Читать книгу - "Осторожно, магия открывается! Том 1 - Инди Видум"

наблюдал, как сестренка, которая для меня всегда была мелкой, строит глазки обоим. И ведь по факту ей просто было интересно, не клюнет ли кто, других интересов не было.

— Какой труп?

— Старый, — ответил я, незаметно пиная Тимоху по ноге. — Мы к нему отношения не имеем. И вообще, собака только ногу откопала, а дальше позвали милицию. Может, там и не было больше ничего.

Теперь сестра не хотела, чтобы мы уходили, и принялась выспрашивать мельчайшие подробности, хотя мы видели всего-навсего покореженную туфлю. Пришлось задержаться на рассказ, хотя Изабелла Германовна уже недовольно высовывалась из стены и намекала, что нам пора погулять по городу для поисков ученицы.

Закруглился я быстро, пообещав потом рассказать, если что-то вспомню или если милиция опять пригласит на допрос — очень уж раздражающе было видеть ведьму, вылезавшую в самых разных местах и кривившую морду.

Выскочили мы из подъезда, и я сразу напустился на Тимоху:

— На кой ты Ритке сказал про труп?

— А если из милиции к родакам придут? Они сразу на тебя: «Почему не сказал?» А так сестра передаст, они остынут до твоего следующего появления.

— Скажи честно, что хотел на девчонку впечатление произвести, — насмешливо бросила Изабелла Германовна.

— Да вы что! Она же маленькая.

— Ой, мне-то не ври. В каком месте она маленькая? А понабрали-то вещей с собой. Как по городу будете ходить?

— Как-нибудь, — отрезал я. — У меня еще одно дело — и пойдем. Тим, тебе нужно будет в подъезде подождать. Это недолго.

Он кивнул, поскольку понимал, что сейчас я иду не туда, куда ходят в гости. И я тоже иду не в гости, а чтобы отдать долг. Возможно, как считал Тимоха, я и ничего не должен, но что-то внутри меня считало иначе, и я ничего с этим чем-то не мог поделать.

Идти нам было до соседнего дома. Тимоха остался стоять с моими вещами на лестничной площадке, я же поднялся и позвонил в дверь.

— Ромочка, неужели ты всё-таки пришел? — обрадовалась Валентина Юрьевна, Светина мама. — А мы уж решили…

Что они решили, было понятно без слов.

— Не смог раньше. Держите.

Я протянул заготовленные деньги, но Валентина Юрьевна их не взяла.

— Даже не пройдешь? Светочка так тебя ждала…

— Неправда, — донеслось до нас из комнаты. — Я Ромке уже сколько раз говорила, что видеть его не хочу.

Но Валентина Юрьевна настолько умоляюще глянула, что я вздохнул, вручил ей деньги и стал раздеваться. Как только я снял ботинки, из комнаты Светланы раздался громкий вопль. Рванули мы туда вместе с Валентиной Юрьевной, потому что Светка нынче себя никак защитить не могла, только словами.

— Чего орешь? — возмутилась Изабелла Германовна. — Я твой шанс встать на ножки, если договоримся. Роман подтвердит, что я не галлюцинация.

Светка таращилась на нее неотрывно, но орать уже перестала. Как мне показалось, она еще сильнее похудела с прошлого раза, когда я ее видел. Хотя куда уж сильнее? И без того кожа да кости. И глазищи. Они у нее всегда были огромные, на зависть остальным девчонкам в классе.

— Роман, она мне идеально подходит в ученицы, — безапелляционно заявила Изабелла Германовна.

— Я не хочу этого видеть, — сказала Светка и закрыла глаза.

— Что видеть, Светочка? — встревожилась ее мама. — Роме уйти?

— Если он уйдет, ты лишишься единственного шанса встать на ноги, — заявила ведьма. — Ты хочешь встать?

— Хочу, — сказала Светка. Нетвердо, поскольку не была уверена, что перед ней не глюк.

— Чего ты хочешь, Светочка? — забеспокоилась ее мать.

— Приготовь Роме чаю, — скомандовала дочь. — Мне нужно с ним поговорить.

У меня никакого желания говорить с ней не было, как и находиться здесь дольше необходимого, поскольку жилье парализованного человека пропитывается весьма своеобразными запахами. И за те два года, что Светка стала инвалидом, квартира пропахла болезнью полностью. Но слова Изабеллы Германовны о том, что Светка ей идеально подходит, да при этом еще излечится, уйти мне не позволили бы в любом случае.

— Ром, ты ее видишь? — шепотом спросила у меня Светка, как только ее мама вышла из комнаты.

— Изабеллу Германовну? Вижу. Она призрак, — пояснил я. — Прицепилась ко мне в результате несчастного случая, а отцепиться может, только получив ученицу. Ты ей подходишь.

— Но я же парализована… Что она говорила про возможность встать?

Глаза Светки зажглись надеждой. Смотрела она то на меня, то на Изабеллу Германовну, потом окончательно сосредоточилась на ней, поскольку та говорила очень привлекательные вещи.

— У тебя прекрасный темный дар, — влезла передо мной ведьма. — Ты валяешься только потому, что не умеешь им владеть. Да ты через неделю встанешь, если мы с тобой договоримся.

К своему стыду, я скрестил пальцы в кармане — настолько хотелось, чтобы это случилось и я отделался сразу от двух тяготящих меня женщин. Я бы, может, и предостерег Светку от этой ведьмы, если бы не два фактора: невозможность излечиться другим способом и проявленный темный дар бывшей одноклассницы. Между прочим, проявленный без всякой активации. Не зря ее наши девчонки иногда называли ведьмой — чуяли они истину…

— Для этого надо продать душу? Согласна, — решительно сказала Светка.

— Для этого нужно разрушить связь между тобой и Романом, построенную на лжи.

— На какой лжи?

— Это ты знаешь, не я. Я не провидец. Я вижу ложь, и об этой лжи ты должна сказать Роману, если ты хочешь, чтобы я взяла тебя в ученицы.

Светка молчала.

— Конкретно мне всё равно, что ты сделала, я не из тех, кто читает нотации, а из тех, кто считает, что все средства хороши для достижения целей. На мое решение не повлияет, — подтолкнула ее к правильному выбору ведьма. — Я вижу привязку, построенную на лжи и манипуляции. Прочную и безупречную. Прекрасная работа, одобряю. Я бы и слова не сказала, но мне нужно отвязаться от этого.

Она ткнула в меня пальцем, и Светка решилась, хотя я уже догадался, что она скажет.

— Ром, ты же понял? — без всякого смущения заявила она. — Юлька меня не толкала. Я поскользнулась и упала сама. И даже если ничего не поможет и я не встану, никогда не пожалею, что рассказала. Не хочу, чтобы ты ко мне приходил и видел, какой я стала.

— Но зачем?

— Зачем? — взъелась она. — Вы теперь никогда не будете вместе. Она не простит. Вот зачем. Жаль, что ее посадить не удалось.

Посадить не удалось, потому что показания наших одноклассников были противоречивыми: только одна