Читать книгу - "Рассказы из русской истории. Поэты Империи - Владимир Ростиславович Мединский"

Наш большой режиссер Валерий Фокин восстановил «Маскарад» в Александринке к двухсотлетию со дня рождения поэта. Постановка масштабная. Зрелище красивое, очень авангардистское. Придется по вкусу тем, кому нравятся современные течения в театральном искусстве.

От театра снова вернусь к кино. В советские годы множество фильмов было снято в основном по «Герою нашего времени». В нулевые появилась еще одна экранизация — «Герой нашего времени» режиссера Александра Котта.

В 2014 году мы в Министерстве культуры попытались заказать большое кино о Лермонтове к его двухсотлетнему юбилею. Такую жизнь прожил поэт! Такие у него произведения! Такой можно было бы снять масштабный фильм! Был объявлен открытый конкурс, но, видимо, в то время нашим кинематографистам как-то Лермонтов «не зашел». Возможно, потому, что он все-таки сложнее, чем «Холоп». Раз-два-три, хоп-хоп… Удалось заказать только докудраму «Лермонтов». Получилось неплохо, с образовательной целью посмотреть рекомендую.

Приходил к нам и Николай Бурляев со своим режиссерским дебютом — фильмом «Лермонтов», снятым в 1986 году. Авторы попытались его немного перемонтировать и снова выпустить на экраны, но особо не преуспели. Все-таки это фильм, сделанный в совершенно другой ритмике, стилистике. Хотя опять же — посмотрите, многим нравится. Был еще старый советский «Лермонтов» 1943 года.

Вот, собственно, и все. Так что Лермонтов по-прежнему ждет большого режиссера, который снимет кино, достойное этой потрясающей жизни.

«Лекарство против морщин»

От современного кинематографа вновь вернемся в реалии XIX века и разберемся, как после окончания кадетского корпуса проходило распределение выпускников.

Как думаете, куда распределяли отличников?

Самых-самых лучших? В Европу?! В какую Европу! Кто туда хочет, в Европу эту! Лучшие из лучших распределялись в гвардию. Вот это — самое престижное распределение.

Просто лучшие шли подпоручиками в армию — это второе офицерское звание. Или прапорщиком, но в артиллерию или инженерные войска, — тоже престижно. Это технически подготовленный офицер.

Остальные же выпускались в армию прапорщиками, первым офицерским чином.

Ну а тех, кто учился плохо, завзятых троечников, распределяют прапорщиками либо в линейные батальоны, которые размещаются в крепостях где-нибудь на границе, либо во внутреннюю стражу (это вообще в тылу).

Наши внутренние войска почему-то ведут свою историю от внутренней стражи. Но это просто были воинские части, которые несли службу во внутренних регионах страны.

К чему я веду… Если учишься плохо, шансов попасть в настоящее дело, на войну у тебя будет мало. Так и останешься на всю жизнь прозябать где-то там, в тылу. А если ты учишься хорошо, шансы первому отправиться в случае войны на фронт вырастают во сто крат. Заметьте, психология дворян XIX века сильно отличалась от нынешней. Служба офицера в тылу тогда воспринималась как наказание[136].

Ключик ко всем замкам

Школа гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, как я уже упоминал, — дело недешевое. Обучение стоит в десять раз дороже, чем в Московском университете. В десять раз!

Как и сейчас, так и в те времена одни студенты учились в университете за счет государства, т. е. на бюджете. Другие — своекоштные — за свое образование платили сами. Лермонтов, естественно, был платником.

Да что там учеба в университете! Сто рублей ассигнациями, по меркам дворян того круга, к которому принадлежали Лермонтовы, — это вообще ни о чем. Вот стоимость обучения в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров — это да: тысяча — тысяча двести рублей. Но Лермонтов и здесь поступает на платное отделение. Бабушка заплатит.

Юнкеров после окончания Школы также ожидало распределение. Например, пойти в кавалерию. Туда, к слову, можно было попробовать распределиться после любого учебного заведения. При одном условии: если представишь справку о доходах. Служба в кавалерии — удовольствие дорогое. Чтобы открыть эту дверь, нужно было иметь свидетельство, что ты обладаешь достаточным состоянием.

Справку, кстати, требовали и от тех выпускников кадетских корпусов, кто по состоянию здоровья оказывался негоден к военной службе. В таком случае после военного училища тебя зачислят на службу гражданскую. Хотя и посмотрят косо, не без этого.

На гражданке тоже можно претендовать на хороший чин в зависимости от успеваемости. Какой чин получил Пушкин по окончании Царскосельского лицея, помните? Коллежского секретаря (10-й класс по Табели о рангах). Не самый высокий: успеваемость подвела. Его однокашник князь Александр Горчаков получил чин повыше — титулярного советника, 9-го класса.

Господа юнкера

Лермонтову восемнадцать лет. Он зачисляется в военную школу и одновременно в лейб-гвардии Гусарский полк юнкером[137]. Учеба засчитывалась в срок службы, училище — это часть армии. Считалось, что он служит в полку, но на самом деле просто числился.

На занятия он приходит в полковом мундире. Единой формы в учебных заведениях не существовало, и каждый юнкер носил форму своего полка.

Школа гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров тогда располагалась на Исаакиевской площади, «у Синего моста», как говорят питерцы. На этом месте сейчас Мариинский дворец — невероятной красоты здание, в котором проходят заседания Законодательного собрания Петербурга.

Уже упоминал, что в начале ХХ в. в этой Школе учились многие белогвардейские офицеры: Черный Барон — Петр Врангель, генералы Владимир Каппель и Федор Келлер, атаманы Александр Дутов и Григорий Семенов. Но и во времена Лермонтова и после там хватало «звезд». Ее выпускниками были композитор Модест Мусоргский, путешественник и географ Петр Семенов-Тян-Шанский и многие-многие другие.

На своих харчах

А бабушка по-прежнему рядом. Снимает большую квартиру на Мойке. Носит Мишеньке пирожки, заботится, а он бегает к ней подкрепиться.

Конечно, считать чужие деньги нехорошо. И все же сотрудники музея в Тарханах выпустили