Читать книгу - "Ваша вина - Мерседес Рон"

— Ну же, Джулс, — ласково сказал он. — У тебя теперь есть отличный повод попросить папу отдать тебе мою комнату.

Мое сердце сжалось от мысли, что мы больше не будем жить в одном доме. Мне больше не придется воевать с ним по утрам, чтобы он проснулся и не опоздал в школу. Мне больше не придется убирать в его комнате, потому что было невозможно втолковать ему, что порядок в комнате означает порядок в мыслях. Я больше не буду валяться с ним на кровати, смотря фильм или часами слушая его рассказы о гонках и машинах, когда он вслух мечтал обо всех своих целях.

Мой сын уезжал, и я не знала, кого увижу перед собой, когда мы встретимся снова через три месяца.

— Кто теперь будет приносить мне шоколадки в постель так, чтобы мама с папой не заметили? — захныкала Джули. Энди бросил на нас немного встревоженный взгляд, широко распахнув глаза.

А мне всё казалось странным, куда они так быстро исчезают… Я даже винила Ника в массовом исчезновении конфет из кладовки.

— Да ладно, Джули, ты же сама устала столько ездить на мои гонки? — сказал ей брат. В каком-то смысле это была правда. Мы так сосредоточились на карьере Энди, что немного обделили вниманием дочь, но и она начала делать успехи на своих танцевальных выступлениях, на которые мы с Ником так любили ходить.

Оказалось, что мир гонок был не для неё. Лобовое столкновение с другим картом и сломанное ребро положили конец желанию моей дочери пойти по стопам брата, что для меня стало облегчением — одной заботой меньше.

По громкой связи в аэропорту объявили посадку на рейс Энди.

Он взволнованно посмотрел на нас и быстро обнял. Он направился к зоне досмотра багажа, но затем обернулся, на секунду замер и побежал ко мне.

Он крепко обнял меня, а я собирала всю свою волю в кулак, чтобы не разрыдаться.

— Я люблю тебя, мам, — прошептал он мне на ухо. — Я добьюсь успеха ради нас обоих. Ради тебя и ради меня.

Потом он убежал, таща за собой чемодан федерации, подарив нам на прощание улыбку. Слезы в его глазах отражали эмоции всей нашей семьи.

Ник подошел ко мне и крепко обнял.

Когда он немного отстранился, то взял мое лицо в ладони и посмотрел мне в глаза.

— Мы всегда можем завести еще одного, любовь моя, — пошутил он. Мы думали об этом: мне было тридцать шесть, и еще не было поздно родить еще одного ребенка, но нас пугала мысль о возвращении к подгузникам.

— Дааааа! — восторженно закричала Джули. — Я хочу еще братика!

Я посмотрела на Ника, искренне сожалея, что он вообще открыл рот. Теперь тема еще одного ребенка станет единственной темой для разговоров в нашей семье.

— Слушай, малявка, ты хоть знаешь, как воняют младенцы? — пошутил мой муж.

— Ну, Энди тоже воняет, — парировала дочь, и мы не смогли сдержать смех, направляясь к машине, чтобы поехать домой.

Джули попросила завезти её к подруге, и мы оставили её там. Когда мы вернулись и остались одни, я почувствовала, как мое сердце обливается кровью.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Ник, подходя к дивану, на который я рухнула, едва войдя в дом.

Я посмотрела на него.

В его черных волосах то тут, то там начала пробиваться седина, придавая ему такой сексуальный вид, что я не могла не улыбнуться, ласково перебирая его пряди.

— Иногда становится страшно от того, как быстро летит время, — сказала я, и это была чистая правда.

В моей голове начали роиться сотни воспоминаний. Вся наша история: первый раз, когда он назвал меня «Веснушкой», наш первый поцелуй, наша первая гонка, наше первое расставание, наше примирение, Энди, свадьба, Джули, дни рождения, семейные поездки, беременности и страхи. Целая жизнь с Николасом Лейстером.

— Нас ждет еще тысяча совместных приключений, Веснушка, — сказал он, гладя меня по щеке и заправляя прядь волос мне за ухо.

Я посмотрела ему в глаза, в эти прекрасные голубые глаза.

— Спасибо, Ник, — сказала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы от нахлынувших чувств. — Спасибо, что подарил мне семью, что дал мне убежище, где я чувствую себя в безопасности.

— Любимая… — начал он, но я приложила палец к его губам.

— Ты делаешь меня самой счастливой женщиной на свете, — сказала я с улыбкой.

Он наклонился ко мне, пока не нашел мои губы.

Он поцеловал меня медленно, с нежностью. Я поняла, что он испытывает те же эмоции, что и я, и что он держится ради меня, ради нашей семьи.

Да, Лейстеры разъезжались, но мы не могли отрицать одного: в том, что мы так сильно любим друг друга, мы все виноваты в равной степени.