Читать книгу - "Падение - Марк Дж. Грегсон"

условиях. Вот почему Анх со мной. Вот почему я здесь. Он хотел, чтобы вы проголосовали за сдачу и положили конец войне с Верхним миром».

Теперь воцаряется абсолютная тишина. Армин моргает, и я вижу вспыхнувшую любовь к погибшему сыну.

«Энзи…» — бормочет Армин, затем выпрямляется и выдыхает. «Мой сын не до конца понимал ситуацию. Его не было здесь больше двадцати лет».

«Покончите с этим».

Гигантская змея Армина пробует воздух языком. Анх остается плотно свернутым на моем левом предплечье, его тело напряжено и насторожено.

Наконец советник отступает и опускается на корточки. Он опускает левую руку, и его змея соскальзывает на землю.

«Решение примут коброны».

Толпа одобрительно гудит. Закрываю глаза.

Когда чудовищный змей Армина выпрямляется, раздув капюшон, я снова осознаю, насколько нелепым был план Коул. И теперь точно понимаю, почему Гернер оставил Анха мне.

Для лантийцев это самый близкий аналог дуэли.

Анх вдвое меньше этой твари.

Бросаю взгляд на своего коброна, кожа покрывается мурашками. Но даже когда все шансы против меня, бывали и переделки похуже.

И со змеями покрупнее приходилось сталкиваться.

Опускаюсь на колени и смотрю на Анха. «Все зависит от тебя, друг».

Коброн поднимает на меня глаза, пробуя воздух языком. Затем, с шипением, срывается с моей руки и стрелой бросается на огромного змея.

ГЛАВА 24

Более года назад Маделин де Бомон объясняла нам, почему животные сражаются. Мы наблюдали в мощные подзорные трубы на Венаторе, а она комментировала схватку двух самцов горгантауна из-за самки. Гигантские небесные змеи боролись в воздухе, превратившись в клубок из спиралей и острых зубов.

Я вспоминаю тот момент, когда Анх и Випера яростно кусают друг друга, сдирая чешую. Они шипят и обвиваются друг вокруг друга на покрытой мхом земле. Но Анх настолько меньше, что похож на сорняк, вьющийся по дереву.

Маделин объясняла нам, что даже самые безжалостные животные обычно не убивают из-за пары. Битва идет за доминирование. Два самца горгантауна, которых Маделин нам показывала, не сражались до смерти. Они сражались, пока один из них не улетел.

Если бы это был бой на уничтожение, коброны уже впрыснули бы друг другу свой кислотный яд, и оба были бы мертвы.

В желудке все переворачивается от нервного напряжения: Анх уступает, потеряв ряд чешуек, и теперь оказывается зажат мощным телом крупной змеи.

Кровь Анха капает на камни.

Толпа в масках сужает кольцо, молча окружая нас. Кусаю губы. Никогда бы не думал, что Нижние, известные тем, что порождают змеев длиной в милю, позволяют двум маленьким существам решать их судьбу.

Армин в нескольких шагах от меня напряженно следит за битвой. Взгляд сосредоточен, но уверен — он предвкушает победу.

Окровавленный Анх вырывается и снова встает против соперника. Они вздымаются, шипя друг на друга, пока Випера не прижимает голову Анха к земле верхней частью своего тела.

Для победы коброну нужно лишь заставить другого подчиниться. Либо силой удушающих колец, либо прижав голову к земле.

И тогда умрет либо Армин, либо я.

Анх вырывается, но Випера снова врезается в него и прижимает голову ко мху. Анх извивается, оказавшись в ловушке. Проходят секунды, и в глазах Армина отражается триумф. Но Анх выскальзывает и в ярости врезается телом в более крупную змею.

Только вот его атака отскакивает.

Мои пальцы подергиваются. Но все, что могу — просто смотреть. Ненавижу это. Быть полностью зависимым от кого-то другого. Это идет вразрез со всем, чему учил отец.

Випера удерживает Анха так долго, что я в страхе сжимаю цепи. Армин подается вперед с улыбкой, пока Анх каким-то чудом снова не вырывается с шипением.

Советник рычит: «Добей его, Випера!»

Схватка продолжается еще пять минут. Нет, десять. Несколько раз за время этой кровавой битвы Випера использует превосходство в массе, чтобы размазать Анха по камню или мху. И каждый раз Анх выскальзывает и бьет в ответ.

Випера бросается на Анха, промахивается и с силой ударяется о землю. Это создает лазейку для моего змея. Он впивается зубами в затылок Виперы и отрывает ряд чешуек.

В толпе удивленно шепчутся.

«Давай, Анх!» — подбадриваю я.

Проходит еще три минуты. Змеи разошлись, головы подняты, капюшоны раздуты, они совершают выпады. Но в битве наметился едва заметный сдвиг. У Виперы кровоточит шея, и она начинает сбавлять темп. Она вдвое больше соперника, но, возможно, ее изнуряет собственный вес.

Випера бросается на Анха, промахивается и снова падает на землю. Не успевает она подняться, как Анх свирепо кусает соперника прямо в голову. Сдирает еще больше чешуи. Обнажает нежную плоть, в которую вонзает острые клыки.

Кровь Виперы брызжет на мои ботинки.

Затем Анх, стремительный как черт, обвивает Виперу. Стягивает кольца, прижимая крупного змея к земле.

Какая-то женщина отчетливо ахает.

«Випера», — командует Армин. «Покончи с ним!»

Випера выскальзывает, но Анх снова наседает, нанося удар за ударом, пока та не падает на мох. Анх вонзает клык прямо в глаз более крупной змее. Випера извивается, но она застряла под Анхом. Не может освободиться из мертвого захвата.

Армин моргает и отступает.

Проклятье, невероятно.

Випера продолжает отчаянно извиваться. Пытается вырваться из захвата Анха. Но тот удерживает ее на земле пять секунд. Нет, десять. Армин оглядывается по сторонам, на толпу. Но они окружили нас.

Ему некуда деваться.

Випера вырывается, из пустой глазницы хлещет кровь. В отчаянной попытке она бросается на Анха и впечатывает его в скалу. Удерживает пару секунд, пока Анх снова не освобождается.

Теперь Випера настолько измотана, настолько окровавлена, что едва успевает подняться с камня, как Анх снова набрасывается на нее. Их тела переплетаются. Анх плотно обвивается вокруг Виперы чуть выше — прямо у капюшона и глаз.

Випера извивается раз, два. Затем останавливается и замирает, прижатая к земле. И тогда, медленно, более крупный коброн ведет языком.

Сдается.

Армин пятится в толпу, но его не пропускают. Он поворачивается ко мне — во взгляде почти мольба. Даже если бы и хотел проявить милосердие к этому человеку, я ничего не могу сделать.

Анх никогда меня не слушает.

Внезапно мой коброн соскальзывает с Виперы и поворачивается к Армину.

Член Совета поднимает руки. «Подожди!»

Анх плюет. Жидкость брызжет на руки и лицо Армина, и мужчина кричит. Его голос пронзителен и ужасен. Я отворачиваюсь, пока охваченный паникой, плавящимися руками в агонии он сдирает горящую плоть с лица.

Толпа безмолвствует, когда он валится на землю. Ноги бьются в судорогах, пока крики не стихают в мертвой тишине.