Читать книгу - "Ваша вина - Мерседес Рон"

или говорили, что время еще не пришло, но мы знали: он хотел братика так же сильно, как мы хотели подарить его ему.

— Правда? — радостно воскликнул он, глядя на мой живот.

Я уже собиралась подтвердить, но он выскочил из ванной, оставив нас в оцепенении, и закричал: «У меня будет братик!»

Я с ужасом посмотрела на Ника. Он рассмеялся, и его веселье передалось мне.

Мы последовали за сыном. Выйдя на улицу, мы увидели, что все остальные были потрясены не меньше нас. Моя мама, Уильям, Дженна и Лайон знали о трудностях, с которыми нам пришлось столкнуться, поэтому они тут же бросились нас обнимать, услышав, как Энди носится по саду и кричит о нашей беременности.

Мэдди, сестра Ника, которой уже исполнилось шестнадцать и которая превратилась в настоящую красавицу, подошла и крепко обняла нас, растрогавшись не меньше остальных.

— Я снова стану тетей? — спросила она со слезами на глазах.

— Вот мама обрадуется, Ник! — воскликнула она, доставая телефон из кармана. — Можно я позвоню ей и расскажу?

— Нет! — хором рявкнули мы. Мы хотели рассказать ей лично, в спокойной обстановке. Вообще-то, я бы предпочла, чтобы никто не знал об этом хотя бы до двенадцатой недели.

— Ладно, а Кевину можно? Ему-то можно, правда? — спросила она, имея в виду своего нового парня.

Я посмотрела на Ника: услышав имя этого парня, он изменился в лице. Я рассмеялась.

— Звони Кевину, чтобы я хоть раз в жизни с ним познакомился, давай, — совершенно серьезно сказал он.

Мне всё еще было трудно заставить его понять, что его Мэдди уже почти в том же возрасте, в каком была я, когда мы познакомились, и этот факт травмировал его еще больше.

Остаток вечера мы провели в семейном кругу. Моя сестра приехала попозже с Ив, которая сразу побежала играть с Энди. Джульет поздравила нас, когда мы сообщили ей новость. Нейт, её парень, обнял нас и дважды ободряюще похлопал Ника по спине. Заметив его, Лайон присоединился к ним с Ником, чтобы отпраздновать скорое появление нового члена семьи. С тех пор как Нейт вошел в нашу жизнь год назад, эта троица стала неразлучной.

Джун, которая вечно бегала хвостиком за Ив и Энди, похоже, была обречена остаться единственным ребенком. В отличие от нас с Ником, которые были уверены, что хотят еще детей, Дженна решила закрыть эту лавочку в тот самый момент, когда Джун превратилась из плачущего и срыгивающего младенца в девочку со склонностью к саморазрушению. По её словам, работа врачом меркла по сравнению с задачей уберечь шестилетнюю дочь от безумных идей, не закончившихся сломанной рукой или вывихнутой лодыжкой.

Я смотрела на троих детей, носящихся по саду, и на Мэдди, увлеченно болтающую по телефону со своим парнем.

Мы были счастливы, и будем еще счастливее.

***

— Николас, где ты? — прокричала я в трубку, когда очередная схватка парализовала меня от боли.

— Пять минут, и мы на месте! — ответил он на другом конце провода.

Я громко выругалась, неуклюже передвигаясь по новому дому. Мы переехали всего месяц назад. Огромные окна с видом на океан словно призывали меня расслабиться, но это было бесполезно: боль была адской.

Я села на мяч для пилатеса, хотя до сих пор не понимала, зачем он нужен. В теории он должен был облегчить боль при схватках. Я положила руки на живот — огромный живот, так как моей дочери, видимо, было там настолько комфортно, что она решила задержаться на две дополнительные недели.

Когда я носила Энди, беременность протекала с осложнениями, и он родился недоношенным, роды были очень тяжелыми. С Джули всё было иначе. Да, я решила назвать её в честь своей сестры. Моя малышка вела себя как настоящая чемпионка и подарила мне спокойную и здоровую беременность без каких-либо проблем. За исключением того факта, что она никак не хотела появляться на свет.

Но теперь её время пришло.

Я услышала шум въезжающей в гараж машины, а секунду спустя хлопнула дверь.

Энди подбежал ко мне, очень встревоженный.

— Мам, ты в порядке? — испуганно спросил он.

Я выдавила из себя улыбку, но в этот момент меня накрыла очередная схватка, и всё мое тело свело судорогой от боли.

Мой сын в ужасе распахнул глаза.

Я бросила на него быстрый взгляд и заметила, что его рот испачкан шоколадом. Ник повел его за мороженым, и как раз в тот момент, когда их не было дома, у меня отошли воды.

— Веснушка, — позвал муж, подходя ближе и крепко сжимая мою руку. Он добавил что-то еще, чтобы меня успокоить, но я была так сосредоточена на боли, что не поняла ни слова.

Когда схватка отступила, мне удалось встать на ноги.

— Поехали в больницу, пожалуйста, — дрожа, взмолилась я.

Тогда Ник наклонился, обхватил меня за ноги и поднял на руки, чтобы отнести в машину. Надо сказать, с его стороны это был настоящий подвиг, учитывая, что за время беременности я набрала около двадцати двух килограммов.

— Ух ты, пап, ты прям как Халк, — услышала я голос Энди.

— Возьми сумки у двери и положи их в машину, — скомандовал ему Ник.

Оказавшись на пассажирском сиденье, я смогла дышать чуть свободнее, хотя следующая схватка не заставила себя долго ждать.

Мы втроем поехали в больницу. Энди был потрясен, видя, как я мучаюсь от боли, а его отец так нервничает. Обычно Николас был олицетворением спокойствия и властности.

Меня госпитализировали, и, благодаря связям Ника, нам выделили огромную отдельную палату, где мы провели шесть часов в ожидании полного раскрытия, прежде чем отправиться в родильный зал.

— Уф, заводить ребенка — это так скучно, — пожаловался Энди. Ожидание выматывало его, несмотря на то что Дженна и Лайон забрали его поесть, чтобы хоть как-то отвлечь.

Моя мама ни на шаг от меня не отходила, а мать Ника ждала в коридоре, сгорая от нетерпения познакомиться с внучкой.

Когда мы наконец оказались в родильном зале, всё прошло гладко. Моя прекрасная малышка появилась на свет через сорок минут, она весила три килограмма двести граммов и орала как одержимая.

— Ясно одно: женщины в этой семье умеют заявить о себе, — прокомментировал Лайон позже, когда мы уже были в палате с завернутой в одеяло малышкой. Наши друзья наблюдали за тем, как мы с Ником безуспешно пытаемся её успокоить.

Мы рассмеялись, вспомнив Джун и её гиперактивную натуру.

Тем вечером, когда все ушли, включая Энди, мы с Ником посмотрели друг на друга — уставшие, но счастливые.

Джули была идеальной пухлой