Читать книгу - "Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин"

— Ты боишься высоты? — эльфийка ждала меня на площадке и, кажется, уже не одну минуту.

— Я просто боюсь ненадёжных лестниц, — подтянулся на последнюю ступеньку и отдышался. — Высота идёт вторым пунктом.

Сверху город просматривался как на ладони. Я нанёс на бумагу убежище, зал, площадь с фонтаном и двор с тушами. Канал охватывал кольцом остров с очередными развалинами, а чуть дальше к северу улица терялась под щебнем. Виденные вчера куски наконец сложились в цельную картину.

Рисовал долго, отмечая уже исследованные нами проходы и глухие тупики, куда лучше не соваться, а эльфийка смотрела на осыпавшийся квартал и молчала.

— Вон он! — показала она.

Самого ломаря я не сразу поймал взглядом, сперва заметил катящиеся по осыпи камни. Серая горбатая спина шириной с капот «Нивы» двигалась по кварталу медленно и уверенно, огибая крупные завалы. Судя по ночным следам, к тушам он возвращался привычной тропой. Я проследил весь путь от осыпи вдоль канала, затем между домами и через площадь до нашего двора.

Мне приглянулась узкая улица, где дома по обе стороны стояли без крыш, у одного стена обвалилась внутрь, и над мостовой навис кусок кладки с грудой обломков наверху. Ниже, у самой дороги, виднелось перекрытие старого подвала. Оно уцелело, сверху было засыпано пылью и щебнем и с трёх шагов ничем не отличалось от остальной улицы.

Пока я смотрел, взгляд сам сполз левее, на соседнюю улицу, чуть шире. Вдоль её стен тянулась полоса очень яркого на фоне окружающей серости зелёного мха, и камни рядом с ним даже отсюда казались теплее, хотя с чего бы. Мне немедленно захотелось пойти туда и посмотреть поближе. Странно, я сейчас должен думать о ломаре, а не о непонятном мхе.

— Ты чего туда смотришь? — Ная тоже глянула на зелёную полосу.

— Показалось, там удобнее, — вернул карандаш на нужную улицу. — Нет, здесь всё же лучше.

Эльфийка посмотрела на меня чуть дольше, чем стоило, и ничего не сказала.

Мы дождались, пока ломарь поест и уйдёт обратно в руины, и спустились с башни. По дороге я объяснил Нае, что задумал. На складе против такого зверя мне помог погрузчик, здесь придётся использовать развалины. На выбранной улице я осторожно осмотрел нависшую кладку и нашёл под ней расшатанный камень. Если вытянуть его верёвкой из укрытия напротив, обломки должны посыпаться на дорогу. Доски над подвалом под моим весом прогнулись, но выдержали. Оставалось заманить сюда ломаря, чтобы он провалился и не успел уйти из-под обвала.

Приманку сделали из плевуна, и отрубать у туши ногу оказалось противнее вчерашней драки. Я не притрагивался к ней голыми руками, опасаясь кислоты, которой была покрыта тварь. Наконец обвязал ногу верёвкой и поволок по мостовой. Тащить оказалось тяжелее, чем я думал, зато след от неё оставался такой явный… Да я бы и сам по нему пришёл!

Приманку свалили на дальнем краю перекрытия под самым обвалом. Верёвку от расшатанного камня протянули через улицу в проём дома напротив, чуть дальше ловушки, и уложили петлёй у стены. Там мы с Наей и притаились. Ждать я умел, новая работа приучила.

Костёр разводить не стали, чтобы дымом не выдать засаду. Сидели в холодном проёме и ели шоколадные батончики. Свою долю эльфийка проглотила мгновенно и выразительно посмотрела на мою.

— Это неприкосновенный запас, — предупредил я, имея в виду остальное.

— Понятно, — согласилась она и продолжила смотреть.

— Что тут вообще едят? — я убрал оставшиеся батончики подальше во внутренний карман. Раз мы тут охотимся, можем накормить эльфийку свежей дичью, если та вообще съедобна. — Точнее, кого?

— Грызней не едят, — сказано было так, будто это знал каждый ребёнок. — Плевуна тоже нельзя, кислота в нём везде. Вот ломаря можно, если долго варить, но только заднюю часть и мякоть сбоку от хребта. Под самой бронёй не бери, горчит.

— «Долго» это сколько? — я прикинул, когда мы сядем ужинать.

— Пока не перестанет быть подошвой, — она отвернулась, считая разговор о кухне Загранья законченным.

В принципе, почему бы и не засунуть ломаря в котелок, но сначала нужно уговорить его туда лечь.

Ломарь пришёл ещё засветло. Сначала посыпались камни, потом заскрипела кладка на повороте, и на улицу вышел зверь.

Вблизи он оказался ещё шире, чем сверху. Передние лапы тяжёлые и длинные, задние короче, голова низко. Зверь шёл по следу отрубленной ноги плевуна, будто по нитке, и я уже прикидывал, где мой противник окажется через два шага.

Ломарь остановился за пять шагов до ловушки и повёл головой не к ноге, а к моей верёвке. Похоже, его насторожил свежий человеческий след поперёк улицы. Дальше он сделал то, чего я от него не ждал. Монстр свернул к разрушенному дому слева, чтобы обойти улицу через развалины и выйти к приманке сбоку, минуя и верёвку, и обвал.

Умный, зараза!

Из-за стены доносились только скрежет и треск, тварь пёрла через развалины, как танк через кусты. Выйдет с той стороны, где обвал уже не достанет, и верёвка окажется бесполезной. Я успел сказать себе «плохо», потом «ладно» и повернулся к Нае.

— Коротко примани его и сразу беги за стену! — я указал Нае на дальний край перекрытия.

Эльфийка кивнула и шагнула из укрытия к приманке. Не знаю, что она сделала, зато прекрасно слышал оборвавшийся скрежет в развалинах. Через миг ломарь развернулся и пошёл обратно к нам, тепло хранительницы привлекало его больше отрубленной ноги.

Стену он запросто вынес плечом в двух десятках шагов от прежнего пролома. Ная быстро скрылась в нашем проёме, а я вышел на улицу у дальнего края ловушки с фонарём и топориком. Теперь ломарь разгонялся прямо на меня, и намеченный отход за стену вдруг показался слишком длинным.

Я замешкался и слишком поздно прыгнул к укрытию. Бронированное плечо задело меня вскользь, будто на полном ходу чиркнул борт машины.

Меня развернуло и швырнуло на стену у нашего проёма. Воздух вышибло из лёгких, и первым делом, ещё на камнях, я ощупал бок. Месяц назад такой удар переломал бы мне все рёбра, а сейчас под курткой всё осталось на месте и только гудело. Кожа третьего уровня спасла мне жизнь, осталось лишь заново научиться дышать.

Ломарь по инерции пролетел мимо. Передними лапами он уже ступил на камень за ловушкой, когда доски под задними