Читать книгу - "Из переписки моих родственников. Военные годы: 1941-1945 - Ирина Валентиновна Роскина"

непонятен ваш директор, рассчитывающий в ноябре везти бюро. Лимиты дает Наркомат, но Ленинградские организации сами накладывают свое veto. Возможно, что через некоторое время найдутся пути, чтобы и эти преграды преодолеть, но пока Мара в одну дуду твердит, что вас не повезут.

Завтра начинается перерегистрация карточек, так как оказалось, что выданы лишние десятки тысяч. А я как раз купила служащую карточку, боясь, что со школьным питанием мне дома не обойтись. Но Мара завтра едет в Москву, и я надеюсь, что он сможет ее отоварить на заводе. Вчера привезли нам весь материал для ремонта, и завтра с утра начинается вся мура. Мне нужно как-то устроиться с работой, и все боком выпадает.

Вчера же вечером в общем переполохе я с Сережей были впервые в Мариинском театре на Князе Игоре[720]. Обстановка и голоса очень серые, но сам театр и изнутри, и снаружи так хорош, что я любовалась им все время, что там была. Я никогда не видела его таким новым, отделанным и красивым – замечательный зал. А Сережа, осмотревшись, когда мы вошли, сказал: «Вот быть электротехником, да еще и в театре – вот это да!» Он ведь помешан на звонках и прочих электричествах, любимое его занятие это крутить счетчик наоборот, он приземляет ток и он вообще не идет на счетчик. А недавно был такой эпизод. Всюду потух свет, а Сережина лампа горит. Он гордо посмотрел на нас и заявил: «Перегорела фаза, а земля горит». Мы наслаждаемся светом, приходит Женин товарищ сверху и спрашивает: У вас свет есть? – Нет, – отвечает Сережа, стараясь заслонить собой свет из комнаты. «Как нет?» – «Совсем нет», отвечает Сережа. Тогда Женя, все время с обожанием смотревший на Сережу-волшебника, не выдерживает, выходит вперед и уверенно заявляет: «У нас земля горит, а фаза перегорела. Приходи к нам с мамой, у нас светло!» Комизм ситуации был непередаваем.

Посылаю вам сахарин, позавчера послала письмо с денежным отчетом, подтверди получение и последние три перевода на 2.500 р. Майор транспорта не застал, и деньги будут не раньше завтрашнего.

Обнимаю и целую.

343. Р. Н. Рабинович – Л. Д. Гринберг (из г. Йошкар-Ола в Ленинград). 14 октября 1944

Дорогой мой Лидочек!

Получили твое длинное письмо от 5/X с деловым отчетом относительно рояля. Ты пишешь, что хочешь прислать в подарок 1000 р. Очень прошу тебя отдать их Рае. Как она поживает, где живет? Большое тебе спасибо за продажу рояля, я знаю, сколько хлопот и времени это тебе обошлось. Сегодня посылаем тебе телеграмму, чтобы ты не торопилась с зеркальным шкафом, а главное, не перевозила бы его в ком. магазин. Теперь нужда в деньгах временно покрыта, а, между тем, зеркальный шкаф последний, и продавать больше нечего, а транспорт стоит сумасшедших денег.

Здоровье Гоги было в отличном состоянии, а сейчас он схватил насморк непонятно как. Надеюсь, что он пройдет без последствий. Я тоже прихворнула, пролежала 13 дней, но чувствую себя сейчас вполне здоровой и скоро выйду на улицу. Что со мной было неизвестно, но врачиха подозревала снова воспаление легкого и закатила сульфидин. Это средство на меня действует чудотворно. Я совсем не ослабла, очевидно, уже привыкла болеть, в этом году уже три раза.

Спасибо Сереже за портрет, он мне очень понравился: мальчик сильно изменился и к лучшему. Еще хотела бы от него получить письмо; то же относится и к другим ребятам. Я очень рада, что Катюша в хоровом кружке, и хотелось бы, чтобы Женичка пристроился по музыкальной части. Как школы, хороши ли педагоги? Как ты, Лидуся, устроилась по хозяйству, кто и когда готовит? Кто стирает? Уютнее ли стало жить со стеклами?

Из телеграммы ты знаешь, что поездка Фриды в Л-д не состоялась. Это объясняется условиями прописки, вернее не прописки. И все же возможно, что Гогино бюро переедет зимой, тогда мы все вместе приедем. Это уж как судьба, Фрида и Гога больше ни о чем не хлопочут.

У нас стоит сухая прекрасная осень, для Гоги очень важно. Тороплюсь отправить письмо, будь здорова, моя радость, еще раз спасибо тебе и Маре за подарок. Теплый привет Женичке Будде. Крепко целую ребят и тебя с Марой. Гога и Фрида шлют привет. Последняя совсем убита, что не едет. Наташа пишет, что получила в подарок голубой свитер, английский шарф и синее шерстяное платье. Туфли ей тоже выдали, но она их продала и купила [неразб.]

344. Р. Н. Рабинович – Л. Д. Гринберг (из г. Йошкар-Ола в Ленинград). 17 октября 1944

Дорогая моя Лидуся,

Вчера получила от тебя 1000 р., о чем одновременно посылаю телеграмму. Спасибо, родная, за труды. Во время ремонта у тебя и без нас хлопот достаточно. Как закончили и что тебе сделали? По моим расчетам печку, стекла, и побелку. Кормить семь человек, я бы сказала – благодарю покорно. Беспокоят меня деньги от 25/IX. Куда девалась эта тысяча? Сохранилась ли у тебя квитанция? Фриде отец в августе выслал 500 р., они тоже пока затерялись. Остальные переводы все исправно получены. Береги квитанции. Насчет шкафа я писала тебе, что жаль тратить деньги на транспорт в комисс. магазин или куда бы то ни было. Может быть, удастся его продать на месте? А, между прочим, целы ли в квартире железные кровати и пара шкафов красного дерева, туалет? Все же есть маленькая надежда, что я где-нибудь в Ленинграде устроюсь. С поездкой Фриды ничего не вышло из-за невозможности прописаться в Ленинграде, но все же бюро Гоги может в течение зимы переехать в Л-д. Так или иначе мы должны готовиться к зиме здесь, а это значит переложить печь, купить дров, 2–3 кг русского масла и 25–30 ведер картофеля взамен проданных нами весной. Это все же выгодная комбинация. Сейчас картофель 30 р. ведро, а продавали мы его значительно дороже. После всех этих приготовлений к зиме мы, конечно, останемся без денег и будем ждать продажи зеркального шкафа. Гоге лишнюю рабочую карточку пока дают, но дадут ли в будущем месяце никогда неизвестно. Он живет очень хорошо: с 8 до 12 служба, потом дома обед и сон часа два. Питается хорошо, пять раз в день, прибывает в весе, правда, медленно, но верно. О санатории пока не слыхать. Теперь в кумысолечебницах бывает, что кумыса и вовсе нет. Гога получает пенсию в 160 р. в месяц.

Вернулся ли Мара из Москвы и что он рассказывает о Наташе? Меня беспокоют ее отношения с родными, не обижена ли ею Вера Львовна? Наташа девочка избалованная и привыкла, что все делается только для