Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

с приветом от защитников Приморска. Я отправил дрон зависнуть и осмотреться на месте стоянки багги, и мы с Фёдором поспешили к нему. Сели в машину и приготовили оружие: о конном разъезде мы теперь знаем, поэтому я послал дрон вдоль дороги. Обследовав пять километров, подвесил дрон, и мы выдвинулись к нему, проламывая кусты.

Отправив дрон на разведку во второй раз, я засек тот самый (или сменившийся) конный разъезд. Показал на него на экране:

— Постреляем?

— Они от нас или к нам? — прищурившись на экран, спросил Фёдор.

— От нас.

— Давай. Догоним же?

— Мпффф. Обижаете, господин сержант.

Догнать идущих шагом лошадей труда не составило вообще: через пять минут неспешной езды по траве рядом с дорогой, чтобы не сильно пылить, мы их увидели. И я, слегка ускорившись, разорвал дистанцию до четырёхсот метров. Откинув крышу, я приткнул СКС на дугу лобового стекла, оперевшись пятой точкой об подголовник. Фёдор пока тоже изготовился, но стрелять не спешил. А я начал.

Поймал в прицел спину одного из двух всадников, идущих замыкающими, и нажал спусковой крючок. Да… СКС послабее моей местной винтовки. Всадника из седла не выкинуло, он просто завалился на шею коня, а я уже целился во второго, который начал оборачиваться. Выстрел. Выстрел. Готов и этот, я попал вторым патроном. Всадники закрутились, разворачивая коней. Выстрел. Минус ещё один. Выстрел, выстрел — упал четвёртый. Двое оставшихся рванули не на нас и не от нас, а к лесу! Пришлось спешно стрелять по лошадям, как более крупным целям. Хватило трёх выстрелов, и кони упали вместе с всадниками. Я принялся перезаряжаться.

— Один поднялся. Дальний. — предупредил меня Фёдор, смотрящий за всем этим боем (или, скорее, расстрелом) в бинокль.

Я снова облокотился на дугу и выцелил противника, ковыляющего к лесу. Даже не знаю, стал бы я стрелять, но когда он стал поднимать свою винтовку, сомнения пропали. Выстрел — и он упал. Никаких целей больше не было заметно над травой.

— Сходим проверим? — предложил Фёдор.

— Зачем, так посмотрим.

Я опустился на сиденье и взялся за пульт. Четверо, которых я застрелил первыми, лежали на дороге и признаков жизни не подавали. Их кони стояли чуть в стороне и, похоже, так и собирались тут оставаться. Жаль с собой мы их забрать не сможем. Пятый противник лежал, придавленный конём, и, кажется, шевелился. Плохо. Шестой, отбежавший от нас дальше всех, лежал без движения в очень неудобной позе, так что, скорее всего, наповал я его подстрелил.

— Пятый живой, кажется, — показал я в сторону того, что лежал под конём.

— Это ненадолго, Вадим, — пообещал мне Фёдор. — Давай винтовки и патроны соберём. И с коней бы седла снять.

Времени было жалко, но я согласился: урон врагу важен в любое время.

Снимать с трупов кавалеристов винтовки, патронные сумки и сабли было ещё тем испытанием для меня. Хорошо, что промежуточный патрон СКС не вырывал из противников куски, как восьмимиллиметровая винтовка. Тем не менее противно было очень, но пришлось держать лицо перед Фёдором, который приманивал коней и снимал с них сбрую с седельными сумками, перекидывая это всё на заднее сиденье.

Когда мы подъехали к застрявшему под конём, тот показал нам руки и закричал на английском языке:

— Don’t shoot! I’m wounded. My leg is broken.

— Чего он лопочет?

— Просит не стрелять. Ногу, говорит, сломал, — перевёл я.

— Я ему сейчас башку сломаю, гниде такой.

— Погоди, Фёдор. Просто снимаем с него всё. У него вон и правда ноге крантец, — я показал на ногу, вывернутую в колене чуть ли не в обратную сторону.

— Ну вот и прибью, чтобы не мучился, гадёныш.

— Да погоди ты. Пусть как раз и мучается. И хорошо бы продержался до подхода своих. Раненый он нам больше пользы принесёт: его же лечить надо, а боец из него уже никакой. Так что ну его, пусть тут валяется.

— Голова, Митрич! — Фёдор хлопнул меня по плечу и принялся срывать с вытащенного из-под коня англичанина трофеи.

Я снял седельную сумку и срезал седло с мёртвого коня.

— Присмотри за этим, я того проведаю, — бросил мне Фёдор, оставив раненого стонать дальше.

— Вы ведь не убьёте меня? — спросил бывший кавалерист.

— Нет. Лошадей вы привезли с собой? Сколько?

— Да, сэр. Для полуэскадрона и офицеров, сэр.

— Ты из королевских войск?

Пленный потупился. Пришлось подойти и показать пальцем на ногу:

— Пнуть? Мы уже расспросили ваш пленный десант на маяке, они рассказали. Пнуть?

— Не надо, сэр. Я понял. Да, мы из регулярной армии. Но мы все были уволены и лишь потом наняты торговой компанией, сэр.

— Суки, — сказал я по-русски.

— Что? Я не понял, сэр.

— Заткнись и лежи смирно.

— Да, сэр.

Подошёл Фёдор, обвешанный оружием, снятым с этого и дальнего англичанина.

— Чего он тут?

— Да тоже регулярные это. Кони их, привезли с собой, на полуэскадрон примерно.

— Ясно. Так что, оставим его? — с сомнением спросил Фёдор, и англичанин аж весь дёрнулся.

— Пусть мучается, скотина. Поехали. Там Юлия уже извелась вся: она же знает, что эта машина быстро ездить умеет.

— И когда вы уже успели с ней прокатиться, что никто вас не видел? Ох и хитрая птица ты, Вадим Митрич. Ну что, по коням?

— Жалко лошадок.

— Так-то да. Но куда их тут тебе грузить-то, — хохотнул Фёдор, сгружая на заднее сиденье оружие, — зато во сколько винтовок новых ты себе настрелял.

— Да на кой они мне. Надо будет раздать ополчению вашему, а то там люди некоторые с двустволками ходят.

Мне эти винтовки действительно сейчас вообще не нужны были, тем более обычные «болтовки», да ещё и калибр не ходовой в Империи.

— Погоди раздавать. Не, так-то дело правое. Молодец. Но только я себе сперва отберу: моя-то уже старенькая, а эти прям почти свежие. Да ещё и армейские, а в армии за оружием следят, даже у этих поганцев.

Сев на водительское место и дождавшись, когда усядется Фёдор, я сказал:

— Себе саблю одну возьму, в кабинет повешу. Свою винтовку ты Алексею подари, а себе возьми из этих. Алексей будет рад. Винтовка от самого Фёдора Решетова. А?

- Да ну тя, Митрич. То когда было. Ты вон