Читать книгу - "Гончая. Корабль-призрак - Ирина Александровна Нечаева"

аврал. Вкусно запахло копченым салом от тировки, ванты бизани клетневали заново прямо на ходу, кто-то висел за кормой в сложной системе обвязок, пытаясь промыть резьбу на транце, на полуюте по левому борту вязали штормтрап, а по правому расположился кто-то из девушек, подшивавший в очередной раз обтрепавшийся штандарт. Вдобавок всем матросам было велено принять приличный вид, и палуба желтела форменными футболками.

– Все, буквально все, едва услышав, что мы отправляемся за сокровищами, изо всех сил стараются нам помочь, – тихонько ворчал Рамсес, который среди всего этого бардака – а ведь после окончания мелкого ремонта корабль еще и отдраили сверху донизу – вел корабль, проложив кратчайший курс на остров Алегранса.

День закончился как-то очень быстро, а вечером задуло так, что сравнение с адом перестало быть фигурой речи. Правда, ветер был ровный и попутный, так что жаловаться было грех. Африканская жара перестала ощущаться, а к ночи вообще похолодало так, что выйти на палубу без куртки никто бы не рискнул. «Гончая» неслась на пределе собственных сил, разгоняясь чуть не до пятнадцати узлов, дерево постанывало, снасти звенели струнами, а парусина туго гудела, вода под форштевнем с тихим свистом расходилась шелковыми крыльями. Поначалу спать никто не пошел – симфония южной черной ночи зачаровала всю команду, но пришлось быстро привыкнуть – ветер не собирался меняться. Видно, капитан вышел из оцепенения и по-настоящему захотел попасть на Алегрансу. Наверное, именно поэтому вид у него был такой, как будто он вообще спать перестал.

Море бережно несло нас в ладонях, ветер лупил в корму, каким бы курсом мы ни шли, на штурвал ставили лучших, и мы летели по Атлантике с хорошей гоночной скоростью.

– Куда мы так несемся? – курить на баке было мокро, волны легко добивали до палубы, и перекуры временно проходили на юте, где поставили маленький бочонок с водой. – Что там за сокровище такое? – немного подумав, Джо еще добавила: – только версия про очередную тё… прекрасную даму капитана заранее кажется неправдоподобной.

– Может, там миллион, – идея казалась очевидной.

– Ага, а те пол-лета, что мы тут спали, миллиона там не было.

– А может, сокровище только в полнолуние или там в день середины лета можно выкопать, – предположил Рамсес, как главный мистик.

– В жертву тебя принесем? – обрадовалась Джо. – А то с прекрасными девственницами на борту трудновато. Твоими же усилиями.

– Ну да, одна ты и осталась. – За это Рамсесу прилетел нешуточный подзатыльник, а мирились мы с Джо еще пару часов. Ответ на свой вопрос мы, кстати, узнали уже вечером. Каким-то образом капитан всегда был в курсе всех разговоров на борту, поэтому вечером он, когда мы все трое были вместе, как бы невзначай сообщил:

– Господа, послезавтра мы прибудем на Алегрансу. Там у нас будет два дня, а потом мы сразу же пойдем в Испанию. Хочу попасть на Сан-Фермин, посмотреть энсьерро. Рудольф, Рамсес, боюсь, что вам придется остаться присматривать за кораблем и ночной половиной команды. Впрочем, Сан-Себастьян тоже интересный город, насколько я знаю.

Мы с Рамсесом переглянулись. Черт бы с ней, с корридой, хотя и обидно, но капитан только что выдал себя – во-первых, он собирался отойти от «Гончей» и от моря очень, очень далеко, в глубь страны, так что одна из корабельных легенд только что рухнула. Во-вторых, ему не нравится, что мы обижаем Джо, и он очень явно взял ее под свою защиту. Хотя, конечно, сама Джо поняла это гораздо лучше нас, она здорово повеселела, так что на Алегрансу мы прибыли снова лучшими друзьями, понастроив по дороге богатых планов на серфинг и коктейли на пляже. В конце концов, два дня – это куча времени.

Первая неожиданность случилась сразу же. Остров – точнее, крошечный островок – Алегранса оказался необитаем, в лучших традициях приключенческих романов, так что доски и джин-тоник взять было неоткуда, пришлось заняться делом. В первую разведывательную экспедицию включили Рамсеса и нескольких крепких парней из его вахты, выдали им карту и наказали – ну, лично Джо наказала – без сокровища не возвращаться. Оставшиеся на борту успели отлично выкупаться и составить культурную программу на вечер, благо она оказалась очень короткой и включала в себя только прогулку до маяка и барбекю. Но разведка вернулась еще до вечера с сообщением, что место, кажется, найдено.

– Там грот, но подводный. Нырять придется, – озабоченно поведал Рамсес. – Ждем завтрашнего утра.

– У меня сертификация на ночные погружения, – обиделся я. – У тебя, между прочим, тоже. Пошли сейчас, какие проблемы?

– Капитан не пустит, – вяло отбрыкался Рамсес.

Капитан не только пустил, но и велел идти немедленно. Лицо у него было непроницаемое, как всегда, но мне показалось, что дело совсем не в близкой Испании…

Моряки далекого семнадцатого века свое сокровище не прятали по очень простой причине – нырнуть на нужную глубину без скубы почти не представлялось возможным, так что никто случайный шкатулку бы не нашел. И тем более не вытащил бы на воздух – обитый бронзой ларец оказался невероятно тяжелым даже под водой, мы вдвоем тащили его, надрываясь.

Выбравшись на берег, мы внимательно осмотрели добычу. Под зеленой бронзой угадывался дуб, на воздухе эта довольно изящная коробочка весила еще больше, до полной неподъемности, как будто была до краев набита иридием. Открывать мы ее, разумеется, не стали – соорудили обвязку и потащили на борт аж вчетвером. Триумфально, под девичий визг, водрузили на стол в кают-компании.

Капитан не улыбался. Он тихонько погладил ларчик пальцами, а потом без всякого труда откинул крышку – странно, я был уверен, что она приросла намертво, а вышло так, и извлек на божий свет непонятное что-то, больше всего походившее на цветок из серебристого металла – видать, основной вес «сокровища» приходился на упаковку.

– Это что? – невежливо поинтересовался я.

– Ничего интересного, сами же видите, – пожал плечами капитан. – Странные бывают у людей представления о сокровищах. Завтра днем отходим, а пока всем отдыхать.

Я стоял ближе всех и видел, что у него дрожат пальцы. Поэтому и уходить из кают-компании никуда не собирался. Джо с Рамсесом тоже остались. И Алан.

– А вы знаете, что именно на месте Канарского архипелага древние ученые располагали Атлантиду? – поведал капитан, не оборачиваясь, – и есть такое мнение – не слишком популярное, но мне кажется, что Гермес Трисмегист что-то в этом понимал… Так вот, он говорил, что даже самая малая часть может обладать всеми свойствами целого. И эта неизвестная безделушка, надеюсь, тоже.

Намек был более чем ясен, но я все-таки решил выяснить назначение попавшего к нам артефакта.

– А вам это все-таки зачем?

– Если бы вы лучше изучали классику, Рудольф, – капитан говорил сквозь зубы, как будто ему было больно, – то знали бы, что атланты никогда не видели снов. – И то ли сказал совсем тихо, то ли подумал очень громко, – и я тоже больше не хочу их видеть.

Святая Анна

Как угрюмый кошмар исполина,

Поглотивши луга и леса,

Без конца протянулась равнина

И краями ушла в небеса.

Константин Бальмонт

Дни становились все дольше и светлее, но при этом, вопреки всякой логике, делалось все холоднее и холоднее. Даже Джо, которая бывала на севере и смеется над европейскими зимами, начала мерзнуть. Слава богу, хотя бы шубы с унтами нам надевать не приходилось, современные искусственные материалы гораздо лучше греют, занимая намного меньше места. Хотя капитанская вахта с капитаном во главе современные технологии игнорировала. Может, и к лучшему – должно же в мире (да и в море) быть хоть что-то постоянное.

Короче говоря, мы шли на север. На северную оконечность Аляски, если быть точным.

Жаль, конечно, что к Золотой лихорадке мы опоздали на сотню лет, но все равно интересно, и романтика белого безмолвия не должна была никуда деться. Да и дела там у капитана какие-то были.

Выходя поутру на вахту, я привычно прихватил с собой темные очки, но сразу же понял, что они мне еще долго не понадобятся. Небо,