Читать книгу - "Личная юрэй первого принца. Том 2 - Селина Катрин"

на колени, и молила о пощаде для возлюбленного. А у разбитого окна молоденький писарь с круглыми от восторга глазами уверял приятеля, что битва длилась не меньше часа и Рёдзи голыми когтями вырвал одно из двух сердец у первого принца, и теперь ему больше никогда не найти пару, потому что для ритуала Слияния Жизни нужно подарить второе сердце.

В общем, наслушалась я разного, но самое главное: слуги и воины Белой Лилии действительно разделись и принялись сжигать свои униформы, облачаясь в самую простую одежду. Рёдзи на острове я не нашла, а заплаканная Харука оказалась запертой в каком-то крошечном домике без света со стражей у входа. Что ж, пусть потерпит. Она, конечно, скорее, жертва в том, что хотел провернуть её отец, но отнюдь не безвинная. Если припомнить точно, эта хитровыделанная леди вообще-то сама подослала служанку с благовониями и залезла в постель к Катэлю. Выяснить бы ещё почему, но всё завтра.

Я вернулась в покои первого принца. Хозяин тихо-мирно посапывал на своём футоне. Я бросила взгляд на ширму, за которой Икари-сан организовал моё спальное место, затем вновь на Катэля и… легла рядом. Ну а что? Вот вам как часто выпадает удовольствие спать рядом с умным, храбрым и хитрым красавчиком? И вообще… Я просто за его рану переживаю. Вдруг загноится или ещё какая ядовитая пыльца в ней осталась? Вот!

Утро выдалось… особенным. Я проснулась от того, что Катэль на меня смотрит. И смотрел он так, что у меня предательски затрепыхалось сердце где-то в районе горла. Если бы сердце у призраков вообще было, конечно. Но ощущение-то никуда не делось! Внутри всё ухнуло вниз, потом подскочило вверх, потом запуталось, и мозги, ещё минуту назад дремавшие сладким сном, заметались, силясь собраться хоть в какое-то подобие кучи.

Он лежал так близко. Тёмно-вишнёвые пряди разметались по подушке, золото в полуприкрытых глазах, родинка у левого уголка глаза, до которой так и хочется дотянуться. Лицо спокойное, слегка мечтательное, и эта его едва заметная улыбка, от которой по всему моему бесплотному существу побежали мурашки.

— Доброе утро, Юля, — тихо прошептал Катэль.

— Доброе, — ответила я хриплым со сна голосом.

«Сейчас поцелует», — подумала я, замирая не то от страха, не то от восторга.

И вот тут проснулся въедливый и занудный внутренний голос с интонациями старшего аудитора на проверке годовой отчётности.

«Ты чего, дурная? — поинтересовался он язвительно. — Кто с духами целуется-то? Ау! Земля вызывает Юлю! Ты — призрак. При-зрак! Юрэй по-местному. Бесплотная субстанция. Твои губы — это тёплый воздух с амбициями. Он сквозь тебя руку проносит, забыла? Да и как первый принц вообще может увлечься духом? Не городи чепухи».

Я мысленно показала внутреннему голосу неприличный жест, потому что, во-первых, его не спрашивали. А во-вторых… Он был чертовски прав, зараза. Ровно тот случай, когда здравый смысл невыносимо, отвратительно, до зубовного скрежета прав.

Я ведь и обняться-то с Катэлем толком не могу! Какие тут поцелуи?

К счастью, от неловкой пауза меня спасло маленькое чудо. Точнее, чудо случилось ещё ночью, но я его заметила только сейчас: Катэль абсолютно спокойно и без гримасы боли потянулся. На боку это никак не отразилось.

— Твоя рана! Она зажила! — воскликнула я, старательно тыча его в рёбра и делая вид, что не я только что смотрела на мужские губы.

— Да, за ночь затянулось всё, спасибо Широ, — улыбнулся Катэль.

Дальше мы засуетились, точнее, я взлетела и принялась накручивать круги по покоям, загибая пальцы и рассказывая, что именно надо уточнить у Харуки, а принц, помедлив, тоже поднялся и принялся одеваться. Пришли слуги, последовал церемониальный завтрак… Моё терпение чуть не лопнуло, когда Катэль наконец добрался до зала с троном и приказал привести Харуку.

Рассказ несостоявшейся императрицы вышел неожиданно куцым и таким наивным, что я даже опешила: и эту-то дурёху я столько недель считала коварной паучихой?

Харука призналась, что давно влюбилась в кузнеца Ло. Случилось это, по её словам, ещё пять лет назад, когда отец взял её с собой на Большую Землю выторговывать у людей какие-то редкие смолы для благовоний. Пока глава дома Белой Лилии вёл степенные торги со старостой деревни, она улизнула побродить по незнакомой местности и вышла к подножию рудных холмов. У раскалённого горна, среди искр и звона металла, она впервые и увидела молодого широкоплечего и перепачканного сажей кузнеца Ло. Истинная связь сразу дала о себе знать.

С того дня всеми правдами и неправдами Харука напрашивалась к отцу в сопровождение, а ещё выдумывала предлоги, подкупала служанку, лгала родителям и просто летала к своему кузнецу в крошечную деревушку под названием Кривой Молот. С ним же, у того же горна, в конце концов она и потеряла невинность. А между встречами Ло простым языком, как умел и насколько хватало его скудной грамотности, писал ей о своей любви.

Однажды Рёдзи-доно, теперь уже просто Рёдзи, случайно нашёл эти письма и пришёл в крайнюю степень ярости. На этом месте Харука не удержалась и горько всхлипнула:

— Он кричал, что я опозорила тысячелетнее имя. Что в роду Белой Лилии кузнецам нет места ни в постели, ни на пороге — вообще нигде. Даже наши охотничьи собаки и то имеют более благородную кровь.

Рёдзи и при существовании рода Белой Лилии был, как я успела убедиться, имел нрав крутой и консервативный. Старый гордый драконий дом, где кровь да родословная ценились превыше всего на свете, — и вдруг единственная наследница спуталась с простолюдином. Для такого, как Рёдзи, это был даже не мезальянс, а чистой воды пощёчина.

Но самое любопытное всплыло дальше, и я аж зависла на месте, разинув рот.

Оказалось, Рёдзи рассудил с холодной, прямо-таки звериной расчётливостью. Дочь — истинная пара кузнеца? Подумаешь. У некоторых драконов истинная связь за долгие века может вспыхнуть не единожды. Сам Рёдзи тому был живым примером: Сэйка приходилась ему второй истинной. Он выбирал из двух дракониц, на ком женится. А значит, рассудил он, надо лишь оградить дочь от её кузнеца, переждать и рано или поздно объявится новый истинный. Пусть из захудалого обнищавшего дома, но главное, чтобы чистокровный дракон. Кровь к крови, чешуя к чешуе.

И он запер её на родовом острове.

Разумеется, перед этим он убедился, что Харука не понесла от своего Ло. Это, как я поняла, заботило его едва ли не больше всего, ведь дитя кузнеца в утробе наследницы рода окончательно похоронило