Читать книгу - "Моя история. Автобиография Альбано Карризи - Альбано Карризи"

местные жители принимают меня с невероятным энтузиазмом. В такие моменты я вспоминаю великих испанских артистов, с которыми мне посчастливилось выступать, снова и снова ощущая гармонию, которая возникала между нами. Среди них Монсеррат Кабалье – легендарное каталонское сопрано, что оставило нас в 2018 году. Или блистательный тенор Пласидо Доминго. Что говорить о Хосе Каррерасе, легендарном Хулио Иглесиасе и величайшем гитаристе фламенко в истории музыки Пако де Лусии.

В 1995 году маэстро де Лусия аккомпанировал мне в песне «Un sasso nel cuore» («Камень в сердце»). Мы писали песню, и мои люди передали ему партитуру. Бросив сначала строгий взгляд, он улыбнулся и признался: «Yo no se leer la música. Yo soy la música!», что значит: «Я не умею читать музыку. Я и есть музыка!»

Моя вынужденная эмиграция продолжалась до самого начала восьмидесятых годов. Благодаря заграничным гастролям я мог быть спокоен за семью. Где бы мы с Роминой ни останавливались, везде пользовались несказанным успехом. Наш альбом Mo mentos (Моменты) 1979 года тепло приняли в Испании, а в 1980 году на музыку Чиро Даммикко мы вместе написали песню «Sharazan» («Шаразан»). Мы представили ее в Мексике, и она сразу устремилась на вершину чартов. «Sharazan» долгое время оставалась на верхних строчках хит-парадов в нескольких странах, а ее продажи составили несколько миллионов экземпляров.

В Италии же дела обстояли по-прежнему. Мы с Роминой просто исчезли.

Эта песня всегда имела для нас особое значение и идеально передавала дух этого времени. В ней рассказывается о тайном месте, фантазии, где находится наше убежище – место, где ты можешь жить, следуя биению сердца, оставив все остальное. «Sharazan» отражала нашу жизнь, силу, которую мы проявили, чтобы как можно лучше приспособиться к ситуации, навязанной нам другими.

Но вскоре произошло нечто неожиданное. Известный телережиссер Энцо Трапани предложил Ромине принять участие во втором сезоне шоу «Fantastico», занявшего место «Canzonissima» в сопровождении итальянской национальной лотереи.

После стольких лет эмиграции я смирился, что фактически стал нежелательной персоной на государственном телевидении Италии. Пусть это не мешало моей популярности в других странах, я перестал ждать, что ситуация на родине может измениться. Но предложение Трапани подарило мне проблеск надежды. «Возможно, – сказал я себе, – настало время вернуться. Упускать эту возможность нельзя».

Чтобы читателю была понятнее важность предложения Энцо Трапани, я подробнее расскажу о том, что представляло собой его шоу.

Первый сезон «Fantastico» транслировался с 6 октября 1979 года по 5 января 1980 года, и его в среднем посмотрели почти 24 миллиона зрителей. Это было новое красочное шоу, полное огней и эффектов в стиле диско, а его постоянными ведущими стали Лоретта Годжи[62], Беппе Грилло[63] и Хизер Паризи[64]. Очень скоро «Fantastico» возымело такой успех, что стало ассоциироваться у зрителей с уютом субботнего вечера. Однако в следующем сезоне шоу уже не повторило собственный триумф, и его место в телевизионной сетке заняла передача «Scacco matto» (досл. «Шах и мат»), которая оказалась провальной с точки зрения рейтингов. В 1981 году телеканал «Rai» решил повторно запустить «Fantastico», возлагая на него большие надежды. Предполагалось, что многообещающий перезапуск вернет ему высокие рейтинги, поэтому подходить к работе следовало крайне ответственно.

В новый сезон «Fantastico» пригласили звездный состав участников, среди которых оказались Вальтер Кьяри[65], Хизер Паризи, Мемо Ремиджи[66], Ориэлла Дорелла[67], Джиджи Сабани[68], Клаудио Чеккетто[69] и, конечно, Ромина Пауэр. И снова нас ждал успех.

Новый сезон посмотрело порядка 20 миллионов зрителей, а в последний вечер их число достигло почти 30 миллионов. Так «Fantastico» на протяжении десяти лет регулярно шла субботними вечерами в эфире и таким образом стала важной культурной составляющей нашей страны. А мы с Роминой – национальными героями.

Однажды меня пригласили в «Fantastico», чтобы, как теперь было принято за рубежом, спеть дуэтом с Роминой. Как оказалось, слава нашего певческого дуэта шагнула за пределы Испании, Франции и Германии и не ускользнула от внимания итальянских телевизионщиков. Возможно, они начали догадываться, что исключение двух столь популярных в мире артистов не приведет ни к чему хорошему.

Мы исполнили «Sharazan», песню, которая много лет гремела в латиноамериканских странах и которой откровенно пренебрегали наши соотечественники. Успех был настолько ошеломительным, что руководители телеканала пригласили меня на еще один выпуск программы в декабре 1981 года.

На этот раз мы представили публике «Prima notte d’amore», сводившую с ума поклонников из Франции и долгое время возглавлявшую хит-парады этой страны. И снова рейтинги шоу взлетели вверх.

Так несколько участий в «Fantastico» нивелировали годы вынужденного изгнания. Оценив влияние, оказываемое нашим дуэтом на людей, национальное телевидение и радио внезапно сняло пресловутое «эмбарго».

Восхитительный летний период моей жизни, начало которому положил успех «Nel sole», завершался еще одной радостной и исполненной надеждой композицией. В январе 1982 года мы с Роминой приняли участие в 22-м Фестивале в Сан-Ремо, где заняли второе место с песней «Felicità» («Счастье»).

Слова к ней написал гениальный Кристиано Минеллоно, а музыку – Дарио Фарина и Джино де Стефани. «Felicità» до сих пор остается манифестом, если хотите, флагом или визитной карточкой Аль Бано и Ромины Пауэр, и, прежде всего, отражением нашего восприятия мира.

Да, мне встречались те, кто называл эту песню продуманным трюком, легким детским стишком, созданным лишь для того, чтобы цеплять слушателя, эдакой фразочкой, которую можно беспечно насвистывать. Но они совсем ничего не понимали.

«Felicità» – одна из самых безжалостно интеллектуальных песен своего времени, и очень досадно, что большинство критиков не поняли заложенного в нее смысла.

После «свинцовых семидесятых», после всего того ужаса, тяжелого занавеса, серости и крови, эта песня была глотком свежего воздуха. «Felicità» – гимн простым вещам, тому, что наполняет спокойствием, тому, что успокаивает сердца. Не столько физически, сколько духовно мы все нуждались в простых и доступных человеческих радостях. И лишь критиканы, лишенные воображения, сосредоточились не на смысле, а на нарочно созданных мягких песенных рифмах, созданных именно для того, чтобы заложенный смысл поняло и приняло как можно больше слушателей. К счастью, публика, давно следившая за моим творчеством, все поняла правильно, и она, в конце концов, победила – «Счастье» стало всеобщим. Это была мантра, отгоняющая тревогу – каждый, кто напевал ее, неизбежно обращал внимание на красоту самых простых вещей.

В 1982 году слово «счастье» стало девизом моей жизни. В тот год мне исполнились «вторые двадцать лет», и я вступил в осень жизни. Тогда же нас удостоили