Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 4 - Поль Лакруа"

воздействие на умы адептов, что его часто можно было бы поставить на первое место в большинстве магических и колдовских заклинаний; мы говорим об обычае, распространенном на протяжении всего Средневековья, сопровождать заклинания магическими помазаниями и особенно благовонными курениями: первые увлекали вас в зачарованный мир духов; вторые должны были заставить воздушных гениев спуститься на землю или вызвать из глубины бездны адских демонов. Не нужно быть большим знатоком различных веществ, использовавшихся в качестве благовоний или таинственных курений в Средние века, чтобы понять, что среди некоторых из этих веществ, совершенно инертных или просто безвредных, находилось несколько таких, чье героическое действие производило немедленное смятение, от которого не мог защититься даже самый твердый дух. Белена, в частности, скрывающаяся почти во всех рецептах волшебных мазей, постоянно применялась; белладонна, одна из разновидностей которой носит название травы магов и чье активное начало получило знаменательное название атропина, белладонна, смешанная с безвредными веществами, становилась самым грозным средством, какое только могла использовать магия. Опийные вещества, экстракт конопли, которому современная наука возвратила его восточное название гашиш, были, как доказали искусные врачи, самыми действенными сообщниками уже бредовых умов. (См. Ж. МОРО из Тура, «О гашише и душевном расстройстве, психологические исследования», Париж, 1845, 1 том in-8°.)

В демонографии волшебные благовония связаны с обширной системой энергического сочувствия или отталкивающей антипатии, которые заставляют считать их средствами, чьи свойства следует тщательно изучать и качества которых нужно строго различать. Будучи по сути связаны с влияниями, исходящими от светил, они постоянно поднимаются от земли к небесам, чтобы вновь разлиться по земной вселенной. Агриппа и многие другие демонографы сохранили для нас формулы, освященные магией для возбуждения действия планетной системы; мы ограничимся указанием двух или трех из них и начнем с благовоний, которые древний обычай посвящал солнцу. Шафран, амбра, мускус, бальзамовое дерево, плоды лавра, гвоздика, мирра и ладан, тщательно смешанные, составляли благовоние, сообразное со всеми великолепиями дневного светила, и крайне вероятно, что шафран входил в этот состав лишь благодаря символу, извлекаемому из его цвета: так утверждают демонографы. Тем не менее, эта смесь приятных запахов оказывала все свое действие на солнце лишь заимствуя магическое влияние, исходящее из мозга орла или даже из крови белого петуха. Благовония, которые посвящались более ограниченным влияниям луны, также были менее разнообразны. Семя белого мака, ладан, камфора имели в качестве сосуда голову лягушки, глаза быка, кровь гуся и, что еще более странно, кровь женщины, взятую в определенный период. Спешим сказать, что некоторые из этих планетарных благовоний требовали веществ, которые сегодня невозможно отыскать и которые даже в Средние века не могли быть точно определены. Так, Марсу угодны были сок молочая, запах нашатыря, экстракт двух чемериц, которые, смешанные с магнитом и легкой дозой серы, соединялись с мозгом ворона, кровью человека или кровью черной кошки; но сразу после сока молочая рецепт указывает на бделлий, и никогда авторы эпохи Возрождения не могли четко объяснить, что это было за таинственное вещество, изначально рожденное в Саду вечной сладострастия.

Земные благовония, чье действие определено совсем иначе и чьи результаты гораздо более непосредственны, представляют собой вещества, чью каббалистическую природу трудно распознать: всегда составленные под влиянием звезд, они привлекают демонов или же должны служить для их изгнания; они часто вносят смятение в стихии и вызывают ужасные бури. Вы услышите гром и прольется ливень, если вы знаете, как вовремя использовать печень хамелеона, сожженную на концах. Темпестарии, особая категория магов, принадлежащих в основном к более поздним векам, использовали в своих заклинаниях, несомненно, аналогичные средства.

Земля поднимется и будет трястись по вашему желанию, когда вы вовремя бросите несколько лопат земли в дом, где сожгли желчь каракатицы, смешанную с чабрецом, розами и древесиной алоэ. Если ограничиться окроплением этой смеси морской водой или кровью, жилище наполнится кровавой росой, его омоют горькие волны. Хотите заставить сбежаться на землю бесчисленных демонов, являющихся бичом человечества, смешайте кориандр, петрушку, белладонну с болиголовом. Странные привидения присоединятся к этим порочным духам, если вы составите благовоние из корня тростника, сока болиголова, листьев ферулы, белладонны, тиса, мальвы обыкновенной, красного сандала и черного мака. Конечно, в этом странном рецепте нет недостатка в разнообразии, и можно предположить, что сгущенный сок черного мака произвел не одну иллюзию.

Но горе тому, кто не сумел разгадать великие законы сочувствия и антипатии; они царят над благовониями так же, как управляют небесными телами: одного лишь нарушения этих законов достаточно, чтобы рассеялось самое серьезно обдуманное заклинание. Знайте же, что древесина алоэ и сера по сути противоположны в своих испарениях, и то же самое относится ко множеству других веществ, которые будут изучены с религиозной тщательностью, говорят книги Средневековья, если вы не хотите стать жертвой собственных заклинаний.

ЛЮБОВНЫЕ НАПИТКИ.

Справедливо говорили, что Средневековье было царством традиционных идей, доведенных до крайности; но если и было время, когда древность страстно изучали, чтобы добыть из нее великую тайну, вечное желание человечества, тайну, которая принуждает симпатии и заставляет самые противоположные натуры объединяться в единой мысли, сливаться в единой любви, то это, несомненно, было то самое время. Природоведы были перерыты, историков допрашивали с неким упорством, которого не проявляли к серьезным вещам, даже поэты превратились в некие оракулы, которые часто считались непогрешимыми, и любовные напитки так размножились, что времена рыцарства ни в чем не уступали в этом отношении временам греков и римлян. Среди этих почти безотказных средств воздействия на самую независимую страсть с самого начала считали, и как самое могущественное, гиппоман, любовный напиток по преимуществу древности. Этот мясистый нарост, который находится на голове жеребят при их рождении и который мать, как говорят, имеет обыкновение поедать, разделился на три вида, для которых мы отсылаем к ученым диссертациям Виера и Дельрио. В шестнадцатом веке, как и во времена древности, гиппоман также собирали в момент, когда кобыла издавала свои любовные ржания. Вергилий, Тибулл, Овидий стали докторами этой магической науки, чьи древние практики обновляли, часто сочетая их с самыми почитаемыми таинствами христианства. Если имели, как в древние времена, ипсуллиры или субсиллии, о которых говорит Фест и которые состояли из восковых фигурок, над которыми осуществляли некое колдовство; если использовали камень астерит или дротик, извлеченный из тела врага, то прибегали также к гостиям освященным или неосвященным, отмеченным кровавыми буквами, и правоверные христиане были особенно напуганы подобным святотатством. В самом деле, когда в Средние века хотели предать душу мирную всем яростям страсти, то часто прибегали к помощи, безбожной помощи, от самого священного жертвоприношения. Заказывали