Читать книгу - "Моя история. Автобиография Альбано Карризи - Альбано Карризи"

старейшей немецкой телевизионной награды «Goldene Europa», которую вручают артистам, прославившимся в Старом Свете. Так что я и не думал останавливаться.

Часть 3

Трижды по двадцать

1983–2003

Я думал, что потерял – но оно здесь.

Я вновь нахожу его в себе.

Послушав реку, ее исток найду —

Да, путь неблизкий, но я дойду[70].

Осень дает и осень отнимает.

Осень – пора даров и потерь, время, когда природа замедляется и прячет силы в кладовой. Кажется, что редкие теплые дни, выпадающие на ее долю, цепляются за память об ушедшем лете. Деревья в лесу пылают настолько яркими красками, как будто бы сам Господь только что написал их на холсте. Но уже очень скоро и листья опадут, и стволы покажутся тонкими и одинокими, и ветер высушит весь их сок.

Дары и потери.

С 1983 по 2003 год я будто прожил отдельную жизнь. За это время произошло все, что только могло произойти. В третье двадцатилетие, осень моего существования, я испытал весь спектр человеческих эмоций, развернувшихся передо мной на все 360 градусов.

Я пережил и свет великой радости, и кромешную тьму отчаяния. На Рождество родилась моя дочь Кристель, а в летний день на свет появилась Ромина-младшая, сразу заразив всех нас улыбкой, что с успехом делает до сих пор.

Мы с Роминой выиграли Фестиваль Сан-Ремо, благодаря чему сбылась моя заветная детская мечта.

Но сказка дала трещину. Когда я потерял свою дочь Илению, жизнь больше не могла быть прежней.

Оказавшись в одиночестве, съедаемый болью, что сжигала мой мир дотла, я нашел силы встать и продолжить путь – израненный судьбой, но исполненный гордости.

Ведомый внутренними силами, я смог возродиться из пепла и выйти на совершенно новые тропы в застеленном листьями лесу.

33. В поисках Бога

В 1982 году я выпустил песню «Io ti cerco» («Я ищу тебя»):

Я не случайно открываю новый раздел воспоминаний словами этой песни, поскольку она как нельзя лучше отражает то, о чем я хочу рассказать. Новая эпоха была ознаменована не только колоссальным успехом, достигнутым мною во всех возможных областях и почти в любой точке света, но и исключительными трудностями, подобных которым еще не было. Я должен рассказать вам о самом болезненном этапе своей жизни.

Работая над созданием «Io ti cerco», я еще не знал, что ждет меня в будущем, но она воистину стала предзнаменованием. Поиск Бога как наивысшего блага никогда не останавливается, и нередко такая потребность, исходящая изнутри, выходит за рамки банальных жизненных событий. Бог – спасательный плот во время житейских бурь. Иисус сам замечательно говорит об этом в Евангелии: «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20).

Меня искренне занимают вопросы веры. И хотя этой теме уделялось немало внимания и в предыдущих книгах, и в многочисленных интервью, я по-прежнему нахожу ее важной и достойной отдельного разговора. Когда я упоминал, что родителям удалось вырастить меня хорошим христианином, я, прежде всего, хотел отметить, что мне не стыдно открыто говорить о своей вере. Более того, вера в Бога – неотъемлемая часть меня и мой способ познания мира.

Каждый вечер, когда веду личную беседу с Богом, рассказываю Ему о своих делах и планах и в тишине получаю ответ, – кажется, он исходит изнутри меня. Наш диалог происходит сам собой. Эту встречу ни в коем случае нельзя пропускать – ничего, что она коротка: все-таки у Творца неба и земли много дел.

Я хорошо уяснил, что при любых обстоятельствах человек всегда стремится познать Бога. Иногда, достигая цели, контакт с Ним вызывает искреннюю улыбку благодарности. А обращаясь к Нему в момент падения, ты можешь рассчитывать на крепкую опору. Вполне естественно, что нам не всегда легко принять, как развиваются те или иные события жизни. Подобные чувства знакомы и мне – в такие моменты, испытывая серьезные разногласия с Богом, я кричал на Небеса и требовал объяснений. Только со временем в абсолютной тишине ко мне пришло осознание, как многому еще предстоит научиться – и, самое важное, достичь более глубокого понимания, что значит идти по стезям Христовым.

Размышляя над жертвенным подвигом Бога, отдавшим Сына на смерть во имя любви к человечеству, я спрашиваю себя: «Кем я себя возомнил, чтобы считать исключением? С чего решил, что меня не постигнет подобная участь? Как я могу делать вид, будто не заслуживаю Его исцеления?» Замечательно, что подобные размышления не повергают в уныние, а, наоборот, вселяют надежду.

В момент, когда человек осознает, что он всего лишь песчинка по сравнению с Богом, в нем происходят неизбежные перемены. Понимаю, сложно принять это обстоятельство, особенно находясь в мире, где многие только и ждут, как исключить вопросы веры из любой сферы жизни. Что до меня – я не сомневаюсь, что Бог существует, и знаю, что и любовь, и семья, и искусство, и мужество, и страдание, и страх, и отчаяние имеют ценность только рядом с Ним.

Христианство основано на Истине, а Истина заключена и в радости, и в боли. Иногда испытанная горечь навсегда поселяет в наших душах свои отголоски. Утихнув, скрывшись где-то в глубинах, они внезапно, словно дикие звери, нападают вновь и наносят сердцу трудно заживаемые раны. Пережить подобные моменты помогает вера. Нет, она не служит обезболивающим или отвлечением, но становится подлинной поддержкой. Вера помогает погрузиться в страдания, чтобы понять: боль, которую ты испытываешь, – неотъемлемая составляющая жизненного цикла и часть высшего плана.

Я уже рассказывал, что здесь, в поместье, построил церковь, таким образом выполнив обет, данный Деве Марии. Я возвел ее из белого камня на манер храмов в Испании. На ее куполе возвышается крест: помимо функции громоотвода он притягивает человеческую боль и преображает ее в надежду. Зайдя внутрь, можно обнаружить статую святого Иоанна, которую я спас из ризницы церкви, что посещал ребенком. Оттуда же взят и колокол, чей звон возвращает меня в детство, словно голос старого друга. Моя церквушка стоит посреди большого вымощенного двора, чьи камни могут напомнить пол некогда поразившей меня Порциункулы святого Франциска[71]. Спроектировав ее с несколькими рабочими, я построил великолепное здание. С каждым возложенным камнем я все больше радовался тому, что смог сдержать обет. Позже Дон Луиджи Верзе крестил здесь моих детей: Жасмин и Альбано-младшего. И здесь мы провожали в последний путь моих родителей.

Я нахожу Бога в самых простых вещах – например, вижу