Читать книгу - "Вастум - Анна Сергеевна Мезенцева"

эта… Иди прямо, прямо, пока не увидишь продуктовый магазин. Обойди его и звездуй дальше, до конца. Там будут эти… рельсы, а возле них высотка, это и есть дом сорок пять. Не ошибёшься.

Расставшись с деньгами, Глеб направился по указанному маршруту. Дом администратора и вправду стоял на отшибе, на границе квартала. За ним город обрывался, уступая место железнодорожной насыпи и уходившим за горизонт полям. Дверь в подъезд подпирал кирпич.

Лифт оказался сломан. Глеб свернул к лестнице, откуда несло мусоропроводом. На втором этаже пришлось перешагнуть спящее тело, раскинувшееся на площадке, на пятом – толкнуть пьяного мужика, перегородившего путь. Мужик оценил расклад и от прямой конфронтации уклонился.

На восьмом этаже Глеб посчитал квартиры (на большинстве дверей номерки были сбиты), вычислил нужную и позвонил. Кнопка провалилась внутрь безо всякого звука. Глеб постучал. Затем постучал снова, громче. Никакой реакции, по-прежнему тишина. Глеб саданул кулаком в третий раз, желая убедиться, что дома никого нет, но дверь неожиданно поддалась. Через щель потянуло спёртым воздухом и узнаваемым душком «Бархана» – наркотика из генно-модифицированного мака, ввозимого с Ближнего Востока.

Детектив осторожно заглянул в темноту чужого жилья и сразу упёрся взглядом в тело на полу. Падавший с площадки свет обрисовал женские ноги с синяками на коленях и грязными пальчиками, покрытыми облезшим лаком. Глеб шагнул внутрь, прикрыл за собой дверь и щёлкнул выключателем, не сразу сообразив, что плафон над головой пуст.

В коридоре лежала девушка, совсем молоденькая, в потёртой кожаной куртке и коротком, подвёрнутом до пояса платье. Глеб присел на корточки: незнакомка была жива, но пребывала по ту сторону грешной реальности. Из-под опущенных век проглядывали белки, в уголке рта скопилась слюна. Задравшийся подол открывал уродливую пластину на внутренней стороне бедра. Врачи вживляли такие порты пациентам, нуждавшимся в постоянном медикаментозном лечении, чтобы не забивать вены частыми уколами. Наркоманам открытие тоже пришлось по душе.

Детектив пошлёпал девушку по щекам, но та не очнулась, а лишь проскулила невнятное и вяло качнула головой. Глеб проследовал в глубь квартиры. Вернее, притона: пол единственной комнаты устилали матрасы, уксусный запах «Бархана» мешался с вонью немытых тел. На покосившейся тумбочке без дверцы стояла трёхлитровая банка с водой и газовая горелка.

В туалете, соединённом с ванной, тоже никого не нашлось. Расколотое зеркало разделило отражение Глеба на несколько частей.

Кухня была заставлена грязной посудой. Повсюду валялись тазики и кастрюли, половина луковицы, засохший рыбий скелет. В забитой раковине плавало грязное полотенце. Глеб поднял с пола блистер с таблетками «Бекамизола» – торчки употребляли его, чтобы расширить крошечные, переставшие реагировать на свет зрачки.

Что дальше? Остаться в квартире и дождаться возвращения администратора? Через час-другой очнётся девчонка, можно попробовать что-нибудь вытянуть из её размягчённых мозгов. Надо только проветрить халупу, дышать невозможно.

Глеб распахнул балконную дверь. С восьмого этажа открывался вид на железнодорожное депо с приземистыми ангарами и бесконечными рельсами. Работа кипела круглые сутки. С громким лязганьем опускались ворота, поворачивались стрелы грузовых кранов, по ярко освещённой территории сновали рабочие в жёлтых жилетах. Из-за всей этой суеты депо походило на оживлённое логово механических монстров.

Детектив захотел выйти на балкон, но почувствовал под ногой что-то мягкое. Опустил глаза… Чёрт! То, что он поначалу принял за мешок, оказалось его знакомым, администратором «Вастума».

