Читать книгу - "Стражи Пограничья - Елена Саттэр"

Потому как магичка я с дурацкой магией. И я это тогда ручеек в реку превратила, и она деревни снесла. И хижине разбойничьей ноги утиные наколдовала и кота дохлого умертвием подняла. А Побирушка—это рыбка гавноедка на самом деле. И гнома я только от смерти спасти хотела, а получилось что воинского умения лишила и в повара превратила.

Народ мой всхлипы услыхал , под окошки открытые собрался.

— Любим тебя—кричат.—Жалеем, даже с магией твоей дурацкой. Ты же как лучше хотела.

— Ага,— зарыдала я—а получилось как всегда.

Граф меня по волосам гладит, говорит:

— Ну что получилось— то получилось.

Тут гном этот исправленный из под окошка голос подал:

— А я вообще-то и рад. Я же в душе поваром был. Возьми меня к себе в работники—я хороший.

И хор из стражей ему вторит:

— Возьми , он хороший.

И граф туда же:

— И тебе легче будет, бери.

А я лицо к окну повернула, кричу:

— А вы на меня ругаться не будете? И не выгоните?

— Да ты что!—отвечают –Никогда. Ты ж наш сестр страж.

Я носом хлюпнула, на графа глаза подняла. Он улыбается на меня смотрит. А за окном хор шепчет:

— Ну целуй ее давай.

Я фыркнула. Рассмеялись мы с ним. Отпустил меня. Говорит:

— Чаем напоишь с травкой пряничной.

— А то—отвечаю—у меня этой травкой Кряква битком набита. Мне б ее с рук сбыть надо пока не завяла.

Потом новому работнику кричу:

— Иди обязанности принимай.

Тот бочком на кухню прошел. Я обвела руками помещение:

— Вот. Твое место угодье, а комнату можешь самую ближнюю занять, она с окошком маленьким, но думаю это не страшно. Гном заулыбался во все свои белоснежные зубы. Надо же, даже их восстановила. Помнится трех в верхнем ряду не доставало.

— Как звать то тебя?

— Гимли,— отвечает.

Да ладно.

— Ляватар,— в окно высунулась—сюда иди.

Тот видя, что буря по наши головы миновала, резво прискакал.

— Гимли он—кивнула я на на нашего нового повара.—В Ляголаса перевоплощайся.

Лягуху мысленно рассказала , он все понял. На стол взгромоздился и анонс делать начал.

— Расскажу я вам братцы сегодня историю про братство кольца. Про Ляголаса — ельфа смелого , про гнома могучего Гимли, ну и про хоббита с волосатыми ногами что носильщиком кольца при них был.

Потом видимо вспомнив про орков , задумался и продолжил потом:

— И шли с ними и орки и люди. Друзья его и защитники. А нападали на них войска страшного Саурона из циклопов.

Ну враль! Врет как поет. Хихикнула я про себя , но виду не подала. Зачем мне Ляшкину репутацию портить.

Сгрудила я на Гимли все обязанности по кухне. Пальцем ткнула где что. Новый повар нашего трудового коллектива походил посмотрел и попросил в помощь орка- на помочь. Отдала ему художника нашего. В купальне стены с потолком тоже получились на славу. Все таки талантище у нас растет.

А граф чаек попил и предлагает:

— Могу Анжея тебя с травой твоей в город свезти, а вечером с подводами приедешь.

Естественно я согласилась.

Срок выплаты налогов близится , а денег кот наплакал. Побежала мешки готовить, чтоб на лошадей грузить. Сама думаю:

— С одной стороны засветилась с гномом по-черному, с другой дед желание то мое выполнил. Выйдет оно мне конечно боком—попой чувствую. Но зато на кухне пропадать больше не придется. В Чернозонье каждый день ходить будем. Ту же прянишную траву собирать и еще если что попадется . Может потихоньку глубже забираться, круги так сказать расширять.

Оставила всех сегодня дома. Только Ляшка сам попросился:

— Прическу мне измени на ельфовскую. Ленточкой только закрепи. Поеду с тобой рекламу делать.

Краска голубая с лягуха почти сошла. Белым стал опять. Ленточку тоже белую ему на волосы приспособила. Один из отрядных его к себе забрал. Гоблин кажется.

Граф меня на лошадку свою подсадил, потом сам залез. Едем, молчим. И говорить ничего не хочется, так бы и ехала всю жизнь. От счастья мне кажется даже светится стала. В город когда въезжать стали—люди смотрят, улыбаются.

До рынка меня Сиятельство довез

А навстречу экипаж знакомый принесло, чтоб ему пусто было. И высунулась оттуда фря. Глаза выкатились, рот открылся и полилась из него такая ругань, что даже граф мой опешил.

— Влад, я тебе верила, невестой твоей себя считала, а ты шлюху трактирную по городу катаешь. Да через эту дрянь полгорода прошло.

Мне дурно стало от таких оскорблений. В перепалку с ней вступать—на ее уровень скатишься. Стыдно, что еще перед всем городом устроила.

Граф с коня спрыгнул и не обращая на нее внимание аккуратно меня снял. Улыбнулся и говорит:

— Не обращай внимания. Я разберусь.

Вскочил на коня обратно, своим двум приказал со мной остаться:

— Госпоже Анжее помогите мешки отнести и сопроводите ее к подруге.

Подъехал к кучеру фряшному и сказал тихо, но строго:

— За мной следуй.

И поехал. Экипаж за ним. Маркиза та замолкла, видимо поняла, что не в те края ее занесло.

Ворон.

Я ехал в сторону дома Ангелины и поражался сам себе. К девушке, в которую я думал что был влюблен, у меня не осталось никаких теплых чувств. Казалось она сбросила маску, а там уродливая рожа. Почему то вспомнились бесконечные слухи о ее плохом отношении к прислуге, гадском поведении Неклида.

Как пелена с глаз моих спала. Невежественная, грубая, чванливая. Куда я смотрел. Сцену такую устроила на рынке. А Анжея молодец, показала себя как настоящая аристократка. Не гримасы на лице. Даром что из служивого рода, но манеры как у маркизы настоящей. И о людях точнее нелюдях своих заботится и хозяйка рачительная, да и вообще с ней не скучно. С Ангелиной вон иногда даже поговорить не о чем было.

Довез я ее до замка . Подъехал к окну. Она сидит типа плачет, глаза кружевным платочком промакивает:

— Ах, Влад, сама не своя от любви к тебе. Прости меня. Сердце мое разорвалось, когда с этой… тебя увидела.

Вот раньше бы поверил. На колени бы стал, руки целовать начал, а сейчас сижу на лошади смотрю на нее. Глаза маркизы сухие холодные. Кукла сидит красивая.

— Ангелина, ты вела себя.—Он поморщился—как, как... В общем недостойно . Прости, но я больше не хочу тебя видеть. Никогда.

Больше ничего не сказал. Развернул коня и уехал