Читать книгу - "Выжить в битве за Ржев. Том 10 - Августин Ангелов"

И потому по нему могут пройти русские танки. Если они ворвутся через переправу на этот берег, то они возьмут город. И тогда уже здесь, на этом берегу, погибнут или попадут в плен все. И сейчас взорвать мост — это меньшее зло. На той стороне не все погибнут. Некоторые выживут, пусть и в плену. Но, русские не смогут взять город сходу. И тогда мы продержимся до подхода резервов. А если мост останется — город падет.

Командир саперов понимал всю жестокость момента. Понимал, что Зибер прав. Это было трудное решение, которое разрывает душу. Но, которое необходимо принять. Лейтенант повернулся и пошел к мосту. Зибер смотрел ему вслед из-за танка. Вокруг свистели пули. На противоположном берегу русские вышли к берегу Волги. Еще немного, и они ворвутся на переправу.

Зибер видел, как лейтенант подошел к своим саперам. Как отдал приказ. Как саперы закладывали заряды под огнем. Как они оборачивались и смотрели на него. С недоумением. Со страхом. С ужасом.

Он слышал, как один из саперов крикнул:

— Там же наши люди! Там немцы!

И слышал, как Штруве ответил:

— Я знаю. Взрывайте!

* * *

Полина открыла глаза и увидела потолок. Белый. Чистый. Недавно побеленный. Не качающийся. Она попробовала вдохнуть. И — получилось. Еще с хрипами, но воздух снова глубоко проникал в легкие. Она попробовала поднять и повернуть голову. Жара не было. Слабость одолевала. Но шевелиться она могла.

Рядом на стуле спала Валя. Она сидела, скрючившись, склонившись на край кровати, и держала руку Полины в своей. Полина посмотрела на нее. И улыбнулась. Слабо. Едва-едва.

— Валя… — прошептала она.

Валя вздрогнула и открыла глаза. Она посмотрела на Полину, захлопав ресницами спросонья. И увидела, что подруга пришла в себя.

— Поля! — воскликнула Валя.— Поля, ты очнулась! А я задремала… Как же я рада!

Полина кивнула. Слабо. Но кивнула.

— Я… Выжила? — прошептала она.

— Выжила! — Валя расплакалась, но это были слезы радости. — Ты жива, Поля! Ты выкарабкалась! Ты была на грани. Врачи говорили, что шансов мало… Пневмония. Двусторонняя… Температура под сорок держалась трое суток. Я боялась, что потеряю тебя.

Она прекратила плакать, утерев слезы рукавом. Потом, улыбнувшись, проговорила:

— А я принесла трофейный шоколад. Выменяла на медицинский спирт у ребят, у наших бойцов. Они сладкое не очень-то любят, а спирт — завсегда. Вот, возьми. Тебе надо быстрее выздоравливать.

Полина посмотрела на шоколадную плитку, завернутую в фольгу, которую достала Валя из своей сумки, и ей захотелось есть. Она почувствовала, что словно бы родилась заново, что снова может дышать. И она подумала: «Коля! Я должна дождаться тебя. Я должна тебя увидеть, чтобы ты знал, что я не умерла, чтобы знал…»

Но она не закончила эту мысль, потому что Валя развернула шоколад, отломила от плитки ароматный кусочек и протянула ей. Поля не могла устоять от такого соблазна. Она тут же схватила сладость. И несколько следующих минут просто наслаждалась забытым вкусом. Она чувствовала, как жизнь возвращается. Медленно, но верно.

* * *

Сталин сидел за столом и смотрел на карту Крыма. Его лицо было мрачным. В левой руке он держал курительную трубку. Но не курил. Он проговорил:

— Докладывайте, Товарищ Василевский.

Василевский подошел к карте и сообщил:

— Товарищ Сталин, потери значительные, но Крымский фронт удержал позиции. Мы не потеряли Керчь. И теперь есть хорошие шансы, что мы не потеряем Севастополь. Немцы наступали под командованием Манштейна, но мы их остановили. Более того, мы нанесли войскам Манштейна чувствительные контрудары и отбросили на исходные позиции. У немцев тоже существенные потери. Для отражения удара мы срочно привлекли флот и авиацию.

Сталин посмотрел на него и задал вопросы:

— Как вам это удалось? Наша разведка ничего не знала о планах немцев. А вы — знали. Как же так получилось?

Василевский не моргнул, проговорил уверенно:

— Товарищ Сталин, у нас появились очень сильные аналитики военной темы. Они разработали новый математический метод прогнозирования. Они анализируют экономику, пути снабжения, климат, моральный дух войск противника, его идеологию и пропаганду по всем доступным материалам, а также наши действия или бездействия. Потом они просчитывают все это по специальным формулам, делая научные прогнозы. И эти прогнозы оказались точными.

Сталин закурил трубку и спросил:

— Математический метод? Интересно. И кто же эти аналитики?

Василевский ответил:

— Товарищ Габуния, — инженер, бывший сотрудник ОСТЕХБЮРО. Сейчас — начальник «Объекта-12». И его подчиненный, товарищ Ильин, — математик, ученый и изобретатель, старший научный сотрудник.

Сталин сказал:

— Хорошо. Продолжайте использовать их метод, но осторожно. Если прогнозы не сбудутся, — ответственность ляжет на вас.

Василевский проговорил, опустив глаза:

— Понимаю, товарищ Сталин.

Сталин посмотрел на карту еще раз и произнес уже другим тоном, явно заинтересовавшись:

— А что дальше? Что говорят ваши аналитики? Как будут развиваться события на фронте?

Василевский сказал:

— Они прогнозируют, что летом немцы нанесут главный удар на юге. Их цели — Сталинград и Кавказ. Они хотят захватить нефть Баку и хлеб Кубани. Они хотят перерезать Волгу.

Сталин нахмурился и переспросил:

— Сталинград? Кавказ? Эти места пока далеко от фронта. Вы уверены?

Василевский подтвердил:

— Да, товарищ Сталин. Это — стратегические цели немецкого командования. Если немцы их достигнут, — мы останемся без топлива и продовольствия. Это будет катастрофа. И ее необходимо предотвратить.

Сталин молчал, обдумывая услышанное, а потом сказал:

— Хорошо. Что предлагают ваши аналитики?

Василевский ответил:

— Укрепить оборону на юге. Перебросить резервы в район между Орлом и Азовским морем. Укрепиться там и не допустить немцев до Сталинграда. Подготовить фланговый контрудар по их ударным силам. И главное, — не повторять ошибок. Не растягивать войска, вовремя создавать эшелонированную оборону, не позволять немцам окружать наши армии.

Сталин кивнул и проговорил:

— Хорошо. Работайте, товарищ Василевский.

* * *

Берия сидел за столом и делал пометки на карте. На ней были отмечены все основные объекты, связанные с Епифановым. Штаб особистов в Можайске. Объект-12. Штаб Западного фронта. База отряда ОСНАЗа возле станции Панино. Он отмечал методично и точно, согласно документам. Потом он вызвал Суркова. Того самого лейтенанта ГБ, который работал с покойным Сергеевым.

— Сурков, — обратился к нему Берия. — Ты знаешь «Объект-12», бывал там?

Лейтенант отчеканил:

— Так точно, товарищ Берия.

А тот продолжал спрашивать:

— Ты знаешь Ильина? Денисова? Габунию?

Лейтенант снова ответил коротко:

— Так точно.

А Берия