мои ноги казались ватными, а место пореза на шее горело, но я шла ровно. Каждая ступенька была маленькой победой.

Мы подошли к дверям северного крыла. Здесь плотность моей магии была максимальной. Воздух казался видимым, дрожащим от вязкого, темного тумана. Аларик остановился, нахмурившись.

— Твоя магия… она изменилась. Она пахнет иначе.

— Я просто перестала пытаться ее подавлять и начала использовать по назначению, — соврала я. На самом деле, я просто использовала ее так, как использовала бы методические пособия — структурно и целенаправленно.

Я приложила ладонь к запечатанной двери. Мой «деготь» узнал меня, пропуская внутрь, но он мгновенно ощетинился, когда почувствовал Аларика.

— Стой, — я преградила ему путь рукой. — Сначала подави ауру. Полностью. Я должна почувствовать, что от тебя не исходит угрозы.

Аларик зарычал, словно раненый зверь, но я увидела, как черные искры, плясавшие вокруг его пальцев, начали гаснуть. Тяжесть, давившая на мои плечи, исчезла. Он закрыл свои магические щиты, превратившись в обычного, пусть и очень сильного и опасного человека.

— Достаточно? — процедил он.

Я кивнула и толкнула дверь.

В комнате царил полумрак. Пахло мятой, свежестью и немного — лекарственными травами. Леон спал, свернувшись калачиком под теплым одеялом. Его личико уже не было таким серым, на щеках появился едва заметный намек на румянец.

Аларик замер на пороге. Его огромная фигура в грязных доспехах выглядела здесь совершенно инородно. Он смотрел на сына так, словно видел его впервые. Или словно ожидал увидеть труп.

Я отошла в сторону, освобождая дорогу.

Герцог медленно, почти крадучись, подошел к кровати. Его сапоги скрипнули по ковру. Он опустился на одно колено, и я увидела, как его рука — та самая рука, которая только что приставляла меч к моему горлу — дрогнула.

Он протянул пальцы к волосам Леона, но в последний момент отдернул их, словно боялся обжечь ребенка своей чернотой.

— Он… он действительно дышит ровно, — прошептал Аларик. В его голосе впервые прорезалась не ярость, а растерянность.

— Я вывела большую часть яда, — сказала я, стоя у окна. — Но его магическое ядро всё еще нестабильно. Ему нужен покой и ощущение безопасности. В его понимании безопасность — это вы. Даже если он вас боится, на подсознательном уровне его магия ищет защиты у вашей.

Леон пошевелился во сне и что-то неразборчиво пробормотал.

— Папа?.. — донеслось с кровати.

Аларик застыл. Его лицо, до этого напоминавшее маску из гранита, дрогнуло. Он осторожно положил ладонь на маленькое плечо сына.

— Я здесь, Леон.

Мальчик приоткрыл глаза. Увидев отца, он сначала испуганно сжался — старые рефлексы никуда не делись, — но потом, почувствовав отсутствие той удушающей тьмы, которая обычно исходила от Аларика, расслабился.

— Мама сказала… что ты приедешь, — прошептал Леон, потирая глаза. — Она сказала, что ты защитишь нас от плохих людей.

Аларик резко обернулся ко мне. Его взгляд был острым, как бритва. «Мама сказала»? Я видела, как в его голове со скрипом проворачиваются шестеренки. Он пытался сопоставить образ Серафины, которая ненавидела этого ребенка, с той женщиной, о которой говорил мальчик.

— Да, — голос Аларика был глухим. — Она… она так сказала?

— Она спасла меня, папа. Было очень жарко внутри, а она дала мне прохладу. И… и наклейку, — Леон гордо указал на свою ладошку, где красовалась бумажная звездочка, которую я наклеила ему утром в качестве награды за выпитое лекарство.

Герцог Рид посмотрел на дешевую, яркую наклейку на руке будущего Темного Властелина. Затем на меня. Затем снова на наклейку.

— Наклейку, — повторил он, словно пробовал незнакомое слово на вкус.

— Это система поощрений за правильное поведение, — вставила я своим самым официальным тоном. — Помогает формировать позитивные нейронные связи.

Аларик поднялся. Он больше не выглядел как человек, готовый убивать. Он выглядел как человек, который попал в другую реальность и отчаянно пытается найти в ней ориентиры.

— Леон, поспи еще, — сказал он сыну, и на этот раз его голос был удивительно мягким. — Нам с твоей… с матерью нужно поговорить.

Мальчик послушно закрыл глаза, мгновенно проваливаясь в лечебный сон. Аларик жестом велел мне выйти из комнаты.

Как только дверь за нами закрылась, он снова прижал меня к стене. Но на этот раз без меча. Он просто уперся руками в дерево по обе стороны от моей головы, создавая клетку из своего тела.

— Кто ты? — спросил он, глядя мне в глаза с пугающей близостью.

— Я — твоя жена, Аларик. Твоя нелюбимая, капризная и, как ты считал, безумная жена.

— Нет, — он покачал головй. — Серафина Рид — эгоистичная тварь, которая боится собственной тени и ненавидит всё, что связано с моим родом. Она никогда бы не вошла в резонанс с Тьмой, чтобы спасти ребенка. Она бы сбежала, как только запахло жареным. Ты… ты не она.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он был слишком проницателен. В книгах Аларика описывали как гениального тактика, и сейчас я понимала, почему.

— Люди меняются перед лицом смерти, Аларик, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал убедительно. — Когда я поняла, что меня используют как пешку в игре, ценой которой станет жизнь ребенка и моя собственная голова на плахе, я решила сменить правила игры.

— И ты решила стать… воспитательницей? — в его голосе проскользнул сарказм, но лед начал таять.

— Я решила стать той, в ком Леон нуждается. И если для этого мне нужно клеить звезды на его руки и варить овсянку — я буду это делать. А теперь, герцог, если вы закончили меня допрашивать, я бы хотела заняться раной на шее. Вы были весьма неосторожны с оружием.

Я указала на его окровавленный воротник. Аларик посмотрел на мою шею, где кровь уже начала подсыхать. В его глазах мелькнуло нечто, похожее на вину, но он быстро это подавил.

— Ты под домашним арестом, — отчеканил он. — До тех пор, пока я не разберусь, что здесь произошло на самом деле. Ты не покинешь северное крыло без моего разрешения.

— Согласна, — кивнула я. — При условии, что вы будете обедать с сыном. Каждый день. Без доспехов и без вашей удушающей магии. Ему нужно привыкать к вам.

Аларик открыл рот, чтобы что-то возразить, но замолк. Он просто смотрел на меня, и в этом взгляде было столько вопросов, что мне на мгновение стало не по себе.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Но не думай, что ты меня убедила. Я буду следить за каждым твоим шагом.

— Ничего другого я и не ожидала, — я слегка присела в реверансе, сохраняя достоинство. — А