Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

локоть другой ладонью.

— Сорн не отозвала запись. Дорн подтвердит непрерывность устройства. Химический след и перо устанавливают обстоятельства. Судьи обязаны принять пакет.

Сава сидел на столе Керна и качал ногами.

— Какие судьи?

— Коллегия по чрезвычайным мерам.

— Я спрашиваю, которая. В Верхнем суде теперь три двери. Одна ведёт в день до списка, другая — после, третья в комнату, где судьи ещё не решили, был ли причал.

Илар посмотрел на него.

— Ты там был?

— Я везде не был. Это дешевле.

Лада взяла линзу.

— Сначала суд. Если передадим городу без проверки, повторим ошибку списка.

— Список был правдой, — сказал Орс.

— И обрушил площадь.

— Не правда обрушила. Машина, которая восемнадцать лет складывала людей под пол.

— Площадь не спросила, кто виноват.

Орс подошёл ближе.

— А пока ты ищешь правильный способ сказать, Сорн ускоряет чистку.

— Поэтому идём сейчас.

— Я не пойду в суд.

— Тебя никто не приглашал, — сказал Сава. — У тебя лицо слишком виноватое.

Орс усмехнулся.

— Останусь готовить другой способ остановить процедуру.

Лада услышала в словах угрозу.

— Мы договорились: без подрыва, пока есть другой путь.

— Другой путь только что попросил судью принять запись от людей, которых не существует.

— До второго колокола.

Орс помолчал.

— До второго.

Он протянул руку. Лада пожала её. Ладонь была сухой и холодной.

Илар заметил:

— Назовите срок точнее.

— Когда прозвучит второй колокол, договор отозван, — сказал Орс. — Если к тому времени башня не остановит чистку, я остановлю башню.

Маэна выругалась названием разорванного подшипника.

— Уничтожишь Сердечник — город потеряет берега.

— Сохраню людей без хозяина над памятью.

— В море?

— В море тоже живут.

— Не сорок три тысячи за одну ночь.

Орс надел плащ.

— Тогда принесите из суда что-нибудь сильнее надежды.

Он ушёл. Лада смотрела на закрывшуюся дверь и думала, что не спросила, куда именно. Договор ещё действовал, но Орс уже готовил жизнь после него.

• • •

К Верхнему суду они шли впятером: Лада, Илар, Маэна, Сава и Дорн. Архивное перо Дорн нёс в деревянном футляре, линзу — под курткой. Карта оставалась у Лады.

На площади перед судом стояли три очереди. В первой люди держали белые заявления Палаты. Во второй — списки возвращённых имён. В третьей не было бумаг: Неназванные называли поручителей вслух.

Над каждой дверью горела своя дата.

— Сегодня день двенадцатый, — сказал Илар.

Первая дверь показывала одиннадцатый. Вторая — тринадцатый. Третья вместо числа повторяла: **ДАТА ОСПАРИВАЕТСЯ**.

— Я же говорил, — сказал Сава.

Илар выбрал третью.

Внутри заседали семь судей за длинным столом. Или пять: двое появлялись только при вспышке маяка. Зал был переполнен. На свидетельском месте одновременно стояли старик и пустой стул, каждый требовал признать другого ошибкой.

Судья в центре подняла молоток.

— Назовите дело.

— Убийство Керна, старшего картографа, префектом Эдой Сорн. Связанное дело — незаконная Большая чистка.

По залу прошёл шум.

— Заявитель?

Илар открыл рот. Служебного имени у него не было.

— Илар Тесс, частное лицо без действующего поручительства.

Лада встала рядом.

— Я поручаюсь за его присутствие до конца заседания. Отзывно.

— Лада Вейр признана обвиняемой в диверсии, — сказала судья слева.

— В вашей версии, — возразила судья справа. — В моей распоряжение об обвинении ещё не вступило.

— Поэтому коллегия не обладает непрерывной юрисдикцией, — произнёс один из мерцающих судей.

— Обладает, пока мы все слышим друг друга.

— Я вас не слышу.

Спор вспыхнул мгновенно. Илар ждал, не перебивая. Когда молоток снова ударил, представил линзу.

— Источник записи — нагрудная линза Дорна Авета, присутствовавшая при оцеплении. Сорн была уведомлена о сохранении ответа и не воспользовалась правом отзыва.

Дорн подтвердил.

— Носитель? — спросила центральная судья.

— Вот.

— Время?

Маэна назвала последовательность маячных импульсов.

Судья слева сверилась со своим реестром.

— Такой последовательности сегодня не было.

— В вашей дате сегодня вчера, — сказал Сава.

— Удалить несовершеннолетнего.

— Он не зарегистрирован, — заметил пристав. — Я не могу оформить удаление.

— Тогда пусть молчит добровольно.

— Он не согласен, — сказал Сава.

Илар положил рядом с линзой архивное перо.

— Примите предметы на физическое хранение. Исследовать можно после восстановления даты.

— Хранение требует три совпадающих описи, — ответила центральная судья. — Наши описи расходятся.

— Поэтому нам и нужен независимый контур.

Одна из мерцающих фигур наклонилась вперёд:

— Независимый контур закрыт приказом ПР-0.

— Покажите приказ.

— Он существует в версии дня тринадцатого.

— До дня тринадцатого его нельзя применять.

— Для нас он уже наступил.

Илар сжал край стола. Лада видела, как ему хочется вернуть язык процедуры в русло, где вопрос ведёт к ответу. Но причинность уже не соединяла их.

Центральная судья взяла линзу. Стекло показало Сорн у стола Керна.

— Вы убили его, — прозвучал голос Лады.

— Я начала извлечение по протоколу…

Свет мигнул.

Фигура Сорн раздробилась на три. Одна сказала: «Ответственность моя». Вторая: «Ответственность меры». Третья молчала.

Судьи заговорили разом.

— Признание.

— Служебное объяснение.

— Недопустимая копия.

Молоток центральной судьи треснул.

— До восстановления единой даты коллегия не может принять доказательство, вынести обеспечительную меру или подтвердить отказ.

— То есть вы не можете даже официально ничего не сделать? — спросила Лада.

— Верно.

— Сколько ждать?

Судья посмотрела на три даты.

— От нескольких часов до восемнадцати лет.

В зале кто-то засмеялся. Смех перешёл в плач.

Илар забрал линзу.

— Я прошу каждого судью отдельно сохранить свидетельство.

— Это создаст семь версий решения, — сказала Маэна.

— Пять, — поправил пристав. — Двое судей не подтверждены.

— Именно, — ответил Илар. — Каждая будет слабее, чем одна общая, но сильнее пустого отказа.

Трое судей согласились. Двое потребовали дождаться даты. Мерцающие исчезли. Запись разошлась на три судебные копии, и каждая сразу начала менять оттенок.

Пристав принёс три квитанции. В первой хранителем линзы назначался Илар Тесс, во второй Илар Тесс значился несуществующим, в третьей устройство подлежало немедленному изъятию как собственность стражи.

— Какую исполнять? — спросил пристав.

Центральная судья взяла листы. На её глазах подписи поползли с одной бумаги на другую.

— Ни одну до согласования.

— Тогда носитель останется у заявителей?

— Это будет нарушением первой квитанции.