Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 4 - Поль Лакруа"

В начале семнадцатого века поножей уже почти не носили; их заменили крепкими сапогами или гетрами. Часто также упраздняли набедренники; но, по капризу моды, эту часть доспехов снова приняли в начале правления Людовика XIII; к ним добавили сзади нечто вроде полу-юбки, называемой гард-рен (garde-reins), которая крепилась к нижнему краю кирасы и доходила до половины бедра. Мы не будем вдаваться в другие подробности о изменениях, которые артиллерия вынудила последовательно вносить в железное снаряжение, которое, не имея более той пользы, что было в века Средневековья и Ренессанса, с каждым днем выходило из употребления.

Рондаши в последний раз носили повсеместно при осаде Сен-Жан-д'Анжели, при Людовике XIII, в 1621 году.

Наша задача останавливается здесь, и мы вкратце подведем итог истории Оружейного дела.

Именно в конце тринадцатого века начали появляться некоторые части железных доспехов; сначала их накладывали на кольчужные доспехи, которые были почти единственными, какие носили воины с начала одиннадцатого века. Первые части накладывали на ноги, затем на бедра, на руки, и наконец заменили хауберк кирасой, не отказываясь, однако, полностью от железной или стальной кольчуги, которая всегда покрывала промежутки, оставляемые металлическими пластинами открытыми, и служила украшением нижнего края кирасы, а часто и оконечностей наколенников.

Эти изменения происходили очень медленно и в течение всего четырнадцатого века. Некоторые полные доспехи появились при правлении Филиппа Длинного; но они были редки, и большинство воинов той эпохи носило кольчужные доспехи, доспехи из пластин (armure à macles), бригандину и другие доспехи того же рода: лишь при правлении Карла VI доспехи с головы до ног стали общепринятыми.

Правление Карла VII видело самые элегантные доспехи; угловатые формы были в наибольшей моде. Во второй половине пятнадцатого века доспехи все более усложнялись количеством добавляемых к ним деталей, особенно для джостров и турниров. Выпуклый и каннелированный доспех стал самой модной боевой одеждой; округлые формы заменили угловатые; они все еще были единственными, принятыми в первые годы шестнадцатого века и вплоть до правления Франциска I.

Около середины этого века талия доспехов, до того очень короткая, постепенно опускалась; сильно округленная форма кирасы была заменена ребром, которое с тех пор постоянно сохранялось в доспехах.

После Франциска I и до начала семнадцатого века форма кирасы постоянно следовала соответствующим формам гражданского костюма. При Генрихе IV все более широкое использование огнестрельного оружия в армиях заставило сначала подумать о придании различным частям доспехов толщины, необходимой для сопротивления пуле. Они стали таким образом невыносимо тяжелы, и от них начали отказываться; их упадок уже заметен при правлении Людовика XIII, и формы указывают на то, что искусство терялось, что хорошие мастера исчезали вместе с потребностью, которая их породила. Доспехи, которые Венецианская республика подарила Людовику XIV в 1668 году и которые ныне можно видеть в Парижском Музее артиллерии, вероятно, последние, изготовленные в Италии и, возможно, в Европе.

ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ. – АРТИЛЛЕРИЯ.

Нам остается теперь поговорить о целом ряде оружий, принятие которых полностью изменило военное искусство. Мы уже сказали несколько слов об огнестрельном оружии; мы остановимся здесь особенно на артиллерии, современной доспехам, историю которых мы только что изложили.

Еще до изобретения пороха артиллерия во Франции составляла значительный корпус. Это название применялось к военным машинам, бывшим тогда в употреблении. Оно стало более общим в 1248 году, когда названия «инженеры» и «инженеры» (engins et engineurs) отделили два рода войск – артиллерию и инженерные войска, и составили два различных корпуса, один для действия, другой для строительства.

С 1270 по 1291 год личный состав артиллерии состоял так:

Штаб: один великий магистр арбалетчиков, – мастера инженеров, – и несколько офицеров и служащих управления военными машинами, под различными наименованиями;

Войска: лучники, – канониры, – плотники, – землекопы или пионеры, – арбалетчики пешие.

В 1291 году Филипп Красивый ничего не изменил в учреждениях артиллерии того времени: он назначил тогда великого магистра артиллерии Лувра и нескольких мастеров инженеров. Первый позднее, в 1534 году, заменил великого магистра арбалетчиков.

Некоторые авторы относят употребление пороха и огнестрельных орудий к периоду с 1330 по 1380 год. Г-н Сикар (автор сочинения «Состояние артиллерии во Франции с тринадцатого до семнадцатого века») утверждает, что изобретение пороха относится к 1256 году: «Первая проба огнестрельных орудий была сделана, – говорит он, – в 1280 году, Бертольдом Шварцем, августинским монахом родом из Фрайбурга». Каковы бы ни были эти различные мнения, достоверно, что употребление пороха стало общим лишь во время войн императора Карла V и Франциска I, около 1530 года.

Первые пробы этого оружия, ныне столь могущественного, должны были быть малоэффективны, и новая огнестрельная артиллерия в течение долгих лет была столь же опасна для тех, кто ею пользовался, как и для их врагов.

До нас не дошло огнестрельных орудий не только первых лет, но даже конца четырнадцатого века; однако Национальная библиотека Парижа обладает манускриптом, изображающим военные действия, имевшие место в ту эпоху, и на этих миниатюрах видны огнестрельные орудия, которые могут дать представление о несовершенстве артиллерии и многочисленных трудностях, замедлявших ее первые шаги.

Именно при Филиппе Валуа появились во Франции первые пушки, как свидетельствует счет Бартелеми дю Драка, казначея войск в 1338 году; одна из статей гласит: «Генриху де Вомешону, за порох и другие вещи, необходимые для пушек, которые служили при осаде замка Пюи-Гийем в Перигоре».

Фруассар сообщает нам, что два года спустя, в 1340 году, жители Кенуа использовали для отражения атаки французов бомбарды и пушки, которые метали в осаждавших крупные болты; но неверно, как утверждал Виллани, что англичане были обязаны применению огнестрельных орудий победой в битве при Креси, данной в 1346 году. Достоверно, что огнестрельная артиллерия, которую тогда использовали наряду со старыми военными машинами для атаки и обороны крепостей, никогда не применялась в полевых сражениях четырнадцатого века. Чтобы убедиться в этом, почти достаточно рассмотреть самую обычную форму этих древних пушек. Не только их огромный вес и грубое устройство лафетов делали их транспортировку чрезвычайно трудной; но, очевидно предназначенные для роли катапульт, они были устроены большей частью для метания своих снарядов не по прямой линии, а по кривой траектории, как современные бомбы, и их форма действительно гораздо ближе к форме наших мортир, чем современных пушек.

Для заряжания, по-видимому, использовали казенники, или подвижные каморы, в которых заряд был приготовлен заранее и которые с помощью шпонки присоединялись к телу орудия. Иногда этот казенник помещался сбоку и образовывал прямой угол с каналом ствола, но чаще всего он присоединялся к