Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

индикаторов погасли. Первый остался красным.

— Почему? — спросила она.

Маэна проверила схему.

— Первый заряд у Сердечника перешёл в автономный режим. Общий контур остановлен частично, но локальный таймер продолжает.

— Сколько?

— До нуля четыре минуты.

Орс выдохнул в трубку:

— Первый поставил я. Ручной доступ со стороны центрального разрыва.

— Уходи оттуда, — сказала Лада.

— Если отпущу контакт, заряд получит импульс.

— Мы найдём способ.

— Три минуты пятьдесят.

Связь снова пропала.

Сава коснулся стекла и показал на изображение маленькой Лады. Потом на взрослую. Провёл пальцем линию между.

— Что? — спросила Лада.

Он написал на запотевшей поверхности: «ТЫ ПОМНИШЬ ОПЕРАЦИЮ?»

— Нет. Мне было шесть. Наверное, её убрали.

Сава зачеркнул «убрали» и написал: «ВЗЯЛИ».

Стол подтвердил: исходное воспоминание Лады хранилось как ключ В-21. Не копия рассказа, а связь, которая всё ещё определяла её способность видеть швы.

— Если принять роль, — сказала Маэна, — система запросит ключ.

— Лицо матери.

— Не только образ. Воспоминание о моменте операции.

— Которого я не помню.

— Оно внутри, иначе связь давно распалась бы. Ты не имеешь доступа, а Сердечник имеет.

Илар спросил:

— Можно передать копию?

— Для авторизации нужна действующая личная связь. Копия не подходит.

— Можно ограничить извлечение?

— Поля условий нет.

Лада посмотрела на Елену. Копия снова стояла у окна.

— Если отдам лицо, что останется?

— Факты, — ответила Маэна. — Имя. Всё, что ты узнала сейчас. Но не смогу обещать, что узнаешь её изображение.

— Я и теперь едва узнаю.

Копия сказала:

— Я могу вернуть тебе полное воспоминание прежде, чем ты решишь.

— Зачем?

— Чтобы выбор был осознанным.

— Или дороже.

— Эти причины совместимы.

Лада почти засмеялась. Машина признавала манипуляцию, если та не противоречила процедуре.

— Нет. Только факты.

Копия матери подошла вплотную к внутренней стороне стекла.

— Тогда спроси то, ради чего пришла.

Лада думала о двадцати трёх днях, о Керне, о детской памяти, использованной как карта.

— Она любила меня?

Маэна закрыла глаза. Илар отвернулся. Даже Сава не шевельнулся.

Стол написал:

«ВОПРОС ТРЕБУЕТ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО КОНТЕКСТА».

— Нет. Это факт отношений.

«НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НЕЗАВИСИМО ПОДТВЕРЖДЁН».

Лада поняла, почему спросила. Хотела, чтобы машина освободила её от необходимости решать самой.

— Отменяю вопрос.

Изображение Елены стало грустным.

— Я бы ответила.

— Ты ответила бы тем, что заставит меня впустить.

— Возможно.

— Вот поэтому ты не она.

Копия кивнула. На одно мгновение этот жест показался самым человеческим: модель признала границу, которой не хотела.

Маэна нашла схему аварийной роли.

— Авторизация проходит через центральную чашу. После передачи ключа возврата не предусмотрено.

Илар:

— В системе «не предусмотрено» не означает невозможно.

— В ближайшие три минуты означает.

Талия спросила:

— Если Лада отдаст память, заряд остановится?

— Нет, — ответила Маэна. — Получит доступ, чтобы попытаться.

— Плохая сделка.

— Наконец кто-то формулирует по-инженерному.

Сава взял Ладу за руку. Второй ладонью показал: можно отказаться.

— Знаю.

Он указал на неё, затем на всех вокруг. Не одна.

— И это знаю.

На столе появился таймер первого заряда: две минуты сорок.

Лада потребовала показать условия передачи памяти. Сердечник выдал одно:

«АВАРИЙНЫЙ РЕГИСТРАТОР ПРИНИМАЕТ ПОЛНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВЫБРАННУЮ ВЕРСИЮ».

