Читать книгу - "Сообщница Злодея - Ханна Николь Мерер"

– Значит, ты понятия не имеешь, кто писал тебе те письма, пока тебя держали взаперти? Тебя никто не навещал? – спросил Гидеон, пытаясь осмыслить её историю до того, как они доберутся до гивра.

Кили покачала головой, смахивая свободной рукой паутину с пути.

– Нет. Там были только я и моя, э-э, «мать». От него у меня только письма.

– Не стану её хвалить, но ты получилась неплохой, несмотря ни на что.

– Это был комплимент? – сощурилась Кили.

– Боюсь, что да.

– Смотри, чтобы этого не повторилось. – Слова прозвучали ехидно, но в голосе явно слышался смех.

Гидеон слегка пробежался, чтобы снова поравняться с ней.

– Значит, это действительно просто совпадение, что автор писем к тебе подписывался королём? Никакой связи с нашим предателем?

Кили ответила твёрдо и искренне:

– Нет. Кем бы ни был предатель, он не имеет ко мне никакого отношения. Хотя…

– Хотя? – подсказал Гидеон.

– Хотя полагаю, что тот, кто помогал матери водить меня за нос, мог искать мести за потерянную должность. Когда я сбежала в Маньяк-мэнор, ещё девочкой, Злодей сжалился надо мной и дал работу. Письма стали не нужны. С матерью я с тех пор не общалась.

– Он нанял двенадцатилетнюю в Бесславную Гвардию? – возмутился Гидеон.

Кили рассмеялась, и это был радостный, хрипловатый звук.

– Нет, конечно нет. Я сортировала документы, пока мне не исполнилось семнадцать. Вскоре после этого я вступила в ряды гвардии.

Кили впечатляла, и это была огромная проблема.

– Ладно, что ж. Это хоть какая-то зацепка. Закончим здесь, потом расскажем Злодею и попробуем отследить письма.

У Кили напряглись плечи, но, прежде чем Гидеон успел спросить, в чём дело, громкий визг прокатился эхом по самому длинному коридору слева. Визг страдания. Визг агонии.

– Гивр, – проговорила Кили, приподняв забрало шлема, она кривила лицо.

– Бежим! – крикнул Гидеон, бросаясь по коридору.

– Ей больно, – сказала Кили, бегущая рядом с ним. Он заметил, что она прижала руку к груди, словно существовала невидимая нить, тянущая их всех из всех женщин, когда одной из них больно.

Гидеон заставил ноги двигаться быстрее и скривился.

– Будем молить богов, чтобы это были не родовые схватки, иначе наша спасательная миссия только что стала гораздо опаснее.

Глава 55. Бекки

Тем временем в замке…

Бекки сердито рассматривала цветок памяти, растирала пышные лепестки между пальцами, и её так и подмывало рвать их один за другим, пока ничего не останется. Пусть растение умрёт и уйдёт обратно в землю. Она уже почти решилась, уже почти – но тут за спиной появилась Нура Сэйдж и протянула к растению руку.

– Сидишь тут одна со зловещим видом, – сказала Нура, сочувственно улыбаясь, и опустилась на пол рядом с Бекки, напротив дверей в подземелье. – Я слышала, малыш Роланд приехал.

– Он уже не малыш.

Получилось более язвительно, чем хотела, но Нура не обиделась. Она просто хмыкнула и сложила руки на коленях.

– Да, он, видимо, уже достаточно взрослый, чтобы делать ошибки, верно?

Бекки провела большую часть юности, пытаясь поместиться в коробки, которые были слишком тесны для неё, а потом обнаружила, что без рамок чувствует себя свободной и довольной тем, какая она на самом деле. Предательство матери попыталось вновь запереть её в коробку, и Бекки несколько недель активно боролась с этим. Она никогда не вернётся к той версии себя, которую лепили мнения окружающих.

Так что она принуждала себя к вещам, которые ни за что бы не сделала прежняя Бекки. Например, спросить совета у двух женщин, которые считались её подругами, или флиртовать с мужчиной, в которого, она почти не сомневалась, она влюбилась, или посметь отвернуться от семьи, чтобы уберечь себя.

Прежняя Бекки ни за что не доверилась бы Нуре Сэйдж.

Но она больше не была прежней Бекки, да и новой не была. Она была собой – смелой, ничего не стыдящейся, – но ещё она пыталась научиться жить жизнь, а не прятаться от прошлого.

– Наверное, Роланд пошёл на это, потому что любит маму и хочет быть хорошим сыном. Наверное, на самом деле это меня не касается, он даже вряд ли хоть раз задумался, какие намерения у матери, прежде чем пошёл выполнять её приказ.

Нура свела тёмные брови.

– Ты понимаешь всё это, но всё равно… – осторожно начала она.

Бекки судорожно вздохнула, и цветок памяти откликнулся на её прикосновение, проснулся и обнял её за палец лепестком.

– Я понимаю всё это, но мне обидно, что мой брат выбрал счастливо жить ту жизнь, которая причинила мне столько боли.

Она поставила горшок с цветком на пол, и тот грустно обвис, оставшись без неё.

Бекки бросила на него недовольный взгляд.

– И меня бесит, что я не могу вырвать это тупое растение, потому что биологически призвана заботиться обо всём, что живёт и растёт, не могу вырвать его, потому что мне будет больно самой, а я устала причинять себе боль!

Цветок потянулся к ней и снова обнял лепестком за палец, а другим погладил, утешая.

«Цветок меня утешает».

– Видите? – взвизгнула Бекки. – Вот как мне вырвать цветок, который так держится за мой палец?

Она досадливо вздохнула, и Нура рассмеялась, слегка светясь.

– Дорогая моя… – Она тепло усмехнулась, и этот звук напомнил Бекки, как она пекла печенье с бабушкой. – Ты не можешь, потому что любишь, а в этом нет ничего дурного.

Бекки подёргала за листья, пытаясь освободиться.

– Может, и так, но всё равно больно.

Цветок потянул её за палец к себе.

– Ай! Вот ты как, да? Гадёныш!

Она снова предприняла попытку высвободиться, и Блэйд именно в этот момент решил появиться из-за угла и увидел, как она борется на четвереньках с цветочком в той же манере, в какой он боролся со зверьём.

– Милая Ребекка, мне кажется, Роланд не… – Он осёкся и уставился на неё. – Что ты делаешь?

Он был бледнее обычного, а под глазами залегли нехарактерные тени. Бекки знала, что он не спал всю ночь из-за гивра, здоровье которого ухудшалось после разлуки с супругой.

– Давай помогу. – Блэйд подобрал горшок и слегка потянул, но лепестки не отпустили Ребекку, и один из них, начисто оторвавшись, спланировал на пол.

Земля затряслась.

Блэйд выронил горшок, который запрыгал на полу, и попятился. К Ребекке подскочила Нура.

– Что происходит?

– Блэйден, что ты наделал? – накинулась на него Бекки.

Блэйд приостановил панику, чтобы ухмыльнуться.

– Ты что, назвала меня Блэйденом?

– Мистер Гушикен! – Ребекка шлёпнула его по руке, и Блэйд снова ожил.

– Госпожа Сэйдж, вам лучше уйти, – спокойно сказал Блэйд, так что