Читать книгу - "Пальто на голое тело - Ринат Рифович Валиуллин"

несколько человек из группы – на самом деле, они и так отписались бы. На самом деле, и группы-то нет. Просто мертвые души. Я же знаю, как набирают подписчиков, лайки и комменты.

– Как-как? За деньги.

– Так она тебе нравится?

– С ума сошла!

– Следишь за ней?

– Нет, я только видел ее глаза.

– Красивые, правда? – убежала на несколько ступенек вперед Зина.

– Твои в тысячу раз лучше.

– Говоришь, чтобы мне угодить.

– Нет, я не люблю такое, хотя там, где я работаю, начальник постоянно велит улыбаться, прямо с утра. Чтобы вместо пакета человеку дали улыбку, а он в нее сложил все свои чипсы. А мне хочется в этот пакет рыгнуть, как в самолете, когда укачивает.

– Тебя укачивает?

– В детстве было, сейчас нет.

– А где ты работаешь?

– В магазине. Подрабатываю в свободное от юности время.

– Теперь я понимаю, почему ты хочешь всех убить.

– Да, хочется уже всем крикнуть: люди, хватит жрать, посмотрите на себя, до чего вы себя довели этой жратвой. Но вместо этого я достаю из кармана улыбку, натягиваю ее на уши и сканирую продукты.

– Я бы так не смогла.

– Я тоже так больше не могу.

– Тебе надо увольняться. Ты профнепригодный. Даже стошнить на то, что тебе противно, не можешь.

Парень засмеялся.

– Это точно, непригодный. Истек срок годности.

– Так. Ничего лучше нет?

– Есть, но там занято пока.

– А кем бы ты хотел?

– Президентом.

– Амбициозно. Думаешь, там не тошнит? А, я поняла, ты хочешь повыше взобраться?

– Ты только заметила? – догнал Зину Демон.

– Думаю, здесь тебе без лифта не обойтись, – рассмеялась Зина. Ее прекрасный смех поскакал вниз по лестнице, как жемчуг с порванных бус.

– Как говорил мой отец, никогда не отрезай себе пенис раньше времени, бабой ты всегда успеешь побыть.

– Вау! Какие метафоры. Он что, писатель?

– Нет, строитель.

– А что строит?

– Других.

– Военный, что ли?

– Ну почти. Военный строитель.

– По крайней мере, не придется улыбаться.

– Ты думаешь?

– Ну, на другом уровне.

– Там лестница покруче нашей будет.

– Да, но я хорошо знаю людей. Я знаю, кто из чего состоит.

– По запаху?

– Ну не только. Я вижу, кто что покупает в магазине. В состав обычной бабушки входит творог, молоко, хлеб, картошка, курица, дешевые конфеты, дешевый сыр, дешевое масло, молоко, сосиски, печеньки и яйца.

– А я из чего состою?

– Надеюсь, ты никогда не будешь ходить в наш магазин.

– Надеюсь.

– Я бы не советовал. Поэтому все люди слабые.

– Все?

– Да.

– Почему?

– Люди слабые. Все умирают, ни один не выжил.

– А ты?

– Я не лучше, но у меня есть план.

– Всех прикончить? Кто же тогда за тебя будет голосовать на выборах?

– На каких выборах?

– Ну, ты же хотел быть президентом.

– Не всех, конечно, только тех, кто против.

Девочка улыбнулась, она чувствовала, что ее психология работает, глядишь, парню совсем расхочется кого-либо убивать.

* * *

– Ты знаешь девушку, которая здесь живет?

– Конечно, кто ее не знает. Она так здорово матерится, я бы тоже так хотел. Прямо завидую ей.

– Да, мат у нее трехэтажный, она на балконе машет лифчиком и кричит, чтобы я сделал музыку потише. А я не делаю, я жду, что она еще эдакого выкинет.

– В смысле – снимет?

– Ну да. Я добавляю оборотов – и она, будто ролик ее громкости тоже в моих руках, стоит только крутануть. Но там не только громкость, там и контраст, и яркость.

– Ты прямо эстет. Есть шансы, что она разденется совсем?

– Нет, да мне это и не нужно, потом будет неинтересно. Девушка интересна, пока в одежде.

– А здесь живет почтальон.

– Это раньше он был почтальоном, теперь курьер.

– Знаю я этого придурка, теперь он убирает в квартирах.

– Откуда ты знаешь?

– Детка, хочешь я вылижу твой кондоминиум? Вот что он мне однажды заявил.

– Вот урод. Он так и сказал? Я бы его убил прямо сейчас.

– Ну, это юмор такой.

– Это он тебе говорил?

– Нет, моей бабушке.

– Значит, он не шутит.

– Нет, не шутит. А ты что подумал?

– Подумал поставить его первым в свой список.

– Мне нравится твоя забота.

– Я не об этом!

– А о чем?

– У кого-то просто нет чувства юмора. А людям без чувства юмора в моем мире делать нечего.

– А кому еще?

– Насильникам, убийцам и предателям.

– Значит, ты против убийств? Но ты же сам только что собирался всех убить!

– Это образно, детка. Я пока не решил, как от них избавлюсь.

– Не люблю это слово, я же тебе говорила.

– Извини, сорвалось.

– Ну и вонь на этой площадке, – зажал свой нос Димон.

– Здесь тетка – сомелье, чувствуешь, как пахнет? Там дегустация.

– Прикалываешься?

– Не люблю, когда женщины пьют… много. Она гонит самогон.

– Она еще и винодел?

– Эта дама приводит домой кого попало, будто из этой бурды можно сделать марочное вино. Она не замечает, как спивается.

– Сомелье…

– Ее ждут большие разочарования.

– Мы, что ли? – улыбнулась Зина.

– Разве мы похожи на них?

– Нет, мы моложе.

– А ей сколько?

– За сорок.

– Откуда знаешь?

– По запаху определил.

– Нет, тридцать, просто выглядит не очень. А чем пахнет возраст после сорока?

– Духами. Активно. Прямо задушить готовы.

– Точно. Мама пахнет «Шанель номер пять».

– Твой маме повезло. Я стою на кассе, не хочу, но чувствую всех. От этой квартиры пахнет мерло, и, кажется, мерло – умерло.

– Как быстро ты ее опустил, дай хотя бы шанс.

– Надежду? Ее вроде так и зовут. Значит, уже дали, но не помогло.

– Ты вот так легко вешаешь на всех ярлыки.

– Да, мы ходим с разными этикетками и ничем не отличаемся от вина.

– Я в вине не разбираюсь. Вообще ни разу не пробовала.

– Я тоже не пью, но разбираюсь. Мой вывод такой. Зачем вину сомелье? Вину нужна закуска.

– Да, перекусить не мешало бы, – заметила Зина.

– Здесь жил мой одноклассник Гоша. Как я хотел с ним подраться! Дать ему по рогам как следует. Жаль, что он переехал.

– Гнев плохая штука. Кто контролирует эмоции, тот владеет ситуацией. Ты же хочешь овладеть миром?

– Нет, я хочу владеть войной.

– Это одно и то же.

– Ты знаешь, что здесь, в этой квартире, живет физик-ядерщик?

– Нет.

– Я тоже не уверен, но надеюсь, что так оно и есть. Слышал только, что в этой квартире пропадают люди.

– А фамилия у него знаешь какая?

– Какая?

– Уранов.

– Я же говорю, ядерщик. Этот старик все время курит и ни с кем не здоровается. В последнее время я его не вижу. Сначала пропала