Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

для моей квартиры кто-то такого добился! Видишь, как друзья тебе помогают! Всегда помогали, а теперь вообще…

— Они не мне помогают, — резко оборвал мои причитания собеседник.

Я опять непонимающе на него уставилась.

— А кому же?

— Себе.

— Как?

Охлям опять немного помолчал, борясь с подступившими чувствами.

— Они мне сказали, что владельцем будет только моя мать, пока она жива. Как только ее не станет, новая квартира отойдет им.

— Кому им? — от изумления мой голос сел. — Браткам? Бригаде?

— Официально Юрке, а он распорядится по своему усмотрению. Либо отдаст ее кому-то из бригады, либо продаст.

— Подожди, а как он юридически это сделает? Если владелицей будет твоя мать, то после ее смерти…

— Я точно не знаю, — поморщился Охлям, — возможно, и мать не будет владелицей, а сразу на Юрку оформят.

— Ну а ты как же?

— Они говорят, что я даже на эту квартиру не тяну, а уж на новую тем более.

— В смысле не тянешь?

— Ну, не заслуживаю. Типа, я столько раз у них деньги просил. А ты же знаешь, я приходил к ним на рынок… ну давали мне там то еду, то одежду, то денег на водку. Я-то не считал, а они, оказывается, давно уже меня на счетчик поставили.

У меня слов не было. Поставили на счетчик! Своего же друга детства, давнего товарища! А впрочем, чему удивляться? Они же бандиты, у них свои правила, свои законы. Когда речь о больших деньгах, друзей никаких нет.

— А где ты жить-то будешь? Неужели бомжевать придется? — поинтересовалась я.

— Почему? Сказали, здесь можно будет остаться. На птичьих правах, конечно. По закону-то квартира расселена будет. И если кто-то захочет сюда кого-то поселить, то меня выгонят.

— Боже мой, боже мой, — я в ужасе рассматривала фотографию, — вы же друзьями были, чуть ли не в обнимку ходили. Неужели такое бывает?

Охлям шмыгнул носом и ничего не сказал. Да и что тут скажешь? Как говорится, по законам джунглей выживает сильнейший.

И как бы мне ни было жаль таких людей, ничем я им помочь не смогу. Вон и тетя Таня в свои сорок лет сиделкой-приживалкой устроилась. И Миша на втором этаже незаконно проживает. Не возьмешь же всех несчастных к себе в квартиру. Впрочем…

— Слушай, ну я могу тебе одно предложить, — сказала я, — если тебя и из этой квартиры выгонят, можешь жить в нашей. Уж это не запрещено.

— Так ты же туда девчонок определила. Да и мать, надеюсь, поживет еще. Пока она жива, меня обещали не трогать.

— Да, будем надеяться, пусть твоя мама живет. А девчонки в нашей квартире все равно временно. Так что имей в виду. Слушай, а как Миша на втором этаже поживает, не знаешь?

— Нормально, — пожал плечами Охлям, — видимся иногда. Но он не пьет, куда-то на работу устроился, вроде сутки через трое работает.

— Так и ты давай устраивайся, — посоветовала я, — просить теперь не у кого.

— Кому я нужен со своей справкой?

— Да я тебя умоляю, сейчас никто на это не сморит. Столько работ, где ни трудовой не надо, ни комиссии, ничего.

В ответ парень понурил голову и ничего не сказал.

Я пожелала ему держаться и помчалась домой.

Возле дома встретила маму, гуляющую с Ланкой.

— Ой, а вы уже с работы вернулись?

— Ну да. А ты где шаришься в такое время? — мама смотрела подозрительно. Может, думала, что я сорвалась и опять напилась.

Тогда я принялась рассказывать о событиях сегодняшнего дня. А поскольку их оказалось слишком много, то заканчивать пришлось уже дома.

В прихожей мы увидели папу с Васькой на руках. Он тоже прислушивался к моему рассказу и, когда я начала в красках описывать Машку с Ленкой, и как они пошли в гости к Бандуревичу, презрительно покачал головой:

— Ну и прошмандовки! Вот это девушки называется!

— Не говори, — поддержала мама, снимая сапоги, — дурные, как пробки. Невесты без места. У самих женихи дома, а только в город вырвались, и ну по чужим парням скакать! Господи, хорошо хоть, не здесь их поселили.

— А там тоже мало хорошего, — возразил папа. Васька, устав сидеть у него на руках, спрыгнул на пол и начал бегать вместе с Ланкой. — Не приведи Господь что-то с ними случится, и что тогда? Глазами хлопать перед Лизкой с Серегой?

— Да, — мама встревоженно покачала головой, — столько сейчас ужасов на улицах творится! Вон сегодня на рынке рассказывали. Две девчонки откуда-то поздно возвращались. Одна за угол по нужде отошла, а когда вышла, подруги нигде не было. Говорят, машина мимо проезжала, ее туда запихали и уехали.

— Ужас, — невольно пробормотала я.

— И искать никто не будет, — сказал папа, — ментам это не надо.

— А ты что телевизор не включаешь? — спросила у него мама.

— Да я включил и выключил, — с досадой пожаловался он, — там опять этот Хажанов выступал! Опять Брежнева высмеивал, юморист хренов! Конечно, легко пинать мертвого льва! А попробовал бы он при жизни Брежнева такое сказать, когда тот в силе был! Да и вообще, как можно? Ну путал старый человек слова, ну не выговаривал. Но зачем над таким смеяться?

— Так включи другую программу! А мы пока ужин приготовим.

Мы с мамой отправились на кухню, но папа пошел за нами.

— Так что все-таки, — решил он посоветоваться с мамой, как видно, не в первый раз, — будем продавать Рафик или не стоит?

— Вы что, хотите продавать Рафик? — изумилась я. — Он же вам для работы нужен!

— Да нам один мужик на стоянке предложил его забрать по очень хорошей цене, — объяснила мама, надевая фартук и доставая продукты из холодильника.

— Так что даже на японский микрик хватит, — добавил папа. — А японки все равно лучше наших машин.

— Да вы что? — обрадовалась я, но тут же призадумалась. — Но там же с Рафиком что-то не так. Помните, вы говорили, его незаконно списали с баланса предприятия? А вдруг…

— Да что вдруг? — резко оборвал меня папа. — Весь город на таких машинах ездит, и ничего! А Андрей нам