Читать книгу - "Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин"

— Криво, — сообщила она через минуту, разглядывая шов.

— Зато крепко, — подёргал за край, нитка не распустилась. — Мне в ней не на свидание идти.

— На свидание в ней тебя и не пустят, — эльфийка совсем по-человечески откусила нитку. — Второй разрез не трогаю, он у самого кармана, там всё равно быстро порвётся. Ты постоянно подставляешься.

— Оптимистично, — подёргал шов ещё раз для верности.

Дальше еда, и тут я был на своём месте. Собирались мы на короткую вылазку, но продуктов брали с запасом, по норме для двоих обычных людей. Только возникла непредвиденная проблема: Ная спокойно и без всякого стеснения ела за двоих. С таким аппетитом запас таял быстрее, чем я рассчитывал, но до пятничного окна мы пока дотягивали, а больше и не требовалось.

— Ты меня в список записываешь? — она заглянула в блокнот через плечо.

— Отдельной строкой, — захлопнул блокнот перед её носом. — Самой дорогой.

Она не обиделась, по-моему, даже загордилась собой.

Завтракали лапшой. Свою порцию эльфийка уничтожила, пока я второй раз зажигал горелку уже для чая, потом сидела над пустой миской с таким лицом, что я без всяких просьб поставил варить вторую порцию. Силы к ней возвращались через желудок, в Перми это было не так заметно.

Закончив с приготовлениями, мы пошли к залу с переходом. Мне он казался прежним. Ну, дрожит воздух у стены и всё, но Ная видела в нём больше моего и долго стояла рядом, склонив голову набок.

— Тут два рисунка, — заговорила она наконец, не оборачиваясь. — Здешний и земной. Здешний ясный, земной едва слышен, будто за стеной, и идут они по-разному.

— Так и должно быть? — мне очень хотелось услышать «да».

— Так бывает, — она провела пальцем вдоль дрожащей полосы, не касаясь. — У вас время идёт своим шагом, тут своим, а переход держит оба рисунка. Насколько они расходятся, пока не скажу, надо проверить.

По её мнению, дело было нехитрое. Ная подобрала острый камешек и процарапала на каменной кромке две черты, отмечая положение здешнего и земного рисунков. Я зарисовал обе в блокноте и отметил, что на часах восемь ноль две. Часы на телефоне шли честно, а вот календарю верить было нельзя, и это мне очень не нравилось.

— Вернёмся через двенадцать часов, минута в минуту, — показал ей экран.

— Ровно, — согласилась эльфийка.

— И что мы узнаем? — спросил я, уже не ожидая ничего утешительного.

— Насколько ваш день длиннее или короче нашего, — она замолчала. Потом немного подумала и добавила: — Не спрашивай пока, Александр, сама не знаю. Знала бы — сказала.

— А если портал появится раньше срока? — мысль пришла только сейчас, и мне она не понравилась.

— Не откроется. Он открывается по вашему счёту, а не по здешнему, — Ная наконец обернулась. — Я хочу понять, по какому счёту живём мы с тобой.

Шум во дворе, где вчера погиб плевун, мы услышали ещё с улицы. За стеной кто-то возился, хрустел костями и громко чавкал. Потом дошёл и запах сладковатой падали пополам с кислой вонью от слизи плевуна, и меня едва не вывернуло на пороге.

Три грызня облепили тушу с того бока, где не было яда, и рвали её, упираясь лапами в землю. Морды по самые глаза были в тёмной крови, бока ходили ходуном, хвосты подрагивали. Своих вчерашних они не тронули,то ли сородичей не ели, то ли плевун нравился им больше.

Лезть к ним троим разом в открытую было глупо. Двор я вчера выбирал под драку, и сейчас его устройство работало на меня. Пока грызни набивали брюха, я натаскал камней и перекрыл дальний проход, рассчитывая встретить их в узкой горловине у входа. Ная встала за камнем и по моему кивку коротко, на один вдох, бросила приманку.

Все три головы поднялись одновременно, и первая тварь сразу побежала на нас. Я встретил её фонарём в глаза, шагнул с линии и рубанул сверху за ухом. Туша сама легла поперёк прохода и почти полностью его перегородила. Вышло лучше любого завала.

Второй грызень с разгона влетел в преграду и полез поверху. На спине у погибшего сородича он потерял и скорость, и опору, а голову задрал так удобно, что хватило одного удара.

Третий оказался умнее. Он не полез в ловушку, а развернулся, перемахнул через мой завал и ушёл в руины. Я сперва решил, что грызень сбежал, но в пустом городе звук разносился далеко, и через полминуты с обломка стены над моей головой посыпались камешки.

— Сверху! — эльфийка увидела тварь раньше меня.

Разглядывать было некогда. Грызень оттолкнулся от стены, я шагнул вбок и вскинул фонарь ему навстречу. Луч в упор ударил по глазам не хуже кулака, тварь ослепла в полёте и криво приземлилась в месте, где я только что стоял. Когти чиркнули по плечу и распороли свежий шов на куртке, но до кожи не достали. В этот раз мне понадобилось два удара зачарованного топора, грызень попался на удивление живучий.

Ная со вздохом посмотрела на распоротое плечо куртки и ничего не сказала, я тоже промолчал. За три туши я получил двадцать одну монету и ссыпал добычу в карман. Поглощение решил отложить до вечера, когда будет ясно, сколько всего заработали. За несколько часов свежие монеты не испортятся.

Следы у двора я заметил, когда разбирал свой завал в дальнем проходе. Их оставил кто-то другой, точно не грызень и не плевун. В пыли обнаружились глубокие ямы размером с блюдце, внутри раздавленный щебень. На стене тянулась полоса, где что-то тяжёлое чиркнуло боком по камню. Похоже, ночью сюда приходил ломарь или кто-то с его габаритами, откусил кусок плевуна и ушёл вдоль улицы в сторону осыпавшегося квартала. Грызни ели уже после него и, судя по всему, с оглядкой.

— Он вернётся, — сообщила эльфийка.

— В такую-то столовую? Конечно, вернётся, — я присел у следа и пожалел об отсутствии линейки, мне не понравилась его ширина. — Значит, у нас есть чем заняться до вечера.

Покосившаяся башня стояла над южными дворами и вблизи оказалась чем-то вроде колокольни без колокола. Лестница внутри сохранилась через ступеньку, и половину подъёма мы карабкались между стенами, упираясь ногами в одну и спиной в другую. Ная легко преодолевала преграды, а вот я медлил. Два дня