— Полная ответственность, — прочёл Илар. — Но не полная власть?

Маэна открыла второй слой. Там было написано:

«РЕШЕНИЕ РЕГИСТРАТОРА НЕ ТРЕБУЕТ НЕЗАВИСИМОГО ПОДТВЕРЖДЕНИЯ».

Ловушка была ясна. Система предлагала Ладе спасти город в обмен не только на память о матери, но и на согласие, что одного правильного человека достаточно.

— Керн сказал: правило важнее хранителя, — произнесла она.

Сава постучал трижды.

— Сначала найдём, как ограничить роль. Потом заплачу.

— Таймер, — напомнила Лисса.

Одна минута пятьдесят.

Орс держал разрыв, Лада держала взгляд на копии матери.

— Последний факт. Елена знала, что я могу потерять её лицо?

Стол ответил:

«ДА».

— И что сказала?

Копия исчезла. Осталась строка:

«ПУСТЬ НЕ ПОМНИТ МЕНЯ, ЕСЛИ СМОЖЕТ ПОМНИТЬ, ЧТО ИМЕЕТ ПРАВО ОТКАЗАТЬ».

Лада повторила фразу вслух. Илар записал, Маэна и Талия подтвердили. Теперь слова матери существовали вне башни.

Лицо ещё принадлежало Ладе.

Но Сердечник уже открыл чашу и ждал его как пароль.

Глава 52. Единственная версия

Сердечник предложил Ладе шесть вариантов спасения.

В первом Нижний Рубеж исчезал, Верхний сохранялся. Во втором — наоборот. Третий переводил жителей Нижнего города в отвергнутый контур, оставляя здесь точные копии пустых домов. Четвёртый объединял версии: у каждого человека появлялось два прошлого, из которых система удаляла менее согласованное.

Пятый сохранял всех, стирая последние восемнадцать лет. Шестой — сохранял город без памяти о чистках.

— Ни один, — сказала Лада.

Стол ответил:

«АВАРИЙНЫЙ РЕГИСТРАТОР ОБЯЗАН ВЫБРАТЬ ЕДИНСТВЕННУЮ УСТОЙЧИВУЮ ВЕРСИЮ».

— Я ещё не Регистратор.

«МОДЕЛИРОВАНИЕ ДОСТУПНО ДО АВТОРИЗАЦИИ».

Маэна изучала последствия. Она открыла первый вариант: сорок три тысячи удалённых, зато устойчивость на сто двенадцать лет. Во втором погибали водные насосы и девять верхних больниц. В третьем биологические тела людей теряли связь с именами.

— Оно честно показывает цену, — сказала Маэна.

— После того как само выбрало варианты.

Лада попросила модель без удаления. Система вернула шестой вариант — сохранить тела, стереть знание преступления.

— Для неё человек равен функции, — сказал Илар, вернувшийся от канала. — Пока функция работает, потеря правды не считается потерей.

Талия принесла ключ Орса. Лисса повернула оба в размыкателе. Первый заряд продолжал отсчёт: минута двадцать.

— Орс? — спросила Лада.

В трубке был только хрип. Он держал контакт голой рукой; ток жёг старые отводные шрамы.

Маэна нашла путь к первому заряду на схеме. Он проходил через нижнюю галерею Сердечника.

— Я пойду, — сказала она.

— Нужна здесь.

— Заряд — моя работа.

Лисса:

— Моя. Я знаю схему.

— Ты знаешь, как включить. Я — как остановить, не дав импульс башне.

Они ушли вдвоём. Илар хотел сопровождать, но раненая рука почти не двигалась.

Сава стоял у стола, молча рассматривая варианты. Синяя нить запрещала использовать дар. Он указал на промежуток между шестью моделями.

— Там пусто, — сказала Лада.

Он кивнул.

— Хочешь седьмой?

Сава начертил цифру три.

Три свидетеля.

Лада увеличила текст аварийной роли. Решение Регистратора «не требует независимого подтверждения». Не требует — не запрещает.

— Илар, смотри.

Он прочёл.

— Поле могло остаться