Читать книгу - "Слухач - Сергей Михайлович Кулагин"

разорвав металлические прутья, как паутину. Существо преодолело десяток метров за пару секунд и замерло.

Появился запах серы.

Потом еле слышный шорох слева.

За ним рычание справа.

Челюсти клацнули над головой.

Слева.

Справа.

Я боялся дышать. Тварь замерла. Принюхивалась и фырчала.

Нас снова спасли летучие мыши…

* * *

Не дойдя до шахты, мы присели передохнуть у одного из ящиков.

– Да расслабься ты! – хмыкнул я, заметив, что Светляк напряжен. – Змей Горыныч уполз, а мыши улетели.

– Куда? – скептически поинтересовался он.

– В пещеры, – ответил я.

– Объясни точнее, я ни черта не понимаю.

– В подземном городе пять уровней, мы сейчас на третьем. Два нижних частично затоплены, как и пещеры под ними.

– Ты видел змея? – спросил Светляк.

Мне не нужно видеть, достаточно слышать – и картинка сложится сама собой. В этот раз она оказалась сказочной: рукокрылые атаковали трехголовое драконоподобное существо. Они не могли ему навредить – кожа слишком толстая, но внутри громадного тела начал разгораться огонь. Нам повезло, что змей его не изверг. Он просто постарался скрыться от назойливых летучих мышей.

– Ты все это видел?

– Нет.

– Тогда откуда ты узнал, что это был именно Змей Горыныч?

– У него три головы.

– Ты же говорил, что не видел его.

– По звуку определил. Точнее, по отражению звуковых волн от предметов.

– Это как?

– Я по тональности, громкости и тембру звука понимаю, где кто находится и как выглядит.

– А если кто-то движется со скоростью поезда?

– Сложнее, но тоже возможно.

– Ты не человек, а какой-то феномен. Хотя благодаря тебе мы еще живы. Понял, да?

Игорь прав. Обычному человеку не услышать то, что слышу я. Мне казалось, что этот дар или, если угодно, проклятие, потерян. Но, похоже, Док каким-то невероятным образом помог вернуть его. А может, я ничего и не терял – просто страх заблокировал способности.

Сейчас я снова слышал звуки. Их было много: десятки, сотни, а может, и тысячи. Шум собственной крови, прокачиваемой сердцем по венам, и его глухие удары. Шаркающие шаги мертвяков, плеск воды, писк летучих мышей, гул ветра…

Я закрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Погрузился в грохот какофонии, которая разрывала голову. Попытался отделить одни звуки от других – некоторые мысленно заглушал, остальные сортировал по тональности, тембру и громкости. С первого раза ничего не выходило, слишком много шумов неизвестного происхождения.

Отбрасывал хлопки, стуки, шуршание и самый «говорящий» звук – шаги. Остался шепот ветров, гуляющих по туннелям. Каждый из них уникален по силе и нраву. Они возникали из-за разницы давления и температуры снаружи и внутри помещений. Теплый воздух выходил через вентиляцию, а холодный поднимался с нижних уровней. Я следил за каждым звуком и натыкался на новые: взрывы гранат, короткие автоматные очереди, крики…

– Нашел, – наконец оповестил я.

– Зме́я? – вздрогнул Светляк.

– Выход, – выдохнул я. – Я нашел выход.

Светляк вскочил, и тут раздались выстрелы – один, второй, третий…

Да, я был поглощен поиском выхода, потерял ощущение реальности, и потому не заметил, как военные приблизились.

Звуки разом исчезли. Подскочив, я одной рукой подхватил падающего Игоря, второй вскинул автомат и с криком «Сволочи!» нажал на спусковой крючок. «Калаш» выплюнул длинную очередь. Пули шлепали по воде и цокали по стенам. Надеюсь, что хоть в кого-то попал.

– Прости, – произнес я, аккуратно усаживая напарника на ящик. – Давай осмотрю раны.

