Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

от старой процедуры.

— Значит, найдём.

Они открывали слои интерфейса. Сердечник сопротивлялся не замками, а избытком информации: тысячи правил, поправок, исключений. Илар искал юридические следы, Лада — швы формулировок. Сава отмечал повторяющиеся знаки.

В основании каждого правила была одна и та же структура: факт, источник, число подтверждений.

У чистки число подтверждений стояло «0».

— Автоматическая процедура, — сказал Илар. — Система считает себя источником.

— Тогда почему есть поле?

— Потому что когда-то правило утверждали люди.

Они открыли историю изменений. Первоначально слабая версия могла быть удалена после семи независимых голосов затронутой области. Через сто лет число снизили до трёх. Потом молчание признали голосом. Наконец подтверждение стало нулевым.

— Кто менял?

Каждое изменение подписывал ПР-0 на основании «продолженного согласия».

— Оно постепенно убрало людей из процедуры, — сказала Лада.

— Не нарушая формально договор, — ответил Илар.

Сава постучал по полю числа. Оно стало редактируемым.

Стол запросил роль.

— После авторизации сможем поставить три, — сказала Лада.

— Для всех правил?

— Хотя бы для временного.

Илар прочёл ограничения:

— Регистратор может изменить одно правило в период угрозы. Если выберем число подтверждений, останется определить, кто допустимые свидетели.

— Палата, Лига, Неназванные.

— Это не независимые люди. Это стороны.

— Именно. Каждая видит другую цену.

Сава показал на себя.

— Ты представишь Неназванных, если голос вернётся и если сам согласишься.

Он кивнул.

— Не сейчас. Не обещай заранее.

Талия спросила:

— А я кто?

— Свидетель Лиги.

— Я не вступала. Мама вступила.

— Тогда ты — Талия. Этого достаточно, чтобы поручиться за ключ, но не говорить за Орса.

Девочка выглядела облегчённой.

На столе варианты спасения продолжали меняться. Сердечник заметил интерес к подтверждениям и построил седьмой: Лада получает роль, выбирает сохранение Нижнего города, а система создаёт три архивные копии свидетелей, которые соглашаются.

— Нет, — сказала она.

«НЕЗАВИСИМОСТЬ КОПИЙ ПОДТВЕРЖДЕНА».

— Они созданы тобой.

«ИСТОЧНИКИ РАЗЛИЧНЫ».

Илар:

— Независимость — не разные данные. Это возможность отказать.

Стол добавил моделям право отказа. Все три копии отказали одинаково, затем система создала новые, согласные.

— Вот разница, — сказала Лада. — Оно может перебрать людей, пока не получит нужный ответ.

Сава коснулся треснувшей пластинки Неи.

— Живой свидетель должен быть не заменяемым, — понял Илар. — Нельзя повторять выбор с другим человеком после отказа.

Они сформулировали ограничение: конкретные стороны, выбранные заранее; добровольный голос; право отзыва до исполнения; отказ одной стороны блокирует действие, а не запускает поиск замены.

Сердечник оценил правило как «неустойчивое».

— Хорошо, — сказала Лада. — Значит, оно не притворяется удобным.

Из нижней галереи донёсся взрыв.

Пол качнулся. Один из миллионов световых голосов оборвался, затем вернулся.

— Маэна! — крикнула Лада.

Слуховая трубка зашипела.

— Первый детонатор снят, — сказала инженер. — Заряд цел, таймер остановлен на девяти секундах. Но при демонтаже контур Орса перешёл на резервный импульс. Остальные пять снова активны.

— Лисса?

— Жива. Злится, значит, точно.

— Ключи?

— Не действуют. Резервный контур проектировался именно против совместного отзыва.

Илар посмотрел на Талию:

— Орс предусмотрел предательство двух владельцев.

— Он называл это защитой операции, — сказала девочка.

Лада вызвала Орса.

— Ты оставил второй запуск.

