Читать книгу - "Страсти и человеческий выбор - Дубинская В.В."

реализовать или потерять возможность – возможность именно этого мгновения… Великолепно же – знать, что будущее, мое собственное и вместе с ним будущее событий и людей вокруг меня, как-то, пусть и в незначительной степени, зависит от моего решения в каждый момент. То, что я благодаря этим решениям реализую, что я «привнесу в мир», то я и спасу для действительности и сохраню от забвения» [69].

Еще одна особенность экстремальных ситуаций – то, что они могут выбить нас из привычных паттернов. Человек, хорошо справляющийся с жизнью, может быть растерян настолько, что полностью потеряет себя. А человек с пассивным поведением может показать высокий уровень собранности и мужества. Иногда серьезные испытания несут с собой экзистенциальный поворот [39,40], пробуждая души ото сна неведения.

Продолжение терапевтической истории Жанны:

У Жанны, в ситуации угрозы потери своих детей, было огромное количество реакций. То ей хотелось нанять киллеров, чтобы убить своего мужа, то сфабриковать дело на него как на коррупционера, то украсть детей, то их спрятать. Она буквально теряла голову в этих фантастических проектах. Проговорив их и подвергнув их критике, она стала способна обратиться к более глубоким чувствам и более реалистично взглянуть на обстоятельства своей жизни. Жанна обнаружила, насколько она жила зависимой от мужа жизнью. Она никогда нигде не работала, не имела ни профессии, ни средств к существованию. В ситуации развода она вынуждена была вернуться в однокомнатную квартиру к своей старенькой матери. Дети же оставались в особняке отца, на природе, имели отдельные комнаты, гувернанток. Даже и без давления мужа, ситуация в плане суда была проигрышная. Жанна в первый раз глубоко переживала свою незрелость. Всю ее жизнь большинство сложных вопросов решал ее муж. Принятие горькой правды неожиданно – и парадоксально! – ее укрепило, дало опору, помогло снять лишнюю реактивность.

Теперь Жанна была готова перейти к поиску ценностных ориентиров, психолог помог вопросами: «Сейчас мы ищем, что действительно важно сделать в этой ситуации. Вы хотите найти правильное решение. Для кого? Кто для Вас здесь является самым ценным? Для кого Вы хотите принять правильное решение?» Это был вопрос к самой сути ее личности. Она поняла, что на самом деле она желала бы, чтобы было хорошо детям. Она встала на одну из самых сильных мотиваций – жертвующую материнскую любовь. До этого в центре ее реакций была она сама. Она была в плену своей обиды на мужа, ярости, уязвленности, боли. Но, когда она поставила себя в этой иерархии ценностей ниже своих детей, у нее наступило состояние покоя и силы. Она обрела душевное равновесие. Это было удивительно! И изнутри этой ценности она очень ясно увидела: детям с отцом будет лучше по очень многим показателям. А еще она поняла, что мальчишек нельзя разлучать – они друзья, они братья. И она приняла решение не выбирать одного из сыновей, как предложил ей муж, а отдать ему обоих детей. Это была жертва с большой буквы. Конечно, это решение было связано с болезненными чувствами, она горевала, тревожилась, как будет организована их жизнь. Но она решила, что будет укреплять себя ради мальчиков: найдет работу, будет ходить на терапию, будет стараться сгладить конфликт с мужем, чтобы чаще с ними бывать. И вот с таким решением, очень грустным, она и вышла на разговор со своим мужем.

Это история со счастливым концом, что бывает не всегда. Муж был так поражен мудростью и благородством ее решения, что изменил финал. Он съехал, она осталась жить с детьми, он обеспечил им минимальное финансирование. Глубокие ценностные выборы могут оказывать сильное резонансное влияние, облагораживать, снижать эскалацию конфликтов, приводить «в чувство» окружающих, пробуждать совесть.

Альфрид Лэнгле, автрийский психотерапевт, говорит: «Зло – отсутствие хорошего. У человека есть возможность совершать зло, но нет к нему инстинкта, влечения к плохому. Если то, что говорит в нас – совесть, духовное Я, – не подхватывается, в наше бытие входит зло. Почему мы можем не подхватить свой внутренний голос? Причин несколько: мы можем не прикладывать усилий, чтобы его услышать; можем быть для этого слишком слабыми, испугаться, не смочь; принять нечто чужое за свое, быть подавленным чужим мнением или внутренним критиком; соблазниться пойти за сильными чувствами, почувствовать их мощь, вкусить сладость мести или захотеть пережить могущество вседозволенности» [40].

Способ, каким мы совершаем выбор, имеет тенденцию к закреплению и становится паттерном поведения. Мы привыкаем или игнорировать ситуации выбора, передавать ответственность более активным людям, судьбе, удаче, или приобретаем навык решать. В первом случае постепенно формируется личностная трусость, аморфность, социальная пассивность, обрастающая разного рода отговорками и оправданиями: «умный в гору не пойдет», «после нас – хоть потоп», «наша дело – сторона», «если ты такой умный – чего не богатый». Оплывает от бездействия тело, отупевают чувства, упрощается восприятие, снижается острота мышления, формируется ригидность жизни, наступает смерть души. «Страсть – это зло, вошедшее в привычку» [azbuka.ru], «это навык души, который сформировался в ней от многократного повторения одних и тех же ошибок» [foma.ru].

Если же человек прикладывает усилия и принуждает себя к ценностному осмыслению ситуаций сложных решений, он оживляет свою психику и укрепляет свою волю, хотя и «умножает печаль».

Айн Ренд «Источник»:

«… мышление – акт выбора. Ключом к тому, что вы так бездумно именуете «человеческой природой», является всем известный секрет, с которым вы живете, но боитесь назвать его, тот факт, что человек – существо волевого сознания. Разум не работает самопроизвольно, мышление – не механический процесс, логические связи устанавливаются не инстинктом. Работа желудка, легких, сердца самопроизвольна, работа разума – нет. В любой час при любом затруднении вашей жизни вы вольны думать