Выругавшись, Глеб ухватил тело под мышки и втащил на кухню. Судя по ледяной коже, мужик был однозначно мёртв, в отличие от более удачливой подружки. Руки-ноги пока что гнулись. Левое плечо покойника стягивал резиновый жгут, обёрнутый поверх закатанного рукава. В сгибе локтя бугрились гноящиеся, окружённые гематомами вены. Максим Викторович оказался приверженцем старой школы и вживлять себе порт у подпольных коновалов не пожелал.

Дерьмо. Глеб сел на приступку, ведущую на балкон, и с усилием потёр лоб. Опоздал. Конечно, нельзя исключать смерть от передозировки. «Бархан» появился на рынке недавно и оказался таким забористым, что барыги мешали его с сахарной пудрой и крахмалом чуть ли не один к двадцати. Но в то, что это случилось со свидетелем из «Вастума» перед самым приходом детектива, верилось с трудом.

В коридоре послышались шаги, хлопнула входная дверь. Глеб вскочил, вытащив из-за пояса пистолет. Гости не таились – шумно переговаривались, обсуждая состояние девицы, звенели стеклом. Похоже, подтянулись запоздалые кореша.

Первый гость, потрёпанный мужик с откинутыми назад сальными волосами, шагнул на кухню и застыл, уставившись в нацеленный ствол. В руке у него болтался пакет с проступающими сквозь полиэтилен силуэтами бутылок.

– Эй-эй! Полегче, брат!

К мужику присоединился спутник – большой, добродушного вида парень в рубахе, разукрашенной попугаями, с причёской из собранных в пучок дредов. Он оттеснил в сторону Сального и с одинаково расслабленным видом изучил настороженного Глеба и мёртвое тело на полу.

– Ну и чего он тебе сделал? Ты откуда вообще взялся? – Во рту полыхнула золотая фикса с миниатюрным светодиодом.

Да уж, в последнее время Глебу здорово везло на подставные убийства. Если ещё и девка в коридоре окочурится, можно смело кричать «Бинго!». Он опустил ствол, к заметному облегчению незнакомцев, и обвёл им грудь покойника.

– Я здесь ни при чём. Видите, ни ран, ни крови.

– Твоя правда. – Дредастый небрежно ткнул тело кроссовкой. – Ну что, помянем?

– Без меня.

– Да как скажешь, брат. Мы тебя вообще не видели.

Детектив кивнул, держа пистолет в опущенной руке. Сальный посторонился – кухонька была тесной, Глебу пришлось развернуться боком, чтобы не споткнуться о мертвеца. На одну секунду Дредастый оказался у него за спиной. И это стало ошибкой. Очередной ошибкой в веренице досадных промахов последних дней.

Шею обхватила мокрая удавка. От неожиданности Глеб растерялся, позволив Сальному вырвать из рук пистолет. В поясницу упёрлось колено, заставив выгнуть спину дугой. Детектив попытался просунуть пальцы и растянуть петлю, но ткань врезалась в горло. Закружилась голова, в глазах начало темнеть. Глеб с размаху опустил ботинок на мягкую кроссовку Дредастого, а потом всей массой подался назад, впечатав его в шкаф. С грохотом повалились кастрюли и банки, зашелестела, высыпаясь, крупа, но противник продолжил пыхтеть над ухом, всё туже затягивая полотенце.

Сальный ринулся на помощь. Глеб пнул его в живот, отбросив на стол. Откинул голову, промахнулся, ударил снова, стукнувшись затылком о зубы душителя, и наконец просунул пальцы под скрученную ткань.

Ему удалось вдохнуть немного воздуха, прежде чем на голову обрушилось что-то тяжёлое. Ноги подкосились, звуки отдалились и угасли. Глеб обвис у противника на руках.

* * *

Сознание возвращалось постепенно. Сначала восстановился слух. Шум поезда, идущего на полной скорости где-то неподалёку. Шарканье ног. Звук жидкости,