Читать книгу - "Принц и квакерша - Виктория Холт"

— Сию минуту — нет. Но он, разумеется, есть. Выход есть всегда.

— Джон, ты не считаешь, что нам стоит посоветоваться с мистером Питтом или Ньюкаслом?

— Никогда. Нет, нет… никто не должен об этом знать. Это останется нашей тайной… и этой женщины, будь она проклята, этой Чадли.

— Значит, мы молчим… даже с Георгом ни слова?

— С ним — в первую очередь.

— Не представляю, как я смогу держать себя в руках в его присутствии. Пожалуй, я скажусь слегка нездоровой, чтобы не видеться с ним.

— Пожалуй, это будет разумно. Тяжкое испытание, любовь моя. Но позволишь ли ты мне взять это на себя?

— О, мой дорогой, с превеликой радостью.

— Будь уверена, у меня созреет план действий.

— Я в этом не сомневаюсь.

— А пока мне нужно увидеться с этим доктором Уилмотом. Я должен вытянуть из него правду и пригрозить самыми суровыми карами, если это выплывет наружу по его милости. А затем я найду способ разорвать эту невозможную связь.

— Единственный мой, ты думаешь, тебе это под силу?

— Разве я хоть раз тебя подводил?

— Никогда! — пылко вскричала она.

***

Лорд Бьют предложил принцу Уэльскому отправиться вместе с ним в Кью, чтобы провести там некоторое время.

— Там мы найдем больше уединения, — объяснил он, — а мне нужно многое сказать Вашему Высочеству.

Георг всегда питал особую слабость к Кью; дворец там был непритязательным, ему нравилась река, а к Хэмптону он проникся глубокой неприязнью с тех пор, как дед влепил ему там пощечину.

— Я хочу, чтобы вы по-настоящему вникли в государственные дела, — говорил ему Бьют. — Страна движется вперед стремительными шагами. За последние несколько лет перемены произошли разительные. Вы должны изучить во всех деталях ту страну, королем которой вам суждено стать.

Георг жаждал учиться. Время от времени его снедала тревога, стоило ему вспомнить о своем браке. Поначалу этот поступок казался ему единственно верным и благородным, но теперь, когда свершившееся немного отдалилось, он начал осознавать всю тяжесть принятого решения. Он убеждал себя, что поступил бы так же снова; и всё же он понимал: когда правда откроется, это станет сокрушительным ударом для людей, которые ему дороги — для матери и лорда Бьюта.

Ханна могла сколько угодно твердить, что готова жить в безвестности, но королева не может этого сделать, как бы того ни желала. И разве могла Ханна когда-нибудь стать королевой Англии? А если нет, если его заставят взять другую в королевы… тогда дети будут незаконнорожденными. Разве может бастард стать следующим королем Англии?

В какой же узел он всё это завязал!

Порой он порывался во всём признаться лорду Бьюту, но так и не находил в себе сил. Ему недоставало мужества, да и лорд Бьют, как ему казалось, всякий раз ловко переводил разговор на другую тему, стоило Георгу подойти к опасной черте.

Так что отдых в Кью был как нельзя кстати. Принц называл это «передышкой». Быть может, через пару недель он сможет яснее увидеть свое положение и принять верное решение.

Одно он твердил себе неустанно: «Я не жалею об этом. Я бы сделал это снова».

Каждое утро в Кью они выезжали на прогулку. Было так приятно ехать вдоль реки; люди выходили из своих хижин и кланялись ему вслед. Кое-кто кричал: «Да здравствует принц Уэльский!» И Георгу было лестно, что народ, кажется, любит его.

— Король становится всё менее популярен, — внушал ему Бьют. — Люди жаждут вашего вступления на престол.

— Кажется, это неправильно — так постоянно говорить о смерти деда.

— О королях всегда так говорят. Люди считают своих монархов своей собственностью.

Георг слегка вздрогнул, хотя солнце грело ласково.

— Есть кое-что…

Но лорд Бьют уже улыбался группке людей у дороги.

— Подарите им приветливую улыбку. Они этого ждут.

И Георг улыбался, склоняя голову в ответ на приветствия, и обещал себе, что, став королем, будет трудиться на благо народа; он станет Добрым королем Георгом — вот чего он хотел превыше всего.

Но еще до своего правления он заключил тайный брак… у него были дети, рожденные до венчания. Маленький Джон — вот истинный наследник престола. Нет, не истинный… ведь тогда Ханна была замужем за Аксфордом, а не за ним. Но была ли она замужем за Аксфордом на самом деле? Был ли тот брак законным? И сыновья, рожденные до брака, считаются бастардами… если только последующий брак с их матерью не узаконит их. Истинно запутанный клубок, и он был слишком несведущ, чтобы распутать его. Лорд Бьют сумеет. Его дорогой друг способен понять и разрешить что угодно.

Между тем лорд Бьют заговорил об успешных военных кампаниях. Победы следовали одна за другой. На улицах Лондона то и дело гремели парады, когда герои возвращались с полей триумфа.

— Вы должны разделить эти триумфы. Королю следует дать вам назначение в действующую армию.

Военное командование! Побег от домашних тягот! Это казалось чудесным выходом. Он сможет отложить проблему своего брака до возвращения с войны; а пока его не будет, возможно, ситуация прояснится сама собой.

— Вижу, эта мысль пришлась Вашему Высочеству по душе.

— Это именно то, чего я желаю.

Бьют был немного удивлен, зная, как принц ненавидит любое кровопролитие. Неужели он вообразил, что сможет избежать его, отправившись на войну? Бьют полагал, что юношу придется долго уговаривать. Должно быть, Георг и впрямь доведен до отчаяния тем ужасным положением, в которое сам себя загнал. Что ж, это к лучшему. Чем острее он будет осознавать масштаб своего безрассудства, тем охотнее примет предложенный выход.

Бьют чувствовал, что принц вот-вот решится на откровенность; нужно было во что бы то ни стало увести его от этого. Бьют намеревался — по крайней мере, для вида — не знать ничего об этом деле, пока со всем не будет покончено. А потому ему вовсе не нужны были признания принца о предмете, о котором он и так был осведомлен в полной мере.

— Пожалуй, вам стоит написать королю и сообщить, что вы были бы рады военному назначению. В конце концов, вполне естественно, что наследник престола желает приложить руку к победам своей страны.

— Я сделаю это незамедлительно.

— Не пожелает ли Ваше Высочество, чтобы я помог составить черновик письма?

— Разумеется, я буду этому только рад.

Они вернулись во дворец