Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

съехали и под забором теперь живете, — объяснил Охлям, поймав мой взгляд, — да не обращай внимания. А куда вы переехали-то?

— В центре живем.

— А-а-а. Не угостишь сигареткой?

— Да нету, — виновато похлопала я себя по карманам.

— Ладно. А у меня же батя умер.

— О-о, — вскрикнула я, — да ты что? Давно?

— Да с неделю назад, похоронили уже, — парень горестно понурился, — а тут еще беда. Недаром говорят «пришла беда, отворяй ворота».

— Что еще случилось? — встревоженно спросила я, вглядываясь в его бледное лицо.

— Да мамка так горевала, — махнул он рукой, — в общем, поминала батю, все звала его, а потом упала с кровати и сломала бедро. Так что теперь она лежачая.

— Боже, — всплеснула я руками, — и как же ты справляешься?

— Да как, хожу к ней в больницу, а там такой бардак. Ничего не добьешься. Ни санитарки не помогают, ни врачи не подходят. Типа, алкашка, к ней подойти противно.

— Блин, я тебе так сочувствую, — призналась я, — только даже не понимаю, чем тут можно помочь.

— Да чем ты поможешь? Ты лучше скажи, где тетя твоя? Она с вами переехала?

— Да нет, работу нашла с проживанием, там и живет.

— Но это здесь, в городе?

— Да.

— Ты хоть привет ей передай от меня, — попросил Охлям, — скажи, мол, очень хотел бы увидеться.

— Передам обязательно, — пообещала я, — она бы и сама давно пришла, но видно, работы выше крыши.

Я иногда посматривала на девчонок, приехавших со мной. Ленка разговаривала с парнем, держа букет цветов. Тот что-то говорил, отчаянно жестикулируя. Наверно, опять в любви объяснялся. А Машка стояла рядом, открыв рот и восхищенно глядя то на свою подругу, то на этого Славика.

Как вдруг у меня в ушах сама собой зазвучала песня, которую я слышала на одной из кассет Надежды. Тоже в исполнении «Агаты Кристи»:

«Ночь и Луна потаенная война

Запрещенная мечта.

Наша красота подлая судьба нас еще погубит навсегда…»

Меня как током ударило. Теперь я видела Ленку и ее несчастного ухажера в свете такой трагической безысходности! Случится что-то страшное и с ней, и с ним. Теперь я была уверена в этом!

Но что?

Эх, зря все же она с ним встречается! Разве ж можно так издеваться над парнем? Она-то думает, что расстается по-хорошему, не рвет резко отношения. Но на самом деле лишь продлевает его мучения.

Но мне-то что делать? Подбежать сейчас к ним и сказать этой Ленке, чтобы не смела больше с ним встречаться? Так они меня на смех поднимут. Скажут, что это я от зависти. Сама же сижу одинокая, никто замуж не берет. А они все из себя нарасхват.

— А где твоя Льдинка? — повернулась я к Охляму.

— Да вон бегает.

Из подъезда вышел молодой парень в кожаной куртке и тяжелой походкой направился к нам. Лицо его было мне слегка знакомо, но кто он такой, я не знала. Должно быть, тоже здесь живет.

— Привет, — он поздоровался за руку с Охлямом и слегка кивнул мне, — а это что за девчонки? Они с тобой пришли?

— Да, — ответила я, — поживут немного в нашей квартире. А что?

— Да ничего, зайду к вам попозже.

Я пожала плечами:

— Да мы не сразу домой, сначала зайдем к Сергею чаю попить. А то в нашей квартире и чайника-то нет.

— Понял, тогда туда зайду.

И, посвистывая, пошел куда-то в сторону ларьков.

— Узнала Андрюху Бандуревича? — спросил Охлям, глядя парню вслед.

— Так это сын придурка Бандуревича?

— Ну да, он же осенью пришел из армии и все работу не мог найти, дома сидел. А потом решился, подошел к Опасному и попросил дать ему хоть какую-нибудь работу.

— А тот что?

— Да взял его к себе шестеркой. Только условие поставил, чтоб не пить ни в коем случае. Юрка у себя алкашей не держит.

— Правда? У них так строго с этим? — не знала таких подробностей.

— Так конечно, — усмехнулся Охлям, — алкашу на допросе рюмку предложат, и он всех сдаст.

Глава 5

И когда они только наболтаются? Я недовольно покосилась на девчонок, увлеченно что-то обсуждающих с парнем. Мне домой пора ехать, дел полно, и на улице совсем стемнело!

Наконец, жених-неудачник начал медленно и поминутно оглядываясь, уходить с нашего двора — весь его вид выражал грусть и сожаление.

А девчонки подбежали к нам — оживленные, румяные, с горящими глазами.

— Смотри, какой браслет мне Славик подарил на прощанье, — Ленка хвастливо вытянула руку. На запястье под приглушенным светом фонаря переливались бусины темного цвета. — Гранатовый!

Я в смятении взглянула на нее. Эх, до чего же молодые дурные! Разве можно брать подарки у обиженного человека? Мало ли с какими чувствами он это преподносил! И кто знает, какой энергетикой теперь окутана эта вещь? Прям как в знаменитом романе — гранатовый браслет!

Однако я предпочла благоразумно промолчать. А то, чего доброго, скажут, что завидую и все такое.

Хотя чего мне завидовать? А главное, чему? Выскочат замуж в свои семнадцать-восемнадцать лет, детишек нарожают и все! И вся жизнь! И никуда никогда потом не вырвутся из своих маленьких затухающих городков. Ни в культурные столицы, никуда.

А то еще разведутся и останутся с детьми. А то еще и без всяких алиментов, без всякой помощи. Вряд ли в эти времена так легко с мужиков что-то стрясти. Будут в суд бумажки приносить, что нигде не работают, и все. Никому ничего не докажешь. Лично меня бы подобные перспективы совершенно не вдохновили. Но самовлюбленным девушкам не втолкуешь.

— Пойдемте ко мне, — встал с лавочки Охлям, — чаю попьем, телевизор посмотрим.

Под скрип снега под ногами мы направились к подъезду.

А там нас незамедлительно встретил знакомый до боли запах общественного туалета и сырости. Век бы его не знать.

Облупленные, кое-где с трещинами, стены. Длинный коридор с окном в конце. На подоконнике жестяные банки, полные окурков.

— Ничего, здесь вам будет лучше, в отдельной квартире, — с оптимизмом сказала я и с силой постучала ногами, чтобы стряхнуть снег с сапог, — особенно когда жених приедет. Не то, что