Читать книгу - "Золото далекого Яркенда - Владимир Виленович Шигин"

новый этап в поисках таинственной земли. В 1937 году уже советский ледокол «Садко» во время своего дрейфа прошёл возле предполагаемого острова и с юга, и с востока, и с севера, но ничего, кроме океанских льдов, так и не обнаружил. Затем по просьбе энтузиаста поиска Земли Санникова академика В.А. Обручева, в тот же район были посланы самолёты арктической авиации. Однако, несмотря на все усилия, и эти поиски дали отрицательный результат. Так, было документально установлено, что никакой Земли Санникова в природе не существует.

Однако и здесь все обстояло не так просто. По мнению ряда исследователей, Земля Санникова, как и многие арктические острова, в том числе и большая часть Новосибирских островов, могла быть сложена не из скал, а из ископаемого льда (вечной мерзлоты), поверх которого был нанесен слой грунта. Именно эти ледяные скалы, покрытые грунтом, и видел в 1811 году зверолов Санников. С потеплением климата лед растаял, и Земля Санникова исчезла, подобно некоторым другим островам, сложенным ископаемым льдом, таким как Меркурий, Диомида, Васильевский и Семеновский.

Впрочем, есть специалисты, уверенные, что суша в самом сердце Арктики — это не что иное, как осколок шельфа ледника, то есть некий ледяной остров, который, ведомый течением, блуждает по океану. Несколько таких айсбергов-великанов могли теоретически сесть на отмель севернее Новосибирских островов, а потом, «снявшись с якоря», просто уплыть, чтобы впоследствии бесследно исчезнуть в просторах Арктики.

А в 1973 году на экраны кинотеатров СССР вышел в свет художественный фильм по мотивам романа академика Обручева «Земля Санникова». Фильм настолько популярен и сегодня, что пересказывать его сюжет нет никакого смысла.

При этом в фильме и истории его создания мистически переплелись реалии поиска таинственной земли отрядом Анжу. «Никто не должен знать о земле онкелонов», — говорит в фильме обитательница Земли Санникова красавица Аннуир, обращаясь к пришлым людям, в которых угадываются определенные черты самого Анжу (ученый А. Ильин в исполнении актера В. Дворжецкого) и его товарищей. По крайней мере, герои знаменитого фильмы шли к таинственной земле именно так, как в реальности пробивался к ней сквозь торосы реальный Петр Анжу.

Любопытно, что вскоре после окончания съемок фильма «Земля Санникова» с Камчатки пришло сообщение: грязевая лавина почти полностью уничтожила Долину гейзеров, где проходили съемки. Место, где операторы снимали «Землю Санникова», оказалось под толстым слоем грязи и валунов. А ведь почти такая же судьба, по мнению ряда ученых, постигла и реальную Землю Санникова.

Впрочем, сегодняшние сторонники гипотезы о реальности Земли Санникова утешились тем, что в районе предполагаемой таинственной земли они все же на самом деле обнаружили достаточно обширную подводную банку (отмель), которую и назвали банкой Санникова.

А поэтому, пересматривая в очередной раз фильм «Земля Санникова», вспомним лишний раз о тех, кто в реальности, преодолевая все немыслимые трудности, искал среди ледяного безмолвия таинственную землю.

К сожалению, история распорядилась так, что нам сегодня куда больше известны арктические деяния Фердинанда Врангеля, чем его друга, Петра Анжу. Дело в том, что энергичный Врангель быстро написал и издал достаточно увлекательное двухтомное описание своего путешествия, тогда как дневники Анжу сгорели во время пожара в его доме. Лишь отрывочные записи через четверть века после экспедиции были опубликованы историком флота А. Соколовым, да и то остались в поле зрения лишь научного мира. Все это в высшей степени несправедливо.

Глава пятая

Едва успел Петр Федорович отчитаться о работе экспедиции, как получил новое назначение. Его определили в отряд полковника Ф.Ф. Берга обследовать в топографическом отношении киргизскую степь от северо-восточных берегов Каспия до западных берегов Аральского моря и выяснить, возможно ли соединение Каспийского и Аральского морей каналами. Официально затеваемое мероприятие именовалось как «Арало-Каспийская военно-ученая экспедиция».

Вызвав Анжу, ему сказали просто:

— У нас крайне мало столь опытных и знающих офицеров, как вы, а потому надлежит вам, господин капитан-лейтенант, после льдов полярных отправиться в степи киргизские!

— Но я же моряк, а в степях нет моря? — удивился было Анжу.

— Зато там есть озера, и их берега надо изучать! А у кого сегодня в этом деле больше опыта, чем у вас?

На том беседа и завершилась.

В ноябре 1825 года Анжу прибыл вместе с офицерами отряда в Уральск. Там он принял под свое начало небольшой парусный катер, который был поставлен на колеса. Предполагалось, что на доставленном на Арал катере Анжу проведет обследование этого озера. Вскоре Анжу уже находился в походе. Катер тащили верблюдами, дело это было тяжелое и муторное, а потому забот у Анжу хватало с головой.

* * *

Во главе экспедиции был поставлен полковник Генерального штаба Фридрих Вильгельм Ремберт фон Берг, в повседневной жизни именуемый Федором Федоровичем. Человеком Берг был весьма талантливым и с самой боевой биографией. Воевать начал еще добровольцем-мальчишкой и первую рану получил при Бородино, дошел до Парижа в «летучих» партизанских отрядах, где лихость и презрение к смерти считались обыденной нормой. Потом храбро и удачно дрался с поляками и турками. Учился в Дерптском университете, выполнял дипломатические миссии. Но настоящей любовью этого незаурядного человека была страсть к науке и путешествиям. Неудивительно, что именно Берг составил первое научное военно-статистическое описание Турции, а в 1822 году возглавил весьма успешную экспедицию в Закаспийский край, причем не только для его изучения, но и для уничтожения многочисленных разбойничьих шаек в киргиз-кайсацкой степи. В результате экспедиции Берга был обследован западный берег Арала, впервые сделан ряд астрономических наблюдений и произведена маршрутная съемка западного берега для военно-топографических описаний. И вот теперь Берг снова отправлялся в степи, чтобы продолжить начатую им же работу.

Не менее интересны, чем Берг, были для Анжу и другие участники экспедиции. Прапорщик Вильгельм Ливен, к примеру, был из остзейских немцев, окончивших, как и Берг, факультет военных наук Дерптского университета (был, оказывается, и такой!). Как и Берг, Ливен тяготел к делам научным, а потому служил больше по топографической части, зарекомендовал себя прекрасной съемкой Петербургской губернии и тщательно исполненными картами. В 1825 году Ливен был зачислен в гвардейский Генеральный штаб с одновременным откомандированием в экспедицию Берга в качестве офицера-топографа.

Весьма любопытной личностью был и врач экспедиции Эдуард Эверсман. Выпускник Казанского университета он, не ограничивался только медициной. Помимо частной медицинской практики, которой Эресман с успехом занимался, круг его интересов был чрезвычайно широк — ботаника, зоология, орнитология и энтомология. При этом помимо немецкого, французского и латыни, он прекрасно владел персидским и татарским языками. Ко времени своего участия в экспедиции Эверсман был уже достаточно известным ученым и являлся, по существу, первым серьезным исследователем природы Волго-Уральского региона. В 1820 году по ходатайству оренбургского военного генерал-губернатора присоединился в качестве врача к русскому посольству, отправлявшемуся