Читать книгу - "Личная юрэй первого принца. Том 2 - Селина Катрин"

— Один из очень древних и богатых эльфийских кланов за Травяным морем. И, насколько я слышал, их нынешний глава весьма… немолод. Даже по эльфийским меркам. И эльфам не требуется ритуал Слияния Жизни, то есть в смешанном браке он проводился бы только со стороны драконицы.

— Всё верно, выше высочество, — пошептала Харука, вновь всхлипывая.

— Погоди, — остановила я Катэля, — а как же тогда дети? Почему Рёдзи был уверен, что ритуал пройдёт, эльф же не её истинный?..

Теперь уже первый принц смотрел на меня выразительно. До меня дошло не сразу, а как дошло — стало мерзко.

Старый эльф хотел молодую драконью жену не для красоты и не для наследников. Он хотел продлить себе жизнь! Растянуть свой и без того долгий век ещё на сколько-то столетий за счёт Харуки. А Рёдзи сказал, что отдаст её эльфу в счёт долгов. Этого Харука, конечно, не знает, но знаем мы с Катэлем. Детей, как я понимаю, в половинчатом браке у драконицы не родилось бы, но теперь такая мелочь Рёдзи не волновала, так как у него уже появился наследник. Ёшкин кот, как тут всё сложно с местной магией и множеством рас!

Меня аж передёрнуло. Из огня да в полымя: вместо смертного кузнеца, которого она любила и хотела спасти, — древний эльф, который собирался ею просто воспользоваться.

Вот тогда-то Харука и перепугалась по-настоящему. Она решила, что ей нужно стать наложницей первого принца любой ценой и выцарапать себе свободу, а там уже думать об освобождении Ло из темницы Сирохана-дзё. Это был единственный выход, который она видела, потому что наложницу принца Аккрийского никто уже принудить выйти замуж не может.

Ой, дурё-о-оха!

Если бы вместо всех этих козней она пришла к первому принцу и попросила бы помощи, уверена, Катэль её бы оказал, а так она воспользовалась не менее подлым способом, что и её отец.

Харука отослала из павильона Зимних Слив почти всю прислугу, оставив лишь трёх самых преданных служанок. Отцу и всем вокруг наутро наплела, что чувствует себя слишком скверно для перелёта через море, и принялась выжидать удобный момент, чтобы подменить благовония. Остров Белой Лилии славился благовониями на весь Огненный Архипелаг, а потому с орудием преступления у девушки проблем не возникло.

Момент настал в ту ночь, когда Катэль, измотанный делами, наконец начал уставать и терять бдительность, когда покои его остались без присмотра и подобраться к ним удалось без помех. Разумеется, ни служанка Харуки, не тем более сама она и не подозревали, что свидетель в виде невидимого юрэй всё прекрасно видел и даже запомнил служанку в лицо. В благовониях была особая смесь трав, Катэль не просто должен был заснуть, но быть легко внушаемым в первые минуты после пробуждения. Харука заранее заготовила флакончик с кровью. И ведь всё продумала, гадюка: не сомневалась, что наутро принц призовёт исэи осмотреть «пострадавшую», а тут уж её связь с Ло сыграла бы ей на руку. Целителю осталось бы лишь подтвердить, что леди и впрямь… кхм… познала мужчину.

Ну что, что за люди? Тьфу ты, какие люди — драконицы! Сидит, рассказывает всё это с таким видом, будто речь о неудавшемся пироге, а не о подлой подставе! Но больше всего меня добило другое. Харука, эта… эта мадам, на полном серьёзе была искренне, до глубины души удивлена и расстроена, что Катэль, видите ли, не внушился! Не сработала схемка! Какое незамутнённое разочарование было написано на её прекрасной опухшей мордашке, что у меня все мои несуществующие пальцы зачесались повыдёргивать волосинки из её замысловатой причёски. По одной!

Агр-р-р!

Нет, ну вы поглядите на неё! Сама же подсыпала Катэлю одурманивающую дрянь, сама разлила кровь, сама собиралась оболгать его перед всем двором и сама же надула губки, что коварный план не выгорел! Логика, достойная оваций. Тьфу!

Я зыркнула на Катэля. Он-то слушал всё это с непроницаемым лицом, зато я кипела за двоих.

Дальше пошла уже известная нам информация, всё то, что мы с Катэлем уже и без её рассказа знали. Глупышка Харука только панически боялась увидеть своего отца и не поняла, почему он вдруг переметнулся на её сторону и затребовал у Катэля взять её императрицей, но до птичьих мозгов этой козы мне не было дела. Рёдзи именно в тот момент, понятное дело, решил вместо эльфийского зятя заполучить зятя-императора.

Я так устала от нытья драконицы, что, когда она наконец замолчала, облегчённо выдохнула. Ну слава местным богам! Голова уже разболелась от стенаний этой дурищи.

Наступила долгая пауза. Наверное, она длилась минуту или две. Катэль откинулся в своём кресле, о чём-то глубоко задумавшись.

— Ваше высочество… — Харука напомнила о себе. — Как вы поступите со мной?

Первый принц какое-то время молчал, разглядывая драконицу перед собой, а потом обронил безо всякого выражения:

— Забери своего кузнеца из темницы на острове, что прежде звался твоим, и ступай с ним в его деревню, куда тебе впредь и дорога. Ты утратила право зваться и леди, и Белой Лилией. Имя этого рода смыто, как смывает прибой следы на песке, а деньги и люди переданы в дом Аккрийских. Отныне ты просто Харука. Захочет кузнец Ло взять тебя в жёны — что ж, такова будет ваша судьба, и я не стану разрушать союз истинной пары. Не захочет — пожнёшь то, что сама посеяла. Об одном лишь заклинаю: да не увидят более глаза мои твоего лица и да не коснётся слуха моего твоё имя. Если вдруг это правило нарушишь, то я выставлю тебя за пределы Огненного Архипелага.

Харука захлопала ресницами.

К моему истинному удовольствию, на её лице проступило неподдельное недоумение. Она явно силилась взять в толк, каким это образом её драгоценный Ло, которого она в последний раз видела связанным и с мешком на голове прямо здесь, в этом зале, вдруг вновь очутился в темнице на родовом острове. Я мысленно хихикнула. Ну да, телепортационная логистика пленных кузнецов — материя тонкая. Пусть поломает голову.

Однако переспросить гадюка не осмелилась. Вместо этого она сложила руки и проговорила тихо, но с какой-то совершенно обескураживающей кротостью:

— Выше высочество, о вас слагают столько баллад. Я думала… вы позволите нам с Ло остаться жить на моём острове.

«Наглость — второе счастье», — мысленно ахнула я, не зная, возмущаться или восхищаться. Только что лишилась рода, имени и едва не головы, отделалась, считай, лёгким испугом — и тут же