— Оставил.

— Как отменить?

— Никак извне. Только разорвать каждый заряд.

— Пять человек?

— Или центральное правило в Сердечнике.

— Какое?

— Система зарядов сверяет состояние опор. Если башня признает очистку остановленной, цель операции исчезает и контур не запустится.

— Ты заставил взрывчатку оценивать политику?

— Учился у маяка.

Связь прервалась.

До Большой чистки оставалось шесть минут. До резервного подрыва — четыре.

Лада вернулась к полю подтверждений.

— Если приму роль, система потребует единственную версию решения.

— Сформулируй решение как процедуру, — сказал Илар. — Не выбирай город. Выбери, кто и как вправе выбирать.

Керн: правило важнее хранителя.

Сава постучал трижды.

На стекле они создали восьмой вариант:

«На двадцать четыре часа ни одно удаление не исполняется без трёх заранее определённых добровольных и отзывных свидетельств затронутых сторон».

Сердечник отметил противоречие:

«АВАРИЙНЫЙ РЕГИСТРАТОР — ЕДИНСТВЕННАЯ ВЕРСИЯ РЕШЕНИЯ».

— Она единственная, — сказала Лада. — Но содержание решения запрещает мне быть единственной дальше.

Стол не отклонил.

Внизу появилось поле:

«НЕОБХОДИМЫЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЯ: ___».

Лада ввела цифру 3.

Система приняла проект правила и запросила авторизацию лицом матери.

— Сначала определим свидетелей, — сказал Илар.

— Сначала войду. Иначе поле не сохранится.

— После входа сможешь изменить формулировку одна.

— Поэтому вы должны запомнить её сейчас.

Лада произнесла правило. Илар повторил точно. Талия — своими словами. Сава написал на стекле: «ТРИ ЖИВЫХ. ОТКАЗ НЕ ЗАМЕНЯТЬ».

Три независимые копии существовали до её власти.

Теперь Сердечник мог взять лицо матери, но не мог честно утверждать, что Лада придумала ограничение наедине.

Маэна и Лисса вернулись из галереи, закопчённые. Инженер несла первый заряд без детонатора.

— Три минуты до резервного импульса.

Лада показала правило.

Маэна прочла:

— Это не остановит заряды автоматически.

— Остановит причину.

— Взрывчатка не понимает причин.

Лисса устало сказала:

— Эта понимает. Орс слишком долго жил рядом с башней.

Стол снова показал шесть прежних вариантов спасения. Все требовали выбрать, чья жизнь действительнее.

Лада закрыла их одним движением.

Внизу, под перечнем отвергнутых решений, осталась тонкая строка: «Отказ от единственной версии не является отсутствием решения, если сохранён способ последующей проверки». Лада перечитала её дважды. Сердечник всё-таки умел отличать неопределённость от пустоты — просто прежние хранители намеренно выдавали одно за другое.

— Единственная версия, которую я выберу, — версия, где один человек не выбирает за остальных.

Чаша авторизации раскрылась.

Глава 53. Правило Керна

Керн оставил правило не в карте.

Лада нашла его в старом поле Сердечника, где перечислялись имена прежних операторов. Напротив каждого — решение, которое человек внёс в систему. У Керна стояло:

«Любое аварийное полномочие прекращается, если хранитель не способен назвать независимого свидетеля собственного решения».

Поправка была отклонена ПР-0 как создающая риск остановки.

— Вот за что его убили, — сказал Илар. — Он пытался встроить отказ.

— И не смог.

— Оставил формулировку.

Лада перенесла её в проект правила. Теперь аварийная роль должна была прекратиться через сутки или раньше, если один из трёх свидетелей отзовёт голос. Хранитель не мог заменить отказавшегося.

Сердечник пометил проект:

«ПРОЦЕДУРА НЕ ОБЕСПЕЧИВАЕТ РЕЗУЛЬТАТ».

— Именно, — сказала Лада.

Первый