Читать книгу - "Последний якудза. Закулисье японской мафии - Джейк Адельштейн"

мог. И тут Сайго заметил повязку, туго обмотанную вокруг левого пальца Мидзогути. Она уже пропиталась кровью.

Спокойным, тихим голосом он сказал парню, чтобы тот не отрубал себе палец. В этом не было необходимости, поэтому Сайго запретил Мидзогути это делать, а затем приказал отдать ему нож.

Было не так много способов искупить ошибку такого масштаба, которую совершил Мидзогути. Он нарушил кодекс. Он опозорил своего босса и задолжал серьезные деньги. В те дни в мире якудза такое преступление, если оно не оплачивалось огромными пачками наличных, могло быть искуплено только одним способом: ампутацией мизинца. Но Сайго решил, что этот случай не был подходящим.

Мидзогути сел, он был потрясен. Он вытащил из-за пазухи короткий нож и протянул его боссу. Сайго заставил солдата также передать ему белый платок. Он взял оба предмета и положил их на стол. Он кивнул Мидзогути и сказал, чтобы тот никому не рассказывал о случившемся и впредь не занимал денег ни у кого, кроме Сайго.

Юбизумэ означает «укорачивать палец». Это эвфемизм якудза, обозначающий любую отрубленную часть тела. По традиции первого сустава мизинца было более чем достаточно, чтобы выразить глубокое сожаление или получить отпущение грехов за свои ошибки или ошибки своих друзей. Существует множество версий, объясняющих, как началась эта практика и то, что она означает, хотя правды никто не знал. Некоторые утверждают, что в дни, когда меч был излюбленным оружием якудза, отсечение кончика мизинца ослабляло хватку и таким образом демонстрировало покорность и самопожертвование.

А в послевоенные годы, когда убийство врага ножом с близкого расстояния считалось мужественным способом прикончить противника, отсутствие мизинца тоже могло помешать. Для того, чтобы зарезать кого-то, нужно было глубоко ударить его в живот, а затем повернуть нож. Это причинит противнику такую боль, что он не сможет сопротивляться и в конце концов умрет. Без мизинца поворачивать нож было гораздо труднее.

Другими словами, отрубание части пальца, заворачивание его в белый платок и подношение оскорбленному было похоже на то, как собака показывает шею победителю в собачьей драке.

В прежние времена очень немногим якудза удавалось подняться по служебной лестнице, не потеряв при этом одного или двух пальцев. Они неизбежно сталкивались с неприятностями или обидами, которые требовали этой процедуры. Чтобы продвинуться вверх, необходимо было оставить часть себя внизу. Не было ничего необычного в том, что некоторые боссы достигали вершины уже без двух или трех пальцев. Одного легендарного босса в Сумиеси-кай звали Кани-Сан (Мистер Краб), потому что в череде неудач он потерял столько пальцев, что в конце концов на обеих руках у него остались только большой и указательный.

Сайго понял, что пришел его черед. Это было частью его жизни, но, если ему суждено было потерять палец, он должен был убедиться, что получит что-то взамен. Он не был похож на других якудза, которые не задумываясь отрубали себе пальцы, следуя традициям. Даже среди высшего эшелона якудза не все относились к этой практике с уважением. Во-первых, такие люди легко идентифицировались как якудза, и это мешало им, поскольку они начали переходить к более корпоративной деятельности. Отсутствие пальца бросалось в глаза даже больше, чем татуировка. И все же его поколение застало то время, когда это было единственным решением.

Согласно полицейскому исследованию, проведенному в 1992 году, примерно у сорока процентов всех якудза отрублен или частично ампутирован хотя бы один палец. Из тех, кто совершил юбизумэ, шестьдесят процентов сделали это, когда они еще были низкоранговыми членами якудза. Когда их спросили, как они лишились пальца, восемь из десяти якудза ответили, что это было «искреннее раскаяние», а остальные – что это было «доказательством искренности». Наиболее распространенными причинами совершения юбидзумэ были: 1) денежные проблемы; 2) проблемы с женщинами; 3) создание проблем для группировки; 4) создание проблем для нареченного брата по якудза; и 5) желание остаться в группировке или выйти из нее. Самой редкой причиной было «взять на себя ответственность за ошибки подчиненного», что составляло около пяти процентов от общего числа.

Ритуал чаще всего проводился дома (сорок процентов), другими местами для его проведения были, например, офис группировки, дом одного из подчиненных или лес.

Мотивы Сайго были необычными, но он выбрал самое обычное место: домашнюю кухню. Там было все необходимое для правильной работы, но, как оказалось, ампутация собственного пальца была нелегкой задачей.

Большинство якудза, если не станут врать, скажут, что юбизуме – это не сольная работа. Один босс среднего звена объяснял: «Лично я считаю, что 88 процентов якудза, которые сказали, что сделали все это сами, лгут. Это не так просто, как вы думаете. Некоторые якудза даже вызывают врача, чтобы он сделал это за них; так снижается риск занесения инфекции, и впоследствии будет меньше проблем с поврежденными нервами и фантомными болями. Наверное, и сам процесс менее болезненный. Так говорят».

Сайго не стал обращаться за помощью ни к врачу, ни к кому-либо еще, по крайней мере, поначалу. Он решил позвонить Юрико. Она была в магазине. Сайго попросил ее купить ему нож для сашими и немедленно принести домой. Ему предстояло разгребать серьезное дерьмо.

Юрико спросила для чего был нужен нож: для убийства или для собственного пальца. Он был честен с ней, и она обрадовалась, что, по крайней мере, он не собирался никого убивать. Если бы он это сделал, то точно попал бы в тюрьму. Она переспросила, и он подтвердил, что не стал бы никого убивать без необходимости, и снова попросил ее принести домой нож для сашими.

Сайго должен был подготовиться. Юрико сказала, что резинки лежат на кухне. Она знала, как это делается. Ее предыдущий бойфренд тоже был якудза. У него оставалось восемь пальцев, когда она от него ушла.

У нее был еще один вопрос.

– Тебе не кажется, что пилой было бы лучше?

Сайго подумал об этом… нет, пилы делают это небрежно, он получит неровный и рваный порез.

Сайго повесил трубку. Он нашел резинки и сел за кухонный стол. Он обернул одну из них вокруг основания левого мизинца так туго, как только мог.

Сначала палец слегка почернел, наполнившись кровью, а белый ноготь стал еще белее. Через некоторое время мизинец распух от крови, которая не могла выйти, а потом внезапно побелел. Сайго ударил правым кулаком по пальцу, чтобы проверить – никакой чувствительности. Его мизинец практически онемел.

Он знал одного босса якудза, который воспользовался помощью хирурга. Сайго думал об этом, но ему казалось, что это не по-мужски. А если об этом