Читать книгу - "В конце злодейка всех убьёт? - Алекс Го"

Я отступаю на шаг, читая высеченные строки. Ложь, смешанная с правдой — идеальная ширма. Пусть думают, что мы пали в бою, став еще одним эпизодом этой трагедии. Конечно, у людей останется вопрос, кто написал это послание, но они могут свалить все на проезжавших мимо заклинателей.

Мы покидаем дымящиеся руины, и наше путешествие начинается в гнетущей тишине. Бэмби несет меня своей плавной, быстрой походкой, а Минфэн следует рядом на великолепном скакуне из императорских конюшен, который даже после смерти не утратил благородной осанки. Хотя сейчас самый разгар дня, столица пуста и безмолвна. Те, кто не сбежал, затаились в своих домах, боясь даже в окно выглянуть. Никто не видит, как принц и принцесса покидают место своей смерти.

Когда на горизонте остаются лишь дымные очертания бывшей столицы, мы останавливаемся в небольшой роще у ручья.

- Нам нужно подправить маскировку, — говорит Лань Сюэ, летая вокруг Минфэна. — Он слишком выделяется.

Брат снял дорожную шляпу, и при дневном свете его новые волосы сияют едва ли не как снег в солнечный зимний день, а кожа похожа на полупрозрачный фарфор. Он выглядит одновременно прекрасным и пугающим. Его красота кажется почти нечеловеческой, прямо как у мертвого небожителя.

- Шляпы недостаточно, — соглашаюсь я. — Придется красить.

Брат возмущается, но я уже достаю краску для волос и делаю порцию смеси. Не мне одной страдать придется, и это слегка поднимает настроение. Лань Сюэ тоже выглядит оживленной, кажется, мы обе слегка завидуем внешности брата и теперь мысленно злорадствуем над его несчастьем.

Пока недовольный Минфэн с волосами, намазанными черной жижей, ждет полчаса, я переключаюсь на Сяо Луна. После битвы он почему-то стал немного крупнее и тяжелее, такое ощущение, что он помимо своих собственных костей еще и пару килограмм чужих собрал. Я меняю его внешность, чтобы не напоминал питомца Белой принцессы, и из меховой накидки сооружаю ему новую шубку. Правда, она не такая красивая, как раньше, да и цвет другой.

Затем я поворачиваюсь к Бэмби. Его величественный вид, темная шкура и ветвистые золотые рога слишком узнаваемы, ведь многие слышали об императорском олене наследного принца. Так что надо и его замаскировать. После того, как принц мгновенно «поседел», я поняла, что тоже могу обесцвечивать волосы. Направляю поток энергии на пятнистую шкуру, и коричневый мех светлеет, становится кремовым, а затем и ослепительно белым. Он сияет в солнечных лучах не хуже, чем шелк.

Но этого мало. Два величественных рога — верный признак императорского оленя. Под моими пальцами они сдвигаются вперед и сплетаются, образуя один ровный, спиралевидный рог, растущий из центра лба. Вот так олень превращается в единорога. Для красоты добавляю еще небольшую гриву и хвост из длинного меха, отрезанного с края накидки.

У меня уже есть ручной дракон, так что ездовой единорог меня не демаскирует. Зато любому встречному с первого взгляда будет понятно, что перед ним заклинательница. Впрочем, другие заклинатели вряд ли посчитают подобную сцену такой уж понятной и удивятся, откуда я взяла столь странных монстров. Остается только надеяться, что я не столкнусь ни с кем из совершенствующихся, пока не освоюсь со своим новым статусом.

К этому моменту Минфэн как раз смывает краску, и теперь Лань Сюэ вертится вокруг него и с хихиканьем предлагает использовать немного румян, а то братец слишком бледен для человека. Принц сердито от нее отмахивается, вытирая волосы. Их несерьезная перепалка нравится мне куда больше, чем гнетущее молчание, в котором мы покидали столицу. Вдали от запретного города нам всем как будто и дышать стало легче.

Я оглядываю нашу странную группу. Призрак, зомби, единорог и маленький дракон. Надеюсь, никто не заподозрит в нас сбежавших принца и принцессу.

- Поехали, — говорю я, вновь взбираясь на спину Бэмби, который теперь похож на существо из сказки.

Мы выезжаем из рощи на широкую дорогу. Впереди — неизведанный мир, полный тайн, которые только и ждут, чтобы их разгадали.

Глава 45. Главный герой гаремного романа

Пыльная дорога выводит нас к воротам небольшого городка, приютившегося у подножия зеленых холмов. Воздух пахнет дымом очагов, скошенной травой и навозом - обычными, такими живыми запахами.

На нас глазеет каждый встречный. Полагаю, этот маленький городок еще ни разу не посещали заклинатели, поэтому наша экзотическая компания ни у кого подозрений не вызывает. Я ловлю на себе взгляды горожан - полные любопытства, робкого восхищения и страха.

- Мама, смотри, фея! - шепчет ребенок, указывая пальцем на Минфэна.

Женщина спешно опускает его руку, и кланяется, бормоча извинения, а брат притворяется, что не заметил оплошности. Лан Сюэ, парящая сверху, заливается злорадным смехом, но я знаю, что ей, как и мне, капельку обидно, что принц затмил нас своей внешностью.

Мы проезжаем по главной улице, мимо лавок с горшками, кузницы и харчевни, откуда доносятся приглушенные голоса. И в этом гуле я улавливаю обрывки фраз: «... в столице...», «... император...», «... все погибли...».

Слухи уже здесь, они каким-то образом успели попасть в городок даже быстрее нас. Но про темных заклинателей и мор среди солдат тут еще не слышали.

Мы останавливаемся в лучшей гостинице города. Хозяин, слегка подрагивая от волнения перед такими гостями, просит нас выпить чая в главном зале, пока лучшие комнаты приводят в порядок. За полчаса там, кажется, сменили не только постельное белье, но еще и ковры, и расставили букеты цветов. Подозреваю, никто до нас не получал в этой гостинице такого сервиса.

Вечером мы собираемся в моей комнате. Минфэн стоит у окна, глядя на засыпающий город. Его поза выдает усталость, которой у него быть не должно.

- Никто ничего не заподозрил, - констатирую я. - Наша легенда работает.

- Пока работает, - безразлично бросает он, не поворачиваясь. - Но что дальше? Скитаться по городам, впечатляя деревенщин своим видом? Я... - он замолкает, и в тишине слышен его тяжелый, ненужный вдох. - Я должен был возглавить империю. А теперь не знаю, что делать с самим собой. Я ходячий мертвец. В чем смысл притворяться живым? Я уже отомстил, теперь мне пора упокоиться.

- Ах, бедный, бедный принц! Освободился от бремени власти, от ожиданий двора, от хрупкости смертного тела! Стал прекрасен, как утренняя заря, и силен, как сама смерть! И как же ему теперь невыносимо тяжело! О, горе ему! Как дальше жить? - Лань Сюэ театрально прикладывает руку к груди и пародирует