Читать книгу - "Русалкин камень - Екатерина Алексеевна Каретникова"

в чем не повинных людей? И, скорее всего, они бы погибли! Просто потому, что евреи…

– Дань, – тихо спросила Анюта, – а у тебя кроме тети кто-нибудь есть?

Данька проглотил комок в горле и помотал головой.

– Понятно, – кивнула Анюта. – Знаешь что? Ты тогда оставайся у нас. Ладно? Я тебе одежду Санину отдам старую – как раз подойдет. А потом, может, твоя тетя из эвакуации вернется…

– А Саня – это кто? – спросил Данька.

– Мой старший брат, – объяснила Анюта. – Он сейчас на фронте.

– Так он же взрослый! – удивился Данька. – Как же мне его одежда впору будет?

Анюта снисходительно улыбнулась:

– Ты мою бабушку не знаешь! Она в сундуке все-все Санины одежки хранит. И мои тоже. Стирает, штопает и складывает – вдруг кому пригодится. Так что найдем что-нибудь по росту. Не все же тебе в дедушкиных кальсонах щеголять!

Данька ворочался с боку на бок и думал, думал…

В комнате было темно – ни привычного ночника, ни фонаря под окном. Да и откуда им тут взяться, фонарям-то? Если электричества нет и бабушка с внучкой пользуются керосиновой лампой? И это, говорят, хорошо, что керосин есть. А то пришлось бы жечь лучину.

Правду сказать, Данька особой разницы не чувствовал. На его взгляд, и лучина, и керосиновая лампа светили одинаково тускло. Видел он эти чудеса на даче у приятеля, когда после урагана свет отключили. Лампа горела поярче, конечно. Но все равно с электрической не сравнить.

Данька натянул одеяло до подбородка и тяжело вздохнул. Вот лежит тут и думает о всякой ерунде! Не о том сейчас надо размышлять.

Что делать дальше? Жить как ни в чем не бывало с Анютой и ее бабушкой? Забыть о том, что он из другого времени? Смириться с тем, что никогда не увидит родителей? Ну уж нет!

Надо выбираться. И чем скорее, тем лучше. Оставалось только решить – как.

Если Данька попал сюда через воронку в развалинах, значит… Значит, и обратно нужно возвращаться через нее! Хотя… Страшно это. Вдруг ничего не получится и он просто захлебнется в воде? Или окажется не в своем родном двадцать первом веке, а, например, в семнадцатом?

Ладно, что тут гадать! Для начала нужно попросить Анюту, чтобы отвела его завтра к той самой воронке. А то Данька ее или вовсе не найдет, или с какой-нибудь другой ямой перепутает.

Глава 5

– Ты пионер? – спросила Анюта, заплетая косу.

Данька смотрел на мелькающие маленькие пальцы и удивлялся. Надо же, как ловко у нее получается! Он бы непременно запутался и вместо косы сплел бы что-нибудь невообразимое.

– Нет, – честно признался Данька.

Про пионеров он слышал от мамы и кое-что знал. Например, что они носили красные галстуки на шее, отдавали салют и всегда были готовы к борьбе за дело коммунистической партии. Правда, что такое коммунистическая партия, Данька не выяснял, и за что она боролась – тоже. Это ему было неинтересно.

– А я пионерка! – гордо заявила Анюта. – Мне перед самой войной десять лет исполнилось, и меня приняли!

– Здо́рово, – кивнул Данька.

– Ага, – согласилась Анюта. – Ну ничего. Тебя тоже скоро примут. Вот пойдем в сентябре в школу, и примут, если будешь хорошо учиться и заниматься общественной работой.

Данька поежился. Неужели ему придется здесь жить до осени?

– Слушай, – спросил он, чтобы сменить тему, – а ты куда-то собираешься?

Анюта серьезно кивнула.

– А куда?

Анюта наморщила лоб, будто решала какую-то важную задачу.

– Ты умеешь хранить тайны? – наконец произнесла она шепотом.

Данька задумался. Честно говоря, никаких серьезных тайн он в жизни не хранил. Просто потому, что их не было. Так, пустяки одни. Но разве можно в этом признаваться? Да еще девчонке!

– Конечно умею, – солидно кивнул он.

– И честное слово даешь? – не отставала Анюта.

– Даю!

– Ладно, – согласилась Анюта. – Я иду на старое зернохранилище!

Данька навострил уши. Кажется, про это место он уже слышал.

– Это туда, где ты меня нашла? – поинтересовался он.

– Туда, – кивнула Анюта.

– А почему это тайна? – не понял Данька.

– Потому, – прошептала Анюта, – что там спрятан мой пионерский галстук.

– Как это? – растерялся Данька.

– Мы, когда фашисты совсем близко к городу подошли, решили, что галстуки надо сберечь любой ценой, – продолжала шептать Анюта. – Завернули их как следует и закопали на старом зернохранилище! Чтобы они врагу в руки не попали! Нас трое было. Я, Фира Шварц и Витька Ерохин. Фиру фашисты в концлагерь отправили. Витька с отцом к партизанам ушел. А я здесь осталась. И теперь я достану наши галстуки и буду их хранить. Если ребята вернутся – отдам им. А если нет…

Анюта запнулась, быстро вытерла глаза и продолжила хриплым голосом:

– Если они не вернутся, мы в школе организуем музей боевой славы. И эти галстуки останутся там навечно!

– Слушай, – осторожно спросил Данька, – а почему вы галстуки на зернохранилище спрятали?

– Потому что оно старое и заброшенное, – объяснила Анюта. – Им уже лет тридцать не пользуются. Мы решили, что это самое надежное место в городе.

– Понятно, – кивнул Данька. – Так это ты за галстуками пошла? Ну, когда на меня наткнулась?

– Да, – ответила Анюта. – Только я не успела их выкопать.

– А пошли вместе? – предложил Данька. – Я тебе помогу. А ты мне покажешь, где я лежал.

Анюта с сомнением посмотрела на Даньку, но все-таки решилась.

– Ладно, пойдем. Ты лопату понесешь.

– Легко! – согласился Данька.

На самом деле нести лопату оказалось вовсе не так легко, как Данька предполагал. Она была тяжелая и очень неудобная. Сначала Данька закинул ее на плечо и бодро вышагивал за Анютой. Но скоро плечо заныло, и Данька потащил лопату волоком.

Анюта заметила это и даже остановилась.

– Ты что? – возмущенно заявила она. – С ума сошел?

– Почему? – не понял Данька.

– Волочешь лопату и не смотришь даже. Мало ли, за что она зацепиться может?

– Подумаешь, – обиделся Данька. – Зацепится – отцеплю.

– А если это окажется мина? – не могла успокоиться Анюта. – Или снаряд неразорвавшийся?

– Ты серьезно? – испугался Данька.

– Такими вещами не шутят!

Данька послушно снова закинул лопату на плечо. Ну и пусть себе ноет. Зато безопасней.

Анюта посмотрела на него и одобрительно кивнула.

– А здесь много мин? – робко спросил Данька. – Вдруг мы наступим на какую-нибудь?

Анюта пожала плечами:

– Все может быть. Но это же не минное поле! Тут если только случайно что-нибудь под ноги попадется. И потом, я же смотрю!

– А ты знаешь, как