Читать книгу - "Из переписки моих родственников. Военные годы: 1941-1945 - Ирина Валентиновна Роскина"

из нас хуже всех, потому что больше всех работает физически. Вид у нее загорелый, свежий, но подправить ее, конечно, необходимо. Она твердо решила пойти на работу, но сейчас не так просто найти что-нибудь подходящее. Я чувствую себя хорошо, ноге значительно лучше, она, правда, еще отекает, но воспалительный процесс прошел. Стараюсь ходить поменьше и не напрягать ногу. Работы сейчас стало намного больше, но стараюсь приходить домой не поздно.

Лидочкин день рожденья отпраздновали неплохо. Остро ощущаем сегодня отсутствие всех близких. О Вас, Наташе, Леке, Беллочке постоянно думаю, и мне очень тяжело сознавать, что я не в состоянии организовать нашу жизнь так, как всем нам бы хотелось. Много раз садился за письмо Наташеньке, но каждый раз откладывал – ограничиться пустяком не хочется, а написать по-настоящему очень трудно. Передайте ей, пожалуйста, поцелуй от меня.

Крепко Вас целую и обнимаю. Ваш Мара

209. Р. Н. Рабинович – Л. Д. Гринберг (из Черной (ст. Шабуничи) Краснокамского р-на Молотовской обл. в г. Верхняя Салда Свердловской обл.). 10 августа 1942

Дорогие мои! Получила сегодня Ваши письма от 1.VIII и от 5.VIII. Как жаль, что мое поздравление не пришло вовремя, но ты, Лидуся, правильно догадалась, что я не забыла об одном из самых дорогих мне дней в году[472]. На днях я получила также письмецо от 15.VII, отсутствие которого дало мне много тревоги. Я уже задним числом соболезновала, как у Женички наглым путем утащили хлебные карточки и в какое тяжелое положение он вас поставил. Вчера получила письмо от Гоги, которое меня расстроило. Он пишет о нашей предполагаемой поездке на Свердловск. Вот уж о чем я думала меньше всего. Очевидно, он считает поездку по воде неосуществимой, а для меня было заманчиво именно сесть в комфортабельную каюту и плыть три дня. Там я рассчитывала на помощь Раи. Конечно, и водой трудно ехать с детьми и вещами, но на пересадку в Свердловске у меня мужества не хватит. На днях думаю съездить в Молотов, узнать, продают ли пароходные билеты, если продают, значит ехать можно.

Одна знакомая получила письмо, что рынок в Йошкар-Оле большой, обильный, а в Гогином распределителе в конце июля выдавали картофель по 3.50 кг. Здесь по-прежнему ничего не продают, а я попала к очаровательной женщине – Наталье Акиндиновне – которая меня угощает картофелем, огурцами и прочим. Я ей много помогаю по хозяйству, собираю малину и для ее сынишки (10 р. стакан стоит), подарила ей хлеб, который мне Беллочка прислала, так что в общем мы почти квиты. А другие мучаются.

Собственно у нас и в Свердловске есть связи, но я их никак не могу известить, чтобы нас встретили, телеграф работает неисправно и мы бы приехали во всяком случае одни. А посадка дальше? Кто будет заниматься ею? Снова я в растерянности.

Может быть, случится какая-нибудь оказия.

Пока дети работают в колхозе. Наташа жалуется, что ей трудно 8 часов полоть. Но кормят там хорошо. В лагере малосытная еда, но появились овощи. Дают всего гомеопатические дозы, а название есть, например, на обед котлеты. Это значит после трехмесячного перерыва одна котлета и небольшая ложка гарнира из овощей. Суп тоже не сытный – конечно, ребята остаются голодные. Или на второе три маленьких блинчика с капустой – и всё. Вам тоже наверное трудно, картофель копать еще жаль. У нас тоже червоточина у многих в картофеле.

Спасибо тебе, Катенька, за письмо, продолжай в том же духе, мальчиков подстрекай.

Погода, кажется, установилась, стало сухо, а жары так и не было.

Обнимаю вас, мои любимые. Дети целуют. Ваша Роза.

210. И. И. Гринберг – Л. Д. Гринберг (из г. Молотова в г. Верхняя Салда Свердловской обл.). 13 августа 1942

Мои дорогие! Почему вы мне не пишете – просто понять не могу. Огородная страда? Я писала вам не так, чтобы слишком часто, но все же писала – открытки и даже закрытое письмо к рожденью Лиды. И тогда же послала завуалированную поздравительную телеграмму. Вы же упорно молчите. Непонятно! Вчера отправила вам телеграмму следующего содержания: беспокоюсь молчанием… (и т. д. – не помню, забыла) нужна оказия посылки подарков (этим телеграмма заканчивается). Из прилагаемого скромного пакета можете заключить, как мучила меня невозможность послать давным-давно предназначенные вам предметы. И вдруг сегодня явился ко мне ангел в образе очень милого и влюбленного в тебя, Марочек, инженера (фамилию не разобрала[473]), который и привезет вам живой привет от меня и вещественные доказательства моей любви к вам, уважаемые товарищи.

Подарки распределены следующим образом: табак и бумага родителям, что вполне естественно, серебряный карандаш – дочке (ко дню рожденья!), 2 ножика – двум сыновьям (только, чтобы по ошибке братья-разбойники не зарезали друг друга или кого-нибудь из других ближних). Трем ребятам по записной книжечке, а Катюше кроме того тетрадку, каковые в свое время уже были посланы мальчикам. Кофе бабушка посылает маме, ответный пакет Катюше шлет ее дядя Митя и тетя Женя, которые, кстати, очень огорчены, что Катюша им совсем не пишет.

Кроме всего вышеизложенного, посылаю вам для души мой рассказ, взамен сладостей, каковых у меня, к сожалению, совершенно нет. Ничего съедобного не посылаю, так как кроме огурцов и малины ничего послать не могла бы. Нас что-то перестали отоваривать и баловать и, прямо скажем, переполнением желудка мы не страдаем. Впрочем, вру – жаловаться стыдно, и я искренне говорю, что я согласна жить так до конца войны, только бы не стало хуже. Столовая у нас более чем приличная, обычно все же четыре блюда: суп, салат, или два яйца или яичница, и каша или оладьи, или колбаса с кашей, или еще что-нибудь такое, и чай. А сегодня была белоснежная кулебяка с рисом и яйцами, помимо жареной колбасы с гречневой кашей и свежих щей. И еще – 200 гр хлеба, а главное, что все это без выреза талонов! Кило хлеба (800 гр по карточке и 200 гр в столовой) я, конечно, не съедаю и меняю остающиеся талоны на что-нибудь – на ягоды или на картошку, на молоко и т. д. Сейчас в последние дни хлеб сильно подешевел, как и табак. (Его цена 180–200 руб. пачка, а ведь еще совсем недавно было 350–400 руб.) Не пугайтесь, посылаемый вам табак я получила по номиналу, и поэтому курите его с полным удовольствием. Но если вам понадобится еще, я тут же достану вам, за ваш счет, разумеется. Жизнь здесь все-таки требует кое-каких средств, и я со страхом смотрю на свои тающие миллионы. Пока что оснований для тревоги еще нет, денег у меня