Читать книгу - "История философии - Энтони Грейлинг"

из аспектов этих взглядов была необходимость веротерпимости и продвижение «гражданской религии», которая, поощряя веру в божество и загробную жизнь с должным воздаянием и наказанием, помогала бы обеспечивать добропорядочное поведение людей. Взгляды на женщин у него были вполне традиционными: они — помощницы мужчин и должны быть им покорны. Мужчины не нуждаются в женщинах, утверждает он в «Эмиле», но желают их, тогда как женщины и желают мужчин, и испытывают в них нужду. Он добавляет, что женщины умнее и практичнее мужчин, а их подчиненное положение, по его мнению, оправдывается лишь тем, что они физически слабее.

И эта последняя мысль заставляет признать, что мнение о Руссо, которого придерживался прусский король Фридрих Великий, представляется — пусть и с некоторой натяжкой в сторону великодушия — в целом верным.

КАНТ (1724–1804)

Вот утверждение, которое вряд ли оспорит кто-либо из знающих философию людей: три величайшие фигуры в истории западной философии — это Платон, Аристотель и Кант. Другие мыслители также играют важнейшую роль в этой истории, не в последнюю очередь благодаря влиянию, которое они оказали на своих последователей; но вряд ли можно спорить с тем, что эти три имени возвышаются над всеми остальными. Их отличает колоссальная интеллектуальная сила, проникновение в самые глубины сложнейших вопросов и масштаб их вклада. Каждый из них создал новые концепции и понятийный аппарат для исследования фундаментаческих вопросов метафизики, теории познания и этики, не говоря уже о психологии, а также социальной и политической теории. Тем самым каждый из них изменил и обогатил сам способ мышления человечества.

Если бы Иммануил Кант умер в возрасте пятидесяти лет, вполне возможно, мы бы никогда о нем не услышали. Подобно образу из китайской поговорки: «Орхидея боится пения славки-портнихи, но хризантема выдерживает осенние заморозки», он был хризантемой — поздно расцветшим цветком. (Орхидеи цветут весной, и к тому времени, как пение славки-портнихи возвещает о начале лета на северных равнинах Китая, их пора проходит; хризантема же стойко держится.) Действительно, почти все в жизни Канта происходило поздно; штатную академическую должность с постоянным окладом он получил лишь в возрасте сорока шести лет. Лишь в последующие годы, когда он наконец смог отказаться от чтения лекций за плату, напрямую зависевшую от числа привлеченных студентов (что вынуждало его преподавать самые разные дисциплины, лишь бы заинтересовать слушателей), он получил возможность сосредоточиться на написании своих великих трудов: «Критики чистого разума» (1781), «Пролегомен ко всякой будущей метафизике» (1783), «Основоположения к метафизике нравов» (1785), «Критики практического разума» (1788) и «Критики способности суждения» (1790).

В первое время после публикации первой «Критики» никто, казалось, не обратил на нее внимания: это был сложнейший труд, требовавший немалых усилий для понимания его значения и выводов. Казалось, что запутанность его воззрений, витиеватый — и, признаться, довольно тяжелый — литературный стиль, а также новая терминология, изобретенная им для выражения своих идей, навсегда преградят путь к признанию его работы. Но затем «Критику чистого разума» наконец поняли — и Кант проснулся знаменитым. В истории мысли время от времени появлялись свои философские знаменитости (в качестве более близких примеров можно вспомнить Бертрана Рассела и Жана-Поля Сартра), но даже среди них Кант был явлением совершенно исключительным. Наплыв посетителей к его дому стал настолько докучать ему, что он ограничился тем, что ежедневно лишь на несколько мгновений показывался в дверях своего кабинета, дабы поприветствовать их взмахом руки, после чего снова удалялся в свои покои, подобно монарху. Однажды некий гость, профессор Рейсс, получив от слуги отказ, силой прорвался в кабинет Канта с криком: «Я преодолел сто шестьдесят миль, чтобы увидеть профессора Канта и поговорить с ним!» — по тем временам это была почти неделя тяжелого пути. Вскоре учение Канта уже преподавали в большинстве немецких университетов, и почти все тамошние профессора философии сделались кантианцами.

Слава Канта перешагнула границы Германии — поэт Кольридж специально отправился туда, чтобы изучить «критическую философию», — однако на глубокое осмысление его взглядов ушло куда больше времени. Лишь после публикации «Биографической истории философии» Дж. Г. Льюиса (1846) на английском языке появилось зрелое изложение философии Канта. Собственно говоря, первым переводчиком Канта на английский был шотландский подросток Джон Мейклджон, лингвистический вундеркинд, которому, однако, совершенно не хватало подготовки, чтобы изложить «Критику» мало-мальски понятно. Его практически нечитаемая версия увидела свет в 1855 году. Когда же в 1929 году наконец появился качественный перевод Нормана Кемп-Смита, на долгие годы ставший стандартным английским текстом, он оказался (относительно говоря) настолько ясным, что немецкие студенты порой читали его вместо оригинального текста.

Кант родился в Кёнигсберге в Восточной Пруссии в 1724 году. Его семья имела шотландское происхождение — деталь весьма примечательная, если вспомнить замечание самого Канта о том, что именно чтение юмовского «Исследования о человеческом разумении» «впервые прервало мой догматический сон». Его отец был шорником, и оба родителя принадлежали к пиетистам — протестантской секте, ориентированной на внутреннее благочестие. Он получил образование в Коллегиуме Фридерицианум, а затем поступил в Кёнигсбергский университет, где изучал философию, физику, математику и теологию. В студенческие годы и еще много лет после их окончания он зарабатывал на жизнь частными уроками, в частности читая офицерам лекции по фортификации. Он также стал приват-доцентом в университете — внештатным преподавателем без постоянного оклада, чей доход зависел исключительно от платы, которую вносили студенты, выбравшие его курсы. Порой он был настолько беден, что ему приходилось продавать свои книги, чтобы заплатить за жилье.

Кант был настоящим энциклопедистом: он не только читал лекции по самому широкому кругу предметов — от математики и астрономии до физики, географии, психологии, антропологии, естественного права и философии, — но и внес в эти науки собственный вклад. Так, в астрономии он предвосхитил открытие планеты Уран, что впоследствии признал сэр Джон Гершель, а его имя вошло в название космогонической гипотезы Канта — Лапласа о происхождении Вселенной, основанной на применении ньютоновских принципов.

Как можно судить по замечанию о происхождении Канта, Кёнигсберг был городом с обширными торговыми связями по всей Балтике и за ее пределами. В этом многонациональном городе существовала и постоянная британская община. Двумя ближайшими друзьями Канта были английские купцы — Дж. Грин и Р. Мотерби. Они олицетворяли собой космополитическую традицию Кёнигсберга, уходившую корнями в глубь веков; свидетельством тому служит тот факт, что английские театральные труппы гастролировали здесь, а также в других частях Пруссии, Польши и Прибалтики еще во времена Шекспира.

Кант знал английский, французский и классические языки и много читал на них. Он был убежденным холостяком,