Читать книгу - "Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов"

то, что кажется двумя разными агентами — небесной сферой и интеллектом, на самом деле оказывается одним агентом — Активным интеллектом, эманирующим от небесной сферы» (Husik I. Studies in Gersonides // JQR. New ser., 1917 — 1918. Fasc. 8. P.140).

1569

«Мышление, конечно, не должно быть подвержено чему-либо, а должно быть способным воспринимать формы» (Аристотель. О душе, III:4).

1570

Считает акцидентальные свойства сущностью.

1571

То есть в опыте. Ср.: «Появляется же искусство тогда, когда на основе приобретенных на опыте мыслей образуется один общий взгляд на сходные предметы. Так, например, считать, что Каллию при такой-то болезни помогло такое-то средство и оно же помогло Сократу и также в отдельности многим, — это дело опыта; а определить, что это средство при такой-то болезни помогает всем таким-то и таким-то людям одного какого-то склада (например, вялым или желчным при сильной лихорадке), — это дело искусства» (Аристотель. Метафизика, I:1).

1572

Получал бы абстракции при помощи органов чувств.

1573

Ср.: «Смолоду сблизившись прежде всего с Кратилом и гераклитовскими воззрениями, согласно которым все чувственно воспринимаемое постоянно течет, а знания о нем нет. Платон и позже держался таких же взглядов. А так как Сократ занимался вопросами нравственности, природу же в целом не исследовал, а в нравственном искал общее и первый обратил свою мысль на определения, то Платон, усвоив взгляд Сократа, доказывал, что такие определения относятся не к чувственно воспринимаемому, а к чему-то другому, ибо, считал он, нельзя дать общего определения чего-либо из чувственно воспринимаемого, поскольку оно постоянно изменяется. И вот это другое из сущего он назвал идеями, а все чувственно воспринимаемое, говорил он, существует помимо них и именуется сообразно с ними, ибо через причастность эйдосам существует все множество одноименных с ними [вещей]» (Аристотель. Метафизика, I:6, 9; IV:5).

1574

Аристотель. Вторая аналитика, I:2, 6, 31. Ср.: Платон. Тимей, 29b-c.

1575

Он же. Метафизика, I:9; VII:13–15; XIII:4–5.

1576

Ошибка тех (то есть Платона), кто ввел универсалии (общие формы) как независимые сущности, заключалась во мнении, что, поскольку знание неизменно и является всеобщим, должны существовать универсальные и вечные «вещи» (универсалии), служащие знанию основанием. Ральбаг подробно остановится на этом вопросе во гл. 10 «Войн Господа». Здесь же он ограничивается утверждением, что, хотя универсальность и характеризует знание — ведь, в конце концов, физика заключается в общих законах движения, а не в утверждениях по поводу отдельных движущихся вещей, — эту универсальность можно объяснить, не прибегая к общим сущностям. В своем объяснении он использует аналогию с ремеслом. Вселенная обнаруживает порядок и систему, поскольку была сотворена в соответствии с планом, подобно тому как дом обнаруживает замысел, заключенный в его проекте. Каждый аспект Вселенной говорит о себе как о части общей схемы вещей благодаря своему упорядоченному строению и организованной деятельности. Таким образом, всеобщность следует понимать как порядок, пронизывающий всю Вселенную, а не как определенный класс сущностей. Универсальность проявляется в отдельных вещах, поскольку отдельные вещи — это части общего плана и действуют соответствующим этому плану образом.

1577

Аристотель. Метафизика, VII:10–12, 15.

1578

Аристотель. Метафизика. VII:13–14.

1579

Там же. XIII.

1580

Иными словами, в постижении сущности не бывает «отчасти»: она либо постигается, либо нет. А если постигается, то всегда в ее истинности. Ср.: «Высказывание есть высказывание чего-то о чем-то, как, например, утвердительная речь, и всякое высказывание истинно или ложно. Между тем не всякий ум таков: ум, направленный на существо предмета как суть его бытия, истинен [всегда]; ум же, касающийся чего-то [другого], не [всегда]; и так же как видение того, что свойственно воспринимать зрению, всегда истинно, но [различение того], есть ли вот это бледное человек или нет, не всегда истинно, точно так же обстоит и с бестелесным [как предметом мысли]» (Аристотель. О душе, III:6).

1581

А поскольку он их создает, то, как было сказано, определенным образом обладает и их знанием.

1582

То есть животная душа, желающая удовольствия и избегающая страдания, которой обладают все животные.

1583

То есть материей с преобладанием элемента земли, из которого состоит шерсть и перья.

1584

См.: «Ведь природа есть цели и «ради чего»: там, где при непрерывном движении имеется какое-то окончание движения, этот предел и есть «ради чего». Отсюда и смешная шутка, когда поэт договаривается до слов: «достиг кончины, ради которой родился»; однако цель означает [отнюдь] не всякий предел, но наилучший» (Аристотель. Физика, II:2). О проблеме «искусства и природы» в античной и средневековой философии см. Newman W.R. Phromethean Ambitios: Alchemy and the Quest to Perfect Nature. Chicago, 2004. P. 11–114

1585

Аристотель. О частях животных, I:5.

1586

То есть являются взаимозависимыми, соотнесенными понятиями (см.: Аристотель. Категории, 7 5а36).

1587

Ср.: «Люди достойные и деятельные (praktikoi) [понимают под благом и счастьем] почет, а цель государственного образа жизни почти это и есть. Но и такое кажется слишком поверхностным в сравнении с искомым [благом]. Действительно, считается, что почет больше зависит от тех, кто его оказывает, нежели от того, кому его оказывают, а в благе мы угадываем нечто внутренне присущее и неотчуждаемое» (Аристотель. Никомахова этика, I:3).

1588

То есть не превращается из потенциального в актуальное, поскольку обособленный интеллект находится в актуальном состоянии, в отличие от умопостигаемого подлунного мира, находящегося в потенциальном состоянии.

1589

Ибн-Сина (Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина), известный на Западе как Авиценна (980–1037) — мусульманский философ, представитель восточного аристотелизма, врач.

1590

Абу Наср Аль-Фараби (ок. 870 — ок. 950) — мусульманский философ, ученый-энциклопедист, один из крупнейших представителей мусульманского аристотелизма.

1591

Сират К. История средневековой еврейской философии. М.; Иерусалим, 2002. С. 527.