Читать книгу - "Вастум - Анна Сергеевна Мезенцева"

class="p1">– Всего доброго, Оталан Мансурович. Я поставлю метку, чтобы вас не останавливали. Впереди несколько блокпостов.

– Весьма признателен. – Оталан вежливо улыбнулся.

На лобовом стекле появился криво наклеенный квадратный маячок, и улыбка статс-секретаря погасла. Он судорожно дёрнул подбородком, но тронулся с места, не желая создавать затор. Проехав чуть дальше, остановился, вышел из машины и переклеил метку, тщательно выровняв края относительно окна.

– Не поднимайтесь, пока не выйдем из окружения.

Глеб и не собирался. Он продолжал размышлять о том, кто вывел полицию на его след. Следующим по списку значился Эдик. Строптивый разносчик пиццы был подозрителен. С тех пор, как у Пёстельбергера всё пошло наперекосяк, парнишка с завидной регулярностью возникал из ниоткуда и точно так же в никуда пропадал. Однако против заманчивой версии имелось два аргумента. Первый существенный: именно концерт на крыльце спутал планы ДРБ и выдал засаду. Второй послабее, из области житейской психологии. У Глеба не получалось придумать ни одной убедительной причины, по которой мальчишка из неблагополучной семьи мог оказаться втянутым в эту историю. Что, у «Роботеха» так плохо с финансами, что денег хватило только на пацана-курьера? Нам «Карбонару», «Маргариту» и проследите за детективом Пёстельбергером? Да и в те три раза, когда их пути пересеклись, Эдик помогал, а не наоборот… Непонятно.

Автомобиль статс-секретаря миновал второй круг оцепления. Вдали показались сияющие звёзды «Купеческой» и голографическая балерина, продолжавшая танцевать у небоскрёба, едва не ставшего западнёй. Выстрелы повредили часть проекторов: движения балерины сделались прерывистыми, а полупрозрачные руки и увенчанная короной голова то и дело пропадали, не успевая подгружаться.

Ему не хотелось об этом думать, но мысли снова и снова возвращались к Борису. Приятель легко мог его опознать, но не подать виду. К тому же Борис успел покинуть здание до начала операции, вопреки уговорам мастера. Кто имел постоянный доступ к офису и рабочему компьютеру? Борис. Кто знал Глеба как облупленного, все слабости, привычки и мелкие грешки? Кто каждый раз был в курсе всех его перемещений? Эх, Боря-Боря… Будем с тобой как братья, ты и я, против этого поганого мира…

Оставался последний вариант, самый простой. И, как бы ни убеждал себя в обратном, именно его Глеб жаждал увидеть в качестве разгадки. Маршрут от «Панчера» до «Алхимии» был длинным, большую часть пути детектив преодолел пешком. Где-то засветился. Да, он не снимал капюшона, выбирал улицы потише и прятал лицо, когда мимо пролетал дрон. Но с камерами Дамира фокус не прокатил, а кто сказал, что по дороге ему не могли попасться камеры аналогичного класса, только подключённые к общегородской сети? Засветился на одной – и остальные тебя не упустят, хоть в тулуп с головой завернись.

Последнее кольцо оцепления оказалось совсем хлипким: три машины да человек десять уставших, замёрзших постовых в светоотражающих накидках. Облава осталась позади. Полиция будет до утра обыскивать закоулки, трясти прохожих и тормозить транспорт, пока кто-нибудь не возьмёт на себя смелость признать, что птичка выпорхнула из клетки.

– Можете встать, Глеб Александрович.

Детектив с кряхтеньем выбрался из-под сиденья и уселся по-человечески, приходя в себя. В последние дни отчаяние и облегчение сменялись в его душе с регулярностью светофора. И каждый раз, выбравшись из ловушки, он чувствовал себя даже не уставшим, нет… Выпотрошенным и вывернутым наизнанку, как куриная тушка, из которой собрались готовить цыплёнка табака.

К спасителю накопилось множество вопросов. Но, встретившись с заинтересованным взглядом Оталана, он почему-то задал самый незначительный:

– Не любите автопилот?

Статс-секретаря вопрос не удивил.

– Предпочитаю со всем справляться сам. Моё будущее должно зависеть только от одного человека. – Он улыбнулся. В зеркале заднего вида было заметно, как приподнялись вытянутые уголки миндалевидных глаз.

– Как вы меня нашли?

– Очень просто, Глеб Александрович. – Оталан поправил запонку на рукаве, снова раздвинув губы в слабой улыбке. – Я, скажем так, взял вашу ситуацию на особый контроль. У меня множество знакомых в разных сферах. Один из них дал знать, что ДРБ готовит операцию, и помог отследить ваши перемещения. Те два бойца, которых вы совершенно незаслуженно избили на лестнице, успели передать координаты. Кстати, не знаете, что случилось с их коллегами, оставшимися снаружи?

Глеб покосился на дверные замки – не заблокированы. В крайнем случае можно выпрыгнуть на ходу: машина двигалась по-прежнему медленно, опровергая недавнее утверждение статс-секретаря о спешке и делах. Рассыпаться в благодарностях пока не хотелось.

– Не знаю, но я видел кровь на асфальте. Почему вы не дали полиции меня забрать? – В зеркале показалось настороженное лицо детектива с заострившимися складками возле рта и диковатым взглядом. Старые синяки и ссадины успели уменьшиться и побледнеть. Зато поверх добавились новые, свежие и кровоточащие.

– Позвольте вам объяснить, Глеб Александрович. Круг близких мне людей очень узок, и попасть в него сложно. Но для тех, кто там оказался, я сделаю всё.

Слова прозвучали веско. Глеб ни на секунду не усомнился, что это «всё» включало в себя действительно «всё», в том числе и то, что не полагалось законопослушному чиновнику.

– Айчилан так радовалась этой работе и столько о вас рассказывала! Я даже начал чувствовать себя обделённым её вниманием. Но я не могу допустить, чтобы моя сестра огорчалась. Она верит вам. А я верю ей.

Глеб промолчал. У него самого не имелось подобного круга, чтобы судить об основательности аргумента. Иногда ему было плевать даже на самого себя, чего уж говорить про других.

– Что вы собираетесь делать дальше? – поинтересовался Оталан.

Пёстельбергер поморщился, откинулся на упругую кожаную спинку и процедил воздух сквозь сомкнутые губы. Всех вокруг так интересовало, что он собирается делать дальше. Что же будет в следующей серии ситкома, в который превратилась его жизнь? А он понятия не имел, что теперь делать.

Хватит себя жалеть, что за грёбаная меланхолия? Можно, конечно, вернуться на квартиру Эдика, надраться с его мамкой в сопли и затянуть на два голоса «Не для меня придёт весна, не для меня Дон разольётся», но кому от этого полегчает?

– Мне надо поговорить с Олегом Фархатовым. Вы в курсе, где он скрывается?

– Не имею представления. А что вы хотите у него узнать?

Пожав плечами, Глеб дал понять, что не собирается отвечать на вопрос.

– Я же не просто так любопытствую. И я вам не враг, Глеб Александрович. Моё ведомство довольно тесно сотрудничает с компанией господина Фархатова. Может, я сумею вам помочь?

Глеб чуть не застонал, ругая себя за недогадливость. Ну конечно, последний проект «Роботеха» – роботы-строители для Марса. А Оталан возглавлял проект по колонизации Марса, ему ведь рассказал об этом Борис! И на плакате,