Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

первых фраз парня сказал мне, что этот молодой человек из простого народа и даже не сильно образован. «Труп» офицера отдыхающий в углу конюшни тоже произвёл на молодого пленника нужное впечатление. А когда Шпала сказал, что Шарпс уже нам всё рассказал и нам в принципе не интересна дальнейшая судьба самого Присби, так что молодой человек может спокойно сигать в яму к простым матросам. Но если он нас чем‑то сможет заинтересовать из того, что услышал от капитана, то мы подумаем, как смягчить участь этого самого Присби.

В целом Присби подтвердил рассказ предыдущего пленного, но с подробностями. На этом пароходе находилось два взвода королевских стрелков — этакой элиты. Правда, войска эти были абсолютно сухопутного назначения, своего рода егеря. И половину из них мы положили в первой волне, а командира стрелков — он же должен был командовать всей операцией по захвату маяка и места раскопок — я пристрелил сразу, вместе с капитаном. А так бы они конечно захватили место раскопок, где, по их сведениям, был всего взвод наших стрелков. И если бы здесь действительно обнаружился древний завод, то сюда бы точно вторгся королевский флот и началась бы настоящая война с Империей.

Ещё парень поделился с нами сведениями, что в самом Приморске орудует какой‑то богатый человек, который поддерживает эту операцию внутри города и поможет прорваться через Проход большой орде бандитов‑хиндаи. Грамотно скоординированная операция бы получилась, если бы не отбитый на всю голову смотритель маяка, воюющий не по правилам. Меня и Алексей еще сразу упрекнул, что я капитана тогда грохнул. Дивный народ в стране непуганых бегемотов. Но теперь‑то он, надеюсь, поймёт, что именно такая тактика и помогла нам удержаться на маяке. Ведь если бы высадкой командовал кто‑то с головой и опытом, то всё могло бы пойти для нас очень печально. Маяк бы уцелел, конечно: как рассказал парень, его даже капитан боялся трогать.

Когда мы закончили с парнишкой и тоже отправили его с часовым на кухню, прискакали шахтёры с Фёдором. Алексей сел переписывать записанные мной показания набело, а я рассказал о добытых сведениях Решетову и старому шахтёру, которого Фёдор поставил во главе конвоиров. Вместе с бумагой тот должен был всё это передать в полицию и начальству Рудного посёлка. Мы спешили сбагрить пленных побыстрее, опасаясь нового десанта, но тут к нам подошёл Клаус, принёсший вести о том, что шлюпки походили по морю, посмотрели на обломки и трупы и уплыли назад в сторону Приморска.

Нам следовало ожидать нового хода врага.

Глава 24

21 июля, понедельник, продолжение.

После допроса стюарда мы вновь привели в сарай Шарпса и, оставив ему щель в воротах, прогнали по одному всех пленных. Тех, кого он указал как команду десанта, незатейливо пометили, нарисовав чернилами жирный крест на лбу. При конвоировании и содержании в неволе на них требовалось обращать особое внимание. Ну и затем снова провели вторую попытку допросить Дугласа. Несмотря на то что мы продемонстрировали нашу осведомлённость об их планах и его роли в них, он продолжал молчать, за что получил на лоб два креста и возможность прогуляться до рудника со спутанными ногами. Крепкий орешек оказался, но, может, участковый в Рудном окажется менее щепетильным с данным типом.

Мы проводили пленных и снова уселись строить наши планы по противодействию противнику, исходя из полученных сведений. Нависшая над всем Приморском угроза вторжения кораблей королевского флота дала очень сильный повод думать всем, кроме меня, о ближайшем отступлении в тоннель. Я никак не мог бросить маяк с порталом — это ставило под угрозу слишком многое для меня лично. До подхода подмоги в виде Имперского флота было ещё слишком далеко. Если Коржину повезёт, то он сможет добраться до метрополии через десять дней. Пока там соберут силы, тоже уйдёт не меньше времени, ну и этим силам тоже надо дойти до Приморска, а это те же десять дней. За этот месяц тут много чего может произойти, а уж Приморску точно придётся несладко, учитывая взрыв на складах и пустые оружейные лавки. Ещё и неизвестно количество бандитов‑хиндаи, неожиданно напавших с тыла. В общем и целом наше положение было тяжёлым в перспективе и совершенно безоблачным в данный момент времени.

Нам нужен был какой‑то козырь, и хоть у меня был портал на Землю с её совершенными орудиями убийства, доступа у меня к этим орудиям не было. И с криминалом я дел не имел, поэтому даже автомат для меня был так же далёк, как и танк. Нужно было искать выход из создавшегося положения где‑то тут и как можно быстрее.

— Вы как знаете, — обратился я к Фёдору и Алексею, — но лично я собираюсь сейчас проследовать в тоннель и кое‑что там хорошенько поискать. Я, конечно, давал подписку о неразглашении, но, учитывая нынешние обстоятельства, не вижу другого выхода. Там мы обнаружили склад с допотопной техникой, и сохранность этой техники внушает мне оптимизм. Если мы там обнаружим то же самое горнопроходческое оборудование, что было в ту войну у Сокола, то это может стать нашим козырём не только против этих налётчиков, но и против появления у наших берегов королевского флота.

— Ты хочешь сказать, Вадим, что там могут быть те самые орудия? — неверующе спросил Алексей.

— Почти уверен. Без такого оборудования сложно было бы построить то, что там построено.

— И что же там построено?

— То самое и построено, Алексей, — я покивал головой, — там стоят новые огромные пирамиды в количестве трёх штук, и при них огромный склад. Ну и городок относительно целый при них тоже имеется.

— А люди? — спросил Алексей.

— А людей мы там не встретили. Ни живых, ни мёртвых.

— Н‑да‑а, — задумчиво протянул Алексей.

— Кроме Императорской фамилии никто не должен бы… — начал лейтенант неуверенно, и я его сразу прервал.

— Императорская семья в ближайшее время может этого всего лишиться, даже не увидев.

— Но и наши враги не смогут пройти через ворота! — горячо возразил Алексей.

— Фёдор? — обратился я к Решетову, — сколько надо времени, людей и взрывчатки, чтобы обойти ворота?

— Да немного, в принципе, — кивнул он. — Алексей Григорич прав, Митрич тут: ворота мало помогут.

— Я туда всё равно поеду один, так