Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

не испытывай. Что заповедано тебе, о том размышляй». /f. 268b/ Еще, Сир. 7, 6: «Не домогайся сделаться судьею, чтобы не оказаться тебе бессильным сокрушить неправду, чтобы не убояться когда-либо лица сильного и не положить тени на правоту твою».

То же, Суд. 8, 22–23: «И сказали Израильтяне Гедеону: владей нами ты и сын твой и сын сына твоего, ибо ты спас нас из руки Мадианитян. Гедеон сказал им: ни я не буду владеть вами, ни мой сын не будет владеть вами; Господь да владеет вами». Также рассказывается о Сауле, что, когда его искали, чтобы поставить на царство, он скрывался в обозе, 1 Цар. 10, 22. О святом Марке Иероним говорит[823]: «Он отрубил себе большой палец, дабы его сочли непригодным для священства». Рассказывают о святом Николае[824], что, когда он по воле Божией был избран епископом, он сделал все возможное, чтобы не стать им. Подобное рассказывают о святом Амвросии[825]: когда он также по воле Божией был избран епископом, он сделал все возможное, чтобы не стать им, а именно: он признал занятием своим философию и бежал в Павию, привел в свое жилище женщин легкого поведения, дабы его, обесславленного ими, отвергли и отступились от него. И его не остановили эти слова Писания, Еккл. 7, 1: «Доброе имя лучше дорогой масти». Не остановило также и это, Сир. 41, 15: «Заботься об имени, ибо оно пребудет с тобою долее, нежели многие тысячи золота». И поскольку даже эти ухищрения не помогли Амвросию уклониться от желания граждан поставить его епископом, он укрылся в имении некого своего друга. О святом Григории[826], который тоже был избран по воле Божией, также рассказывается в его житии, что он сделал все, что мог, дабы не стать верховным понтификом. Рассказывают и о святом Амонии Александрийском[827], что он отрезал себе уши /f. 268c/, дабы клирики не поставили его епископом. И когда об этом сообщили патриарху, он им сказал: «Даже если он отрежет себе нос, я дам его вам, лишь бы он был образованным и человеком святой жизни». Итак, возвратились к нему как клирики, так и жители некого города, прося его от имени патриарха и своего удостоить их чести быть у них епископом. Он ответил им: «Я знаю, что вы хотите иметь меня епископом из-за моего красноречивого языка. Так знайте, ежели вы не успокоитесь, я отрежу его, и тем самым буду бесполезен вам и другим». И таким образом они оставили его с миром, боясь, как бы он не сделал того, о чем говорил. Несомненно, он сделал бы со своим языком то же, что он сделал с ушами. А он был человеком большой учености, святейшей жизни, и язык его был красноречивым, он написал много книг и вел отшельническую жизнь. И заметь, что этот святой человек сделал так, как делает бобер, или бобр, который, зная, что охотники преследуют его из-за его яичек, откупается отчасти тем, что зубами сам откусывает их у себя и оставляет охотникам, и таким образом обретает возможность спастись[828].

А о жалком, презренном клирике, который по своей охоте стремится к прелатству коварным и недостойным способом, говорит блаженный Бернард[829]: «Кружит, кружит усердный соглядатай, прикидывается то таким, то сяким, раболепствуя лишь для того, чтобы любым способом вступить в наследие Распятого». Не этому учит блаженный Григорий[830], более того, в «Пастырском правиле» он пишет: «Да приидет к руководству душами отличающийся добродетелями, избранный не по своей воле, а по принуждению». А для отречения от этого порока имеют значение два примера.

Во-первых, приведем пример Господа нашего Иисуса Христа, о Котором читаем, Ин. 6, 15: «Иисус же, узнав, что хотят прийти, нечаянно взять Его и сделать царем, опять удалился на гору один». Ищущим /f. 268d/ Его смерти Он Сам явился добровольно; а ищущих Его на царство бежал, дабы показать, что для некоторых лучше быть мертвыми, чем занимать высокое положение. В этом же признаются некоторые знатные и сильные мужи, что они скорее предпочли бы быть прокаженными, чем занимать то положение, какое у них есть. Этим примером пользуется апостол, Евр. 12, 1–2: «Мы… будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест». Читаем также об Августине[831], что он убегал из всякого города, где не было епископа, дабы не поставили там епископом его.

Есть сведения и о неком приоре, что, когда его избрали епископом Турне и когда папа Евгений и его аббат Бернард принуждали его взять на себя бремя епископское, он простерся наподобие креста у ног аббата и клириков, избравших его, со словами: «Если вы меня выберете, я предпочту быть беглым монахом, епископом же не буду никогда». А когда в конце своей жизни он страдал на смертном одре, некий монах, дорогой для него и находившийся при нем, сказал: «Дорогой мой, поскольку мы теперь разлучаемся телесно, молю тебя, если можешь, поведай мне, если будет на то Воля Божия, о своем состоянии после смерти». И вот ему, молившемуся после смерти брата пред алтарем, явился Гальфред со словами: «Се я, Гальфред, брат твой». Тот ему: «Друг мой, как тебе там?» Гальфред в ответ: «Хорошо, но Святая Троица мне открыла, что если бы я был поставлен епископом, то был бы в числе осужденных».

Жалкого и честолюбивого клирика также должны удержать от желания возвыситься до прелатства угрозы, исходящие ему от Бога. Ведь Бог говорит прелату, коему вверяется забота о душах, 3 Цар. 20, 39: «Стереги этого человека; если его не станет, то твоя душа будет за его душу». То же, Иез. 3, 17–19: «Сын человеческий! Я поставил тебя стражем дому /f. 269a/ Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих, и будешь вразумлять их от Меня. Когда я скажу беззаконнику: “смертью умрешь!”, а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от беззаконного пути его, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, и Я взыщу кровь его от рук твоих».

О том, что у избираемого прелатом есть четыре примера для отказа

В самом деле, у честолюбивого клирика, жаждущего вступить в прелатство, есть много примеров для отказа. И прежде всего, он может отказаться по примеру Моисея. Об этом читаем, Чис. 12, 3: «Моисей же был