Читать книгу - "Я не злая мачеха! Воспитать наследника Тьмы - Ianluv"

ни одного выбившегося локона. Внешний вид — это пятьдесят процентов успеха в любых переговорах. Если ты выглядишь как человек, у которого всё под контролем, люди подсознательно начинают в это верить. Даже если внутри тебя всё дрожит от первобытного ужаса.

А потом пришел *Он*.

Я почувствовала его приближение задолго до того, как услышала топот копыт. Воздух в холле вдруг стал тяжелым, словно его заменили жидким свинцом. Магия Аларика катилась впереди него черной волной, вышибая двери и заставляя витражи в окнах жалобно звенеть. Это была аура человека, который три года провел в аду и принес этот ад с собой на подошвах сапог.

Тяжелые дубовые двери замка распахнулись с таким грохотом, что Мортон вскрикнул и присел.

На пороге стоял Аларик Рид.

Он выглядел старше, чем на иллюстрациях в книге. Выше, шире в плечах, его лицо было иссечено тонкими шрамами, а глаза… Боги, эти глаза были цвета застывшей лавы. На его доспехах еще не высохла грязь дорог, а от плаща исходил отчетливый запах озона и гари. За его спиной застыли «Черные псы» — элитный отряд, молчаливые тени в черной броне, чьи лица скрывали глухие забрала.

Аларик не шел — он наступал. Каждый его шаг по мраморному полу отдавался в моих висках ударом молота. Он проигнорировал склонившегося в глубоком поклоне Мортона. Его взгляд, полный концентрированной, ледяной ненависти, был прикован только ко мне.

Я стояла на третьей ступени лестницы, сложив руки на талии. Мой «профессиональный голос» был готов, но сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.

— Где он? — голос Аларика был хриплым, низким, вибрирующим от сдерживаемой ярости.

— Доброе утро, Аларик, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в зрачки. — Ты вернулся раньше срока. Мы как раз закончили подготовку к завтраку.

Вместо ответа он сократил расстояние между нами в один неуловимый прыжок. Металл звякнул о металл. Я даже не успела моргнуть, как холодная полоса черной стали прижалась к моей шее.

Острие меча слегка надавило, и я почувствовала, как кожа лопнула. Тонкая струйка крови потекла по горлу, затекая под воротник платья.

— Серафина, — прошипел он, склонив голову к моему плечу. Его дыхание обжигало, оно пахло зимой и опасностью. — У тебя есть три секунды, чтобы сказать, что ты сделала с моим сыном. Мортон доложил мне о «всплесках Тьмы». О твоих «экспериментах». Если я обнаружу на нем хоть один новый след твоих опытов… клянусь, я буду вскрывать твою магию по кусочкам, пока ты не начнешь молить о смерти.

Его аура давила на меня, пытаясь заставить упасть на колени. Моя собственная магия внутри протестующе взвыла, «дегте» вскипел, пытаясь защитить хозяйку. Я чувствовала, как по залу поползли тени, как воздух начал густеть.

— Раз, — произнес он, и лезвие вошло чуть глубже.

Я не отвела взгляда. Более того, я сделала шаг вперед, еще плотнее прижимаясь горлом к мечу. Аларик на мгновение замер — он явно ожидал истерики, мольбы о пощаде или попытки сбежать. Но не этого холодного, педагогического спокойствия.

— Вы закончили, герцог Рид? — спросила я. Мой голос не дрогнул ни на йоту. — Если ваша потребность в драматических жестах удовлетворена, то, может быть, мы перейдем к делу?

— Два, — его глаза сузились. В них вспыхнуло недоумение, быстро сменившееся еще большей яростью. — Ты думаешь, я шучу?

— Я думаю, что вы ведете себя как крайне безответственный родитель, — отрезала я. — Вы ворвались в дом, полный слуг, напугали персонал и, что самое важное, принесли с собой такую концентрацию агрессивной магии, которая способна убить вашего сына быстрее, чем любой яд.

Аларик нахмурился, но меч не убрал.

— Что ты несешь?

— Леон болен, — я продолжала говорить четко, расставляя акценты. — Его состояние было критическим. «Слезы Бездны». Вам знакомо это название? Или вы были слишком заняты войной, чтобы заметить, что вашу жену — настоящую Серафину — использовали как инструмент для устранения наследника?

— Ты и есть Серафина, — выплюнул он.

— Юридически — да. Но прямо сейчас перед вами стоит человек, который последние двенадцать часов боролся за жизнь вашего ребенка, пока вы скакали по перевалам, расплескивая свою Тьму направо и налево.

Я подняла руку — медленно, чтобы он не воспринимал это как атаку — и кончиками пальцев отодвинула лезвие от своего горла. Он позволил мне это сделать. Его шок был моим главным преимуществом.

— Леон спит в северном крыле. Я запечатала комнату своей магией, чтобы *ваше* присутствие не спровоцировало новый приступ. Его магические каналы воспалены. Любой резонанс с вашей силой вызовет внутреннее кровотечение.

Аларик убрал меч, но его рука все еще сжимала рукоять так, что костяшки побелели.

— Ты лжешь. Мортон сказал…

— Мортон говорит то, что вы хотите слышать, и то, за что ему платят те, кто хочет смерти Леона. Если вы хотите убить меня — пожалуйста. Можете сделать это прямо здесь, на этой лестнице. Я даже не буду сопротивляться. Но сначала… — я сделала паузу, глядя ему в самую душу. — Сначала вы снимете доспехи, подавите свою ауру до абсолютного минимума, пойдете в детскую и просто обнимете своего сына. Ему не нужен великий полководец. Ему нужен отец.

— Ты смеешь учить меня? — он сделал шаг ко мне, возвышаясь надо мной, как скала. — Женщина, которая морила его голодом? Которая запирала его в подвале?

— Именно поэтому я знаю, о чем говорю, — я не отступила. — Я видела бездну в его глазах. И я ее закрыла. А теперь решите для себя: вы пришли сюда, чтобы отомстить мне, или чтобы спасти его? Если второе — делайте, как я сказала.

Зал погрузился в тишину. «Черные псы» за спиной герцога не шевелились, они казались статуями. Аларик тяжело дышал, его ноздри раздувались. Я видела, как в его сознании идет борьба. Он не верил мне. Ни единому слову. Для него я была монстром, который внезапно сменил шкуру. Но в то же время он не мог не чувствовать перемену в магическом фоне замка. Мой «деготь» больше не был ядовитым — он был защитным.

— Если я войду туда и увижу, что ты причинила ему вред… — начал он.

— То вы отрубите мне голову. Мы это уже обсудили. А теперь — идите. Ганс приготовил для ваших людей завтрак в столовой. Пусть они уйдут с парадного входа. Их магия слишком «фонит».

Аларик обернулся к своим солдатам и коротко кивнул. Те без единого слова развернулись и вышли. Профессионалы.

Затем он снова посмотрел на меня. В его взгляде не было прощения, только холодное, расчетливое любопытство охотника, столкнувшегося с необычной добычей.