Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

двери. Неужели я сейчас нос к носу столкнусь с теми самыми злобными старухами, которые меня тогда приняли за воровку? От тех воспоминаний стало не по себе. Но делать было нечего, работу нужно выполнять. И я решительно постучала по деревянной панели общей двери.

Дверь со скрипом отворилась, и на площадку выскочила худая вертлявая старуха с короткой стрижкой. Точно, та самая!

— Ты к кому? — прищурившись, смотрела она на меня сквозь толстые стекла очков.

Хоть бы не узнала!

— Здравствуйте! — как можно вежливее сказала я и натянула на лицо самую благовидную маску. — Мне нужна Анна Ивановна…

— Так это я Анна Ивановна! Видела, у нас в цоколе парикмахерскую открыли? «Анна» называется. Так это в честь меня назвали!

— О, они сделали замечательный выбор! — мой голос выражал крайнюю степень восхищения.

— Так они и стригут меня всегда бесплатно! — похвасталась старушенция. — Знают, что я здесь главная!

— Вы старшая по дому? — решила я уточнить.

— Какая еще старшая по дому? — не поняла она. Должно быть, в девяностые такого понятия еще не было. — Говорю же, главная!

— Очень приятно с вами познакомиться, — учтиво ответила я таким тоном, будто стою в Букингемском дворце и знакомлюсь с его хозяйкой.

Собеседница заметно смягчилась и даже начала на меня смотреть с заметным снисхождением. Но вскоре спохватилась и напустила на себя строгий вид.

— А зачем ты меня искала? — поинтересовалась она.

— Понимаете, я из правоохранительных органов, помощник адвоката. Нам нужна информация о вашей соседке из сорок восьмой квартиры. Она сдавала комнату одному молодому человеку и…

Лицо пожилой женщины исказила презрительная гримаса:

— Ой, ну наконец-то этой змеей подколодной органы заинтересовались! Мы с ней давно воюем! Сдает комнату кому ни попадя! Понимаешь, от нее десять лет назад мужик ушел. Очередной. Ох, она мне и завидует, что у меня дед есть, да еще и с хорошей пенсией, и я ни в чем не нуждаюсь!

— Разумеется, — кивнула я, — с вами любой дед только рад будет…

— А я что говорю? — назидательно сверкнула она очками. — А на эту… прости Господи, никто не смотрит! Ну и решила она по-хитрому себе мужика найти. Начала комнату сдавать! И никаких баб на постой не принимает, только мужиков! Только все ей не везло! Один раз заселила двоих военных. Понятно, с прицелом — не один, так другой на ней женится. А они, веришь, нет, гомосеками оказались!

— Как? — ахнула я.

— А вот так! — воскликнула Анна Ивановна, чрезвычайно довольная произведенным эффектом. — По вечерам порнуху смотрели, где мужики с мужиками, а потом вместе в постель ложились! Ну и прогнала она их к чертовой матери! И пустила к себе шестерых зэков…

— В смысле зэков? Освободившихся?

— Ну да, мужики только откинулись, а жить негде. Ничего ей не платили, конечно, зато трахали так, что ноги ей чуть не сломали. Да, а ты чего думаешь, она ходит, как утка, переваливается? Да потому что ноги ей разодрали!

Шутки шутками, но при этих словах я почувствовала омерзение. И этой сумасшедшей «главной» поверили менты? И на основании ее показаний обвинили Петю? Теперь я точно была уверена, что парень абсолютно ни в чем не виноват.

— Подождите, — прервала я собеседницу, — а как же они все у нее в квартире-то помещались? Разве у вас тут такие большие площади?

— Ну двадцать четыре квадрата в каждой квартире имеется, — с гордостью произнесла Анна Ивановна. — Из них жилой площади восемнадцать. Комната знаешь как расположена? Буквой «гэ». Так у нас с дедом так и идет буквой «гэ», а Тамарка разделила перегородкой, и у нее получились две комнатки. Одна двенадцать квадратов — там она сама живет, а вторая шесть квадратов, вот там и селит квартирантов.

— Как вы сказали, Тамарка? — я на всякий случай сверилась с листочком, хотя и так помнила, что нашу фигурантку звали Ольгой. — А вы точно про ту соседку говорите? Из сорок восьмой квартиры?

— Так ты же сказала, из сорок седьмой! — строго уставилась на меня старуха. — Я и рассказываю…

— Нет-нет, я спрашивала про Ольгу из сорок восьмой, — четко выговорила я.

— А-а-а, так ты про ту, — разочарованно протянула Анна Ивановна, — там другая история была, совсем другая. Ольга не сдавала комнату, она жила вместе с Петькой. Хотя он моложе ее был намного. Мы-то сначала так и подумали, что он у нее снимает. Виданое ли дело, чтобы такой хороший парень с побитой молью теткой сошелся? Но потом мой старик у него выведал. И Петька объяснил, что вовсе он не снимает, а живет вместе и даже хочет жениться. Ну, не сразу, конечно, а со временем…

— Странно, а у нас сведения, что снимал, — пробормотала я, — теперь будем знать. А от чего умерла Ольга, не знаете? Что с ней случилось?

Анна Ивановна резко опустила взгляд, потом подняла на меня глаза. Никакой уверенности в них не было, тем не менее она заговорила:

— Так ясно же, Петька ее отравил.

— Интересно, зачем?

— Ну… — собеседница моя ненадолго задумалась. — Кто их, подлецов, разберет? Может, квартирой хотел завладеть…

— А он точно подлец? — решила я уточнить. — У него были нехорошие намерения в отношении Ольги? Он что-то такое говорил про нее, нехорошее?

— Да нет, вроде, — задумчиво пожала она плечами.

— А как они вообще жили? Ругались, ссорились?

Анна Ивановна подняла глаза к потолку, припоминая.

— Н-не припомню, — сказала она, наконец.

— Но если у них все было нормально, зачем отравил-то? — не сдавалась я. — Понимаете, это очень важно, был ли у него мотив.

— Ох, — тяжело вздохнула соседка убитой, — а какой мотив у молодого парня жить с теткой сорока пяти лет, да еще с тремя подбородками?

— Она что, была толстая?

— Ну, не красавица, так скажем. Да еще выпить не дура была.

Да, слабоватый мотив для убийства. И квартирой завладеть у него бы вряд ли получилось. Для этого надо хотя бы завещание на руках иметь.

И тут меня осенило:

— Послушайте, вы же долго прожили на одной площадке. А расскажите мне об Ольге. Кто у нее был из родственников?

Я вдруг подумала,