Читать книгу - "Рулька ноль два. Сборник актуальной фантастики - Михаил Владимирович Бычков"

Как удалось уговорить Змеелюба, кто его уговаривал, летописи умалчивают. Но известно, что утром у омута появился статный мужик с проседью и аккуратной бородкой.

Перво-наперво Змеелюб потребовал, чтобы ему притащили березовой коры и определили помощников. Пара игошей-переростков и целая охапка коры были выданы незамедлительно.

С этого момента жизнь обитателей омута и Замороченного лесочка стала сплошным кошмаром.

Дознатчик захотел, чтобы водяной написал ему заявление о пропаже младенца. Но водяной знал только руны и резы и в словенской грамоте ничего не понимал. Пришлось ограничиться записью с приложением личной печати водяного с изображением кулака, сжимающего чей-то хвост: не то селедочный, не то русалочий.

Змеелюб не поленился несколько раз нырнуть в омут. После ныряний добросовестно изготовил план обители: русалочьи спальни, детская комната, кабинет (хотя на кой леший неграмотному водяному кабинет?), обеденный зал, расположение хозяйственных строений и сомюшен.

Собственно, бытовые условия были вполне приемлемыми. В соответствии с планом, Змеелюб опрашивал всех — кто, когда и где в последний раз видел водянёныша? Были ли у него враги? Не попадал ли робятёнок в дурную компанию? Не был ли он поклонником какой-либо веселящей травки? Не грозился ли батюшка-водяной за что-нибудь наказать сыночка?

Вначале нечисть охотно отвечала на все вопросы. Объясняла, что врагов у дитятки нет, потому как мал ещё. Что за веселящая травка, в лесочке неизвестно. Упыри да кикиморы для веселья, да и то по большим праздникам, потребляют сушёные мухоморы. Но на дне омута мухоморы не растут. А уж сушить оные в воде ещё никто не пробовал. На берегу же малыш покамест не бывал, потому как ходить и говорить не умеет.

Все рассказы Змеелюб аккуратно записывал на бересту, требовал, чтобы свидетели оставляли свою подпись. Но грамотных среди обитателей омута и болотец не было. Да и боялись они бересты с записями — а вдруг там какой-нибудь заговор?

Кикиморы, лешие и прочие неграмотные при виде дознатчика начали разбегаться. И с помощниками вышла накладка. Переростки, почувствовавшие сладость власти, время от времени кого-нибудь вылавливали и принимались лупить — мол, правду они ищут! Особенно доставалось отвергнувшим их русалкам, которых притаскивали для дачи новых объяснений. Вскоре всё население озлобилось настолько, что приступило к активному сопротивлению…

Первыми пострадали игоши. Рассерженный водяной однажды так отмутузил обоих оболтусов, что те убежали к своей матушке. Потом не выдержали русалки. Однажды, когда Змеелюб сидел на бережку и обдумывал действия на следующий день, одна из длинноволосых красавиц вдруг подплыла к нему и попыталась затащить в воду. Хорошо, что она слегка поспешила — не дождалась подхода подружек. От одной барышни Змеелюбу хоть и с трудом, но удалось вырваться. А ежели бы их было две…

Вечером у Змеелюба состоялся тяжелый разговор с водяным. Хозяин омута безо всяких обиняков заявил, что ежели тот в течение ближайших суток не найдет малыша, то быть ему скормленному ракам!

А ведь скормит!

Змеелюб был гордым мужиком, но пришлось сломить гордыню и идти за помощью к Вукше.

Выслушав печальную повесть, ведун хохотнул:

— И чего ты на старости лет на Белую змею позарился? Али не знаешь, что не бывает таких змей?

— Да знать-то я знаю, — скривился Змеелюб. — Но подумал, а вдруг да нечисть больше меня знает?

— Нечисть… Нечисть, она завсегда нашего брата обмануть норовит.

— Так водяной вроде бы свои обещания всегда держит. Вон, лет пять назад он соседу всю рыбу в кости проиграл, так из нашей речки в Ржавянку не то что щуки, так и пескари ушли.

— Ты ещё вспомни, как лешие друг дружке зайцев да белок проигрывают. Но одно дело — слово между своими держать, а другое — человеку. Слово, что нечисть человеку даёт, ничего не стоит.

— Думаешь, послать мне водяного куда подальше?

— Послать-то ты его можешь, только к речке теперь и близко не подойдёшь. Проживешь ты без речки-то? Вот то-то же. Да и сам понимаешь, не только в этом дело.

— Понимаю, — грустно вздохнул Змеелюб. — Это нечисть перед человеком может своё слово не держать, а человек не может. Пообещал — сделай.

— Ладно, знаю я как твоему горю помочь…

Утром Змеелюб пришел к омуту. А водяной уже сидел на бережку, демонстративно помахивая здоровенным раком.

— Ну, есть новости? — строго спросил владыка омута.

Змеелюб не стал ходить вокруг да около, а сразу спросил:

— Скажи-ка, дедушка, сколько в нашей округе водяных?

— Да кто его знает? Почитай, в каждой речке наш брат сидит. Если река большая — так и не один. Это, брат, много от чего зависит: сколько деревень в округе — в смысле жертв там, утопленниц. Опять же — где рыба ловится, а где нет. Ух, даже и не скажу. В общем, много. А зачем тебе это надо?

— Для дела… Теперь скажи — у кого из твоих знакомых детки есть?

— Куда энтим-то доходягам деток иметь! Ни в жисть, — самодовольно прищурил пучеглазые глазки собеседник.

— А может такое быть, чтобы водянёнок появился и об этом чтобы никто не знал?

— Ну, — важно ответил собеседник, — кто же об этом молчать-то станет? У нас ведь дети не плодятся так, как у вас. У нас каждое дитятко — событие!

— Откуда же у соседа твоего, что в Надпорожском омуте живёт, водянёнок появился? Возрастом как твой будет. Когда и вырасти успел?

Дедушка-водяной осмысливал сказанное, густо зеленея с каждым мгновением. Резко нырнул в омут. Вынырнул, держа в руках увесистую дубинку. Забыв о солидности, резво побежал прямо по воде. Скаковой сом, выныривая над поверхностью, с трудом, нагнал старика только через полверсты…

Змеелюб даже не успел напомнить об обещанной Белой змее. Но решил, что не дело это — наживаться на отцовском горе.

Русалка

На белом свете (а также в глубинах морских и речных) обитает много русалок. Все они разные. Взять, например, морских — каждая из девушек имеет хвост. Не такой, как у селёдки, а такой же, как у дельфина. Не зря умные люди говорят, что дельфины и русалки друг другу свойственниками приходятся. А ещё говорят, что дельфины за русалками ухаживают и в жёны берут. Странно, да?

Хотя, с другой стороны, как посмотреть. Дельфин — вроде бы не совсем рыба. А наука современная знает — что даже и совсем не рыба. Может быть.

А если здраво рассудить — откуда на дне моря мужиков найти? Морячки с затонувших кораблей? Так пока они до дна-то дойдут — акулы загрызут да