Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

Остальные пластуны с ним согласны, тоже не верят, ухмыляются, покуривают. Уж чего-чего, а патронов и снарядов у китайцев море.

— Сюда вал идёт, — сурово говорит есаул, — понимаете? Живой вал! От Енисея и на двести километров на запад сплошная стена саранчи. А что за ней не понятно. Возможно, и не врут китайцы, может и вправду вся живность из степи к нам прёт.

— Что ж у вас коптеров нет? Запустили бы дальнего разведчика, поглядели бы, — советует прапорщик.

— Облачность низкая, — поясняет есаул, — а чуть ниже облака опускаешься — так сплошная стена из саранчи. Винты её сразу в «паштет» нарезают, камеры соком заливает, «паштет» все полости забивает, коптер падает. Двенадцать коптеров было, все угробили. Только ниже облака залетаем — всё, коптер падает. Пытались быстро вниз нырнуть, чтобы посмотреть, что там внизу, но не успевали. Грязи много, дождь, саранча. Ничего не разглядеть.

— А разведка, неужто, у вас, у степняков, разведки нету? — спросил Каштенков.

— Две группы пропали, всё, что передать успели, это про сколопендр, говорят, их там тысячи. Тысячи.

— Две разведгруппы пропали? — переспросил старый казак. — На квадрациклах от червяков уехать не смогли? Как такое быть может?

— Не смогли, значит, — отвечает есаул мрачно.

— Ну, может быть, может и не смогли, — говорит прапорщик Мурашко, — сколопендры, саранча, бабы китайские, это всё понятно, ну а нам-то что делать? Чем мы помочь можем?

— Часть наших пойдёт на юго-восток, на Нагаево, уже собираются, нужно нагаевским помочь детей и баб вывезти, — объясняет Баранов, — а часть встанет в степи. Если вал из саранчи до нас докатится, то придётся сколопендр пострелять немного. Хотим фронтом станицу с юга прикрыть, сами в степи станем, а вам дадим самое хорошее место на камнях. Надо дождаться колонны из Нагаево, как дождёмся, так сразу снимемся. И побежим на север. Может, и стрелять не придётся.

— Ну что, казаки, — говорит прапорщик, вставая, — поможем степнякам? Какая-никакая, а всё-таки родня.

— Спесивая, больно, родня-то, — говорит Сашка Каштенков.

— Вечно мы их выручаем, — добавляет старый казак.

— Если поможем, может и спеси поубавится, — предполагает прапорщик.

— Когда это у степняков спесь убавлялась! — не верит Каштенков. — Отродясь такого не было.

Саблин молчит, даже особо не слушает, он знает, что всё это трёп. Обычная полушутливая распря между болотными казаками и степными. Всё уже решено, пластуны станут туда куда нужно, и будут стоять столько, сколько потребуется. А это всё — все эти разговоры, это только шутливая форма претензии, вечной претензии болотного люда к слегка высокомерному и насмешливому своему собрату. Не более того. Пластуны ещё немного потешатся и спросят: «Ну говорите, где нам окапываться?»

Все вроде смеются, все кроме есаула, тот мрачен, забыли пластуны, что степняки две группы разведки потеряли, не до смеха им. Сколько в группах было однополчан. Восемь, не меньше.

Какие уж тут шутки. А ещё станицы надо бросать, детей вывозить, имущество. Не смешно было есаулу. И он сказал:

— А ещё я хочу просить у вас ваш грузовик. Нужен он нам.

— Грузовик? — переспросил прапорщик. — А когда уходить будем, на чём же мы поедем.

— С нами, — говорит Баранов, — как обычно. На броне.

Прапорщик оглядел пластунов, думал, может кто возразит. Нет, курят казаки, никто, ничего против не сказал. Нужен грузовик детей вывозить, так дело святое, берите.

— Ну, тогда будем считать, что договорились, — есаул Баранов встаёт. — До саранчи сорок километров, ночью она, вроде, не движется, так что до утра времени навалом, отдыхайте казаки, на заре выдвигаемся.

Прямо там, в зале для совещаний, пластуны стали устраиваться. Снимали броню, шли мыться. Вот тут, конечно, лавки были бы лучше стульев. Ну да ничего, и на полу можно поспать, слава Богу не жарко. Пришли местные казачки, принесли тазы. А в тазах такая еда, что болотному люду только по праздникам доставалась.

Дрофы печёные — ноги длинные, мясистые, куски огромные, навалом лежат. Ешь — не хочу. По тарелкам горох раскладывали, и «паштет» из саранчи жареной с луком. Саблину очень понравился.

С луком же. И лука казачки не жалели. А он не дёшев. Дома такого Аким не ел. Так что сало, что жена дала в дорогу, удалось сэкономить. Ещё принесли хорошую кукурузную водку и чай, и ещё кисло-сладкий напиток ледяной. Вареный из какого-то кислого степного корня. Всё было очень вкусным, ну кроме хлеба, хлеб на болотах пекли лучше. И тут все пластуны были солидарны:

— Не умеют степные бабы печь хлеб правильно. Не таков он должен быть. Да и откуда степным казачкам уметь печь хлеб из кукурузы, если кукуруза у них тут не растёт. Да и вообще, у них тут ничего не растёт.

С этим опять все пластуны соглашались. Не умеют степняки растить что-либо. Да и вообще, лентяи они и бахвалы.

⠀⠀

━━━━━━━━ ✯

От оврага в три, а где и в четыре метра глубиной осталась перепаханная снарядами ложбина глубиною в два метра. Зато мин в нём точно нет. Но идти теперь тяжко. Казаки загружены под завязку, ранцы битком: мины, гранаты для гранатамёта, патроны, вода, хладоген. Чуть ли не по колено противоминный ботинок уходит в лёгкий грунт. Взвод снова идёт на исходные, поближе к противнику. И снова у Саблина барахлит левое «колено», он заметно припадает на него, это от перегруза. У него в рюкзаке, помимо своего груза, ещё одна граната для гранатомёта.

Взвод торопится. Там, на западе, в полутора тысячах метров от оврага, снова на исходные выходят части армейцев и казаков. Готовятся к броску вверх по склону.

Противник сорвал атаку, отогнал части с исходных, но при этом «засветил» оборону: дислокацию своих батарей, показал первый ряд траншей, прошёлся снарядами и минами по своим же минным полям. А ещё Аким видел, когда забирал тяжёлые и длинные гранаты с грузовика, как на уже подготовленные площадки заезжали самоходки «гиацинты», снайперски точные ста пятидесяти двух миллиметровые орудия с дорогими корректируемыми снарядами. Это для артиллерии противника. И батарею тяжёлых миномётов тоже. Видел, как обслуга суетится вокруг них, быстро окапывается, ставит радары контр стрельбы, и разгружает тяжёлые ящики с минами.

Сомнений быть не могло: атака на высоту, на каменный гребень, будет обязательно. И четвёртому взводу второй сотни Второго Пластунского Казачьего полка в этой атаке отводится важная роль. Казаки понимали это, и спешили, за промедление по шапке получить недолго.

А у Саблина левое «колено» не докручивает. Не разгибается до конца. Хорошо, что он последний идёт. Не мешает другим. Но и последний отставать не должен… Противоминная дистанция —