В Игоря попали трижды. Одна пуля содрала кожу на плече, вторая застряла в бедре, третья вошла в живот.

Бинтов у меня не было. Я рвал свою майку на полосы, вояки притаились, выжидали, Игорь стонал и сгибался пополам от боли. Затем выпрямился и, сплюнув кровь, захрипел:

– Выход – он где?

– Почти сразу за решеткой, представляешь, мы не туда шли.

– Уходи. Понял, да? – выдохнул Светляк.

– Я тебя не брошу.

Светлов сорвал с пальца серебряный перстень с китайским иероглифом, означающим богатство, и протянул мне:

– Вот, возьми.

– Зачем?

– Я подонок, кидала, вор, но не трус. Понял, да?

– Так я и не говорил, что ты…

– Сколько их? – перебил Светляк.

– Я слышал дыхание троих.

– Я их задержу, уходи.

– Нет.

– У тебя патронов осталось сколько?

Я отщелкнул магазин. Два патрона подпирали подавитель, один находился в патроннике.

– Три.

– То-то же, – скривился Игорь. – Молчи и не перебивай… В Межгорье Спортсмена найди, племянник мой, ты его узнаешь… Отдай печатку… Скажи: «У нас одно богатство на двоих». Понял, да?

– Не говори ерунды, сам передашь.

– С такими ранениями мне не выжить. – Игорь тяжело закашлялся. – Бог меня наказал. За мать и за тебя.

– Зоя Павловна-то тут при чем?

– Сдал я ее в дом престарелых. На хлеб и воду посадил. Жил, копил… Эх, знал бы ты, сколько у меня денег! Да откуда тебе знать-то… Я даже Маркова обманул – предложил лишь малую часть… Все, уходи!

– Нет.

Игорь достал гранату, которую снял с трупа Неркина, крепко сжал ее, выдернул чеку и решительно сказал:

– Беги, Слухач, беги!

Светлов

Плевал я на убегающего Сучкова, но не на тех, кто меня подстрелил. Тело горело от невыносимой боли. Я потерял много крови, голова кружилась. Хотелось только одного – не сдохнуть раньше времени. Я сдерживал физическую боль, но не мог унять душевную, а потому крикнул:

– Че притихли-то, твари?

У меня нет способностей Слухача, и все же я чувствовал, что они рядом.

– Подходи по одному! – крикнул я снова.

– Жирный, заткнись! – донеслось сверху.

– Ефрейтор Рыжов, что там?

– Чисто, сержант!

Рыжов спрыгнул с ящика и ухмыльнулся. Сержант подошел крадучись и властно бросил:

– Где Слухач?

– А не пошел бы ты в жопу со своими вопросами! Понял, да?

Рыжов рассмеялся и, подскочив ко мне, с ненавистью ударил носком берца в раненую ногу. Я еле-еле сдержал крик. Терпел, рано раскрывать карты. Андрей говорил про троих.

– Падла, отвечай!

– Увянь, баклан! – огрызнулся я.

Рыжов с раздражением навел на меня ствол автомата и передернул затвор.

– Отставить! – вмешался сержант. – Я сам разберусь.

Рыжов неохотно отступил в сторону. Сержант присел и резко ударил меня кулаком в лицо.

– Сволочь! – заорал я. – Ты мне нос разбил! Тварь! Урод!

Ну конечно, разбитый нос в моем положении – это же так важно! Послышались шаги. Военные, не обращая внимания на мои крики, резко развернулись на звук, вскинули автоматы и присели на колено.

– Не стреляйте, это я, Мухин!

Ну вот теперь все в сборе. Я вытащил руку из-за спины и, подбросив РГД вверх, рассмеялся. Глаза Мухина расширились от ужаса. Сержант и Рыжов обернулись и замерли. Что, бакланы, теперь не до смеха? По ходу, весело тут только мне… И я хмыкнул:

– Поняли, да?!

Слухач

